Искусство обмана
Шрифт:
Он позвонил в RCMAC, назвал «телефонное» имя и опять сказал, что он из отдела ремонта. Когда женщина ответила, Джонни спросил: «Установлен ли на номере deny terminate»?
«Да» — сказала она.
"Тогда это объясняет, почему клиент не может получать звонки… "— сказал Джонни. «Слушай, окажи мне, пожалуйста, услугу. Надо изменить свойство линии или убрать запрет входящих, ладно?» Возникла пауза, пока она проверяла другую компьютерную систему, есть ли приказ, разрешающий изменение. «Этот номер должен запрещать входящие звонки. Нет приказа об изменении».
«Тогда это ошибка… Мы должны были передать приказ вчера, но представитель счета заболела, и забыла попросить кого-либо отнести приказ за нее. Так что теперь клиентка бурно протестует по этому поводу».
После секундной паузы женщина обдумала просьбу, ведь просьба необычна и противоречит стандартным операциям, и сказала «Ладно». Он слышал, как она печатает, внося изменения. И через несколько секунд, все было сделано.
Лед тронулся, между ними образовалось нечто, похожее на сговор. Поняв отношение женщины и ее желание помочь, Джонни, не колеблясь, решил попробовать все сразу. Он сказал: «У тебя есть еще пару минут, чтобы помочь мне?»
«Да, — она ответила, — Что вам надо?»
«У меня есть еще пару линий, принадлежащих той же клиентке, и на всех та же проблема. Я прочту вам номера, чтобы вы проверили, поставлен ли на них запрет входящих — хорошо?» Она согласилась.
Через несколько минут, все линии были «починены» на прием входящих звонков.
Поиск Гондорффа
Теперь ему надо было узнать, в каком отделении находится Гондорфф. Это информация, которую люди, содержащие места заключения и тюрьмы, точно не захотят предоставить посторонним. Снова Джонни должен был положиться на свои навыки в социальной инженерии.
Он решил позвонить в тюрьму другого города — Майами, но любой другой бы подошел, и сказал, что он звонит из Нью-йоркской тюрьмы. Он попросил кого-нибудь, кто работает с компьютером центрального бюро, содержащего информацию обо всех заключенных, содержащихся в тюрьмах по всей стране.
Когда человек подошел к телефону, Джонни заговорил на своем Бруклиновском акценте. «Привет, — он сказал, — Это Томас из FDC (Federal detention center), Нью-Йорк. Наше подключение с центральным бюро не работает, не могли бы вы посмотреть расположение преступника для меня, мне кажется, он может быть в вашем учреждении», — и он сказал имя Гондорффа и регистрационный номер.
«Нет, он не здесь,» — сказал парень через несколько секунд. «Он в исправительном центре в Сан-Диего».
Джонни притворился удивленным. «Сан-Диего! Его должны были переправить в Майами на судебном самолете на прошлой неделе! Мы говорил об одном человеке — какая у него дата рождения?»
«12/3/60» сказал мужчина, прочитав с экрана.
«Да, это тот парень. В каком отделении он находится?»
«Он в Северном-10», сказал мужчина, беззаботно ответив на вопрос, не смотря на то, что не было уважительной причины, зачем эта информация понадобилась работнику в Нью-Йорке.
Сейчас у Джонни были телефоны, включенные на прием входящих, и знал, в каком отделении находится Гондорфф. Теперь надо узнать, какой номер подключен к отделению Северное-10.
Это — сложная часть. Джонни позвонил на один из номеров. Он знал, что звонок телефона будет выключен; никто не узнает, что он звонит. Так что он сидел и читал туристический справочник Величайшие Города Европы Фодора (Fodor's Europe's Great Cities), слушая постоянные гудки в телефоне, пока наконец-то кто-то не поднял трубку. Заключенный на другом конце линии, конечно, будет пытаться добраться до своего адвоката, назначенного судом. Джонни подготовил ответ. "Офис Общественных Защитников, " — он объявил.
Когда мужчина попросил своего адвоката, Джонни сказал: «Я посмотрю, свободен ли он. Вы из какого отделения?» Он записал ответ мужчины, щелкнул по hold, вернулся через полминуты и сказал: «Он сейчас в суде, вам придется перезвонить позднее».
Он потратил большую часть утра, но могло быть и хуже; его четвертая попытка оказалась Северной-10. Теперь Джонни знал номер, соединенный с ООЗ в отделении Гондорффа.
Синхронизируй свои часы
Теперь надо передать сообщение Гондорффу, когда ему надо поднять трубку, подключенную к Офису Общественных Защитников. Это было проще, чем может показаться.
Джонни позвонил в тюрьму, используя «официально — звучащий» голос, представился как сотрудник, и попросил, чтобы его соединили с Северным-10. Звонок соединили. Когда надзиратель поднял там трубку, Джонни обманул его, используя внутреннюю аббревиатуру для Приема и Выпуска (Recieving and Discharge), отдела, который работает с новыми и отбывающими заключенными: «Это Томас из П&В,» сказал он. «Я должен поговорить с заключенным Гондорффом. У нас есть некоторые его вещи, и он должен сообщит нам адрес, куда нам их лучше отправить. Не могли бы вы его позвать к телефону?»
Джонни слышал, как охранник кричит через комнату. Через несколько нетерпеливых минут, он услышал знакомый голос на линии.
Джонни сказал ему: «не говори ничего, пока я не объясню тебе, что я задумал». Он рассказал все предисловие так, чтобы казалось, будто Джонни обсуждает, куда он хочет доставить вещи. Потом он сказал: «если ты сможешь добраться до телефона офиса общественных защитников сегодня днем — не отвечай. А если не сможешь, назови время, когда ты сможешь быть там». Гондорфф не ответил. Джонни продолжил: «Хорошо. Будь там в час. Я тебе позвоню. Подними трубку. Если он начнет звонить в Офис Общественных Защитников, нажимай на сброс каждые 20 секунд. Не переставай пробовать, пока не услышишь меня на другом конце».
В час дня, когда Гондорфф поднял трубку, Джонни уже ждал его. У них была живая, приятная, неторопливая беседа, начавшая серию подобных звонков, чтобы спланировать аферу, которая принесет деньги на оплату легальных счетов — свободных от правительственной завесы.
Анализ обмана
Этот эпизод показывает основной пример того, как социальный инженер может сделать то, что кажется невозможным, обманывая нескольких людей, каждый из которых делает нечто, кажущееся непоследовательным. На самом деле, каждое действие дает маленький кусочек головоломки, пока афера не закончена.