Чтение онлайн

Однако от этой идеи пришлось отказаться. Мой сосед, нетрезвый тучный мужчина, сразу после взлета заснул и принялся храпеть. Его голова то и дело скатывалась на мое плечо, что не способствовало концентрации внимания. Сообразив, что бороться с храпом и неприкаянной головой соседа мне не по силам, я устроила башку дядьки на подушку, положив ее себе на плечо, надела наушники плеера и весь перелет слушала музыку. Наконец самолет зашел на посадку, и в иллюминаторе далеко внизу я увидела огни родного города. Они приближались, и теперь я различала центральный проспект и улицы, расходящиеся от него в стороны, темные прямоугольники парков, освещенный мост и сверкающую отраженными огнями набережной ленту реки.

– Привет, – сказала я с улыбкой. – Давно не виделись.

Пробираясь к выходу из аэровокзала, я высматривала Вику в толпе встречающих, и тут меня окликнули:

– Белка...

Именно так называли меня друзья детства. Я оглянулась и в нескольких шагах от себя обнаружила Толика Полянского, он смеялся, широко раскинув руки, и через мгновение принял меня в объятия.

– Узнал от Вики, что ты прилетаешь, и примчался встречать, – сообщил он.

– Зря беспокоились, – поцеловав его, сказала я. – Сама бы добралась.

– На самом деле я ужасно соскучился, – все еще не выпуская меня из объятий, сказал Толик. – Полгода не виделись, нет, больше. Дай посмотрю на тебя. – Он отстранился, держа меня за руку, окинул взглядом и удовлетворенно кивнул: – О-обалденно выглядишь. Как там испанские мачо, проходу не давали?

– Не поверишь, но даже тот единственный, кого мне удалось подцепить, в конце концов сбежал.

– Должно быть, чокнутый. Ты слишком красива, – добавил он. – Некоторых мужиков это пугает.

– Ага. Мне попадаются сплошь пугливые.

– Не переживай. На худой конец, у тебя есть я. Не бог весть что, конечно, но все же...

Мы засмеялись, Толик подхватил мой чемодан, и мы пошли к выходу. Толика я знаю всю свою жизнь. Он старше меня на семь лет и хотя только что охарактеризовал себя как «не бог весть что», на самом деле, конечно, скромничал и смело мог претендовать на звание «Мистер Самое То». Выше среднего роста, со светло-карими глазами, которые на солнце приобретали желтоватый оттенок и походили на кошачьи. Каштановые кудри до плеч и голливудская улыбка. Прибавьте к этому хорошее воспитание и умение зарабатывать деньги. После окончания университета он два года трудился в частной фирме, затем открыл собственное дело, которое теперь процветает. В общем, Толик заслуживал того, чтобы девушки влюблялись в него безоглядно. Наверное, я бы так и сделала, если бы не привыкла видеть в нем друга. Если угодно, старшего брата. Должно произойти нечто из ряда вон выходящее, чтобы я стала относиться к нему иначе, да и он, хоть и любил подшутить надо мной, уверяя, что я вскружила ему голову еще в возрасте трех лет, испытывал ко мне исключительно дружеские чувства.

За то время, что мы не виделись, Толик набрал несколько лишних килограммов и теперь выглядел солидно, как и положено преуспевающему бизнесмену. Единственное, чему он так и не научился, так это носить костюмы. Сейчас на нем были светло-голубые джинсы, протертые на коленях до дыр, и футболка канареечной расцветки, и он с ходу начал жаловаться, что на свадьбу Вики придется надеть костюм, и строил уморительные рожи.

Машина его стояла недалеко от входа, новенький «Мерседес». Я ахнула, а Толик просиял:

– Нравится?

– Еще бы.

– Мне тоже. Взял в кредит. Идиотизм, конечно, но желание было сильнее здравого смысла.

– Деньги надо тратить с удовольствием, – отмахнулась я.

– Хорошо, когда они есть, – засмеялся Толик, убирая мой чемодан. – Хочешь порулить? – расплылся он в улыбке.

– Ты серьезно?

– А то как же... моя любовь к тебе не знает границ.

Я взвизгнула, поцеловала его и села за руль.

– Какие новости в городе? – задала я вопрос, выезжая с парковки.

– Главную ты знаешь: Викуся выходит замуж. Серега приятный парень, компании не испортит. Хотя, если честно, последнее время мы видимся редко. Дела, знаешь ли, у всех дела. Настю видел три недели назад, Кешку еще раньше. По-моему, только тебе удается нас всех собрать.

– А я-то вам завидую...

Толик немного помолчал с серьезным выражением лица и кивнул:

– Наверное, так оно всегда и бывает. Девчонки выходят замуж, парни заняты своими делами... Да, у Кешки книга выходит.

– Вот как?

– Ага. По-моему, уже вышла. Кажется, в конце июня.

– Он нашел издательство?

– Вроде того.

– Что значит «вроде того»? – переспросила я.

– Вообще-то он издал ее за свой счет, то есть на спонсорские деньги.

– А спонсор, разумеется, ты?

– Чего ты ухмыляешься? – отмахнулся Толик. – Для чего еще нужны друзья?

– Ты книгу читал?

– Нет. Но прочту обязательно. А вот о моем участии в ее издании забудь, пожалуйста. И постарайся найти в шедевре нашего друга что-нибудь положительное.

– Найду, – кивнула я. – Чем он еще занят?

– Творчество занимает все его время, – развел руками Толик.

– А он работать не пробовал? – съязвила я.

Толик виновато пожал плечами. В школе Кешка учился, не особо утруждаясь, зато «искать себя» начал лет с двенадцати. Сначала хотел стать музыкантом, но в музыкальную школу или хотя бы в кружок не пошел, любимое слово у него было «самобытный», вот он до всего и доходил сам. Результатом стало дилетантское бренчание на гитаре и создание группы, которая играла мало, но все члены ее много болтали. Потом Кешка переключился на живопись, и все повторилось.

Окончив школу, Кешка решил, что знаний у него более чем достаточно, однако на работу не устроился и все время проводил у приятеля, где они устроили студию. Родители Кеши, люди небогатые и излишне добрые, свято верили, что сын гений, но и они начали проявлять беспокойство. Так и не создав ничего выдающегося в живописи, Кешка решил стать писателем. Все прошлое лето он жил на даче, где писал роман, который никому не хотел показывать. Его мама дважды в неделю привозила ему продукты и убиралась в домике. Дача представляла собой дощатое сооружение в кооперативе бывшего завода «Магнит», лишенное каких-либо удобств. Писал Кеша от руки, пока Толик не подарил ему ноутбук. На вопрос, что он пишет, скромно отвечал: «Шедевр».