Чтение онлайн

– Хизер, – наконец решился Дамиан. – Я не хочу, чтобы эта ночь, наша ночь, была омрачена. Но я должен быть честен с тобой. Со шкатулкой никакой ошибки нет. Она действительно принадлежала моей матери.

Хизер шевельнула губами, но он нежно прижал ладонь к ее рту.

– Знаю, что ты мне не веришь, но я сердцем чувствую, что прав. Согласен, последний раз я видел ее много лет назад, когда был маленьким. Но память не обманывает меня. Понимаешь, мои родители очень любили друг друга – в этом они похожи на твоих. Можно было не только видеть это, но и чувствовать.

– Продолжай, – шепнула Хизер, не отрывая взгляда от его лица.

– Шкатулку эту отец подарил матери. Для нее это была самая дорогая вещь. Не знаю отчего, но уже тогда я был заворожен этой шкатулкой. Я частенько пробирался к ним в спальню, чтобы только полюбоваться на нее, потому что даже брать ее в руки мне не разрешалось. Однажды я решил ослушаться. Залез на туалетный столик и открыл шкатулку. Я так боялся, что меня поймают, что забыл об осторожности. Я случайно сломал запорчик, и в этот момент в спальню вошла мать. Я знал, что виноват, и, хотя она не наказала меня, я на всю жизнь запомнил слезы, стоявшие у нее в глазах, которые она старательно пыталась скрыть от меня. Мама заплакала из-за меня, и даже сейчас я испытываю жгучий стыд.

– А что случилось потом?

– Отец повез шкатулку в Лондон, чтобы починить. В пути он заболел и умер. Не скажу наверняка, но, по-моему, последний раз я видел эту шкатулку как раз тогда, когда он уезжал.

– Значит, среди вещей твоего отца ее не было?

– Точно не помню, Хизер. Единственное, в чем уверен, снова я увидел ее уже у тебя.

Неприятный холодок пробежал у нее по спине.

– А как умер твой отец?

– Он внезапно заболел по дороге в Лондон. И больше никогда уже не вернулся в наш дом в Йоркшире.

– А может быть, шкатулка была возвращена твоей матери, а ты просто не видел ее? Возможно, она ее спрятала подальше, чтобы не бередить печальных воспоминаний, вот и все.

– Может быть, и так, – вынужден был согласиться Дамиан.

– Но это не объясняет, как шкатулка попала к моей матери, – очень тихо добавила Хизер.

Дамиан промолчал. Он хорошо понимал, как она переживает, как боится, что мать ее окажется воровкой. С другой стороны, он ничем не мог доказать свою правоту.

– Может быть, мама продала ее, а я просто не знал об этом, – сказал он. – И так она попала к Джустине.

– Это возможно, – медленно проговорила Хизер. – И все-таки странно… Ты приехал в Локхейвен, чтобы отыскать моего отца. А вместо этого нашел шкатулку своей матери. – Она покачала головой и повторила:

– Право, так странно. И вообще непонятно, как все это связано с моим отцом.

Дамиан продолжал молчать. Ему пришла в голову та же самая мысль.

– Знаешь, я привезла шкатулку в Лондон, – вдруг сказала она. – Хочу отдать ее тебе.

– Мне? – поразился Дамиан.

– Да. Если хочешь, я могу отдать ее тебе сегодня вечером…

– Хизер, в этом нет никакой необходимости.

– Но это же шкатулка твоей матери! А теперь она принадлежит тебе.

– А что я буду с ней делать? – Он погладил ее руку. – Хизер, она у тебя уже много лет. Пусть у тебя и остается.

– Но я чувствую, что не должна больше держать ее у себя! А, кроме того, дело… дело совсем в другом.

Ей не удалось скрыть боль, выдал дрогнувший голос. Дамиан мгновенно все понял.

– Она тебе очень дорога, правда?

Хизер кивнула.

– Давай сделаем вот как. Это мой тебе подарок, Хизер. Слышишь? Я дарю ее сейчас, вот здесь и молюсь, чтобы она оставалась так же дорога тебе, но уже по другой причине.

«Он прав, – подумала Хизер. – Он тоже потерял мать. А я всегда дорожила этой шкатулкой, потому что она принадлежала моей матери. Но теперь я буду дорожить ею, потому что она принадлежала матери Дамиана…»

Облизав кончиком языка пересохшие губы, Хизер спросила совсем не о том, о чем он подумал:

– Что ты будешь делать, когда все это кончится?

– Ты имеешь в виду, когда я отыщу Джеймса Эллиота?

Она кивнула и пристально посмотрела ему в глаза:

– Вернешься в Америку? В Бейберри? Или останешься в Англии?

Дамиан тяжело вздохнул:

– Я не знаю, Хизер. Честно говоря, как-то не задумывался об этом.

По щеке Хизер сползла прозрачная слезинка. Дамиан с изумлением посмотрел на нее.

– Хизер, я же говорил тебе, что не собираюсь…

– Я не об этом, Дамиан.

И она тихо всхлипнула.

– Тогда в чем дело?

Хизер отвела взгляд, снова посмотрела на него и, набравшись смелости, сказала:

– Дамиан, у меня будет ребенок.

Дамиан окаменел. Хизер решила, что он не расслышал ее слов, но тут же почувствовала, как он напрягся.

– О Господи, – проговорил Дамиан странным, придушенным голосом и бросил взгляд на ее живот, как бы проверяя, правду ли она сказала. Поймав этот взгляд, Хизер явственно увидела в его глазах ужас.

Мрак окутал ее душу, и Хизер горько, по-детски заплакала:

– Я знала! Я знала, что не надо было этого говорить! Но я думала… Я больше не хотела, чтобы между нами стояла ложь!

Она собралась встать, но Дамиан удержал ее, сжав запястье.

– Нет, Хизер! Это совсем не то, что ты думаешь!

– Это именно то! – Голос ее был полон нестерпимой боли и презрения. – Конечно, приятно уложить в постель дочь убийцы своего брата, а ребенок – это уж ее дело.