Чтение онлайн

Стоило отдать Гилеану должное: верное оружие сделало всё, что было в его силах. К сожалению, даже этого оказалось недостаточно: огромная сила удара вбила Сарефа в песок по колено, а рука, удерживающая Гилеан, налилась такой болью, а по костям пошёл такой хруст, что оставалось только дивиться, как она не сломалась.

Внимание! Получен урон 314!

Зеркало Боли! Отражено урона 93!

Получено состояние Ранение! Уклонение Разбойника!

Вот это сила атаки! А ведь это ещё Хим стянул на себя 50% полученного урона. Вспомнив про хилереми, Сареф поспешно указал в его сторону левой рукой, досрочно развеивая Силовое поле.

И, судя по разъярённому виду Хима, он собирался жестоко мстить за страдания, причинённые его хозяину. Он ринулся на Мигеля, но теперь его действия были куда как грамотнее и осторожнее. Совершив пару ложных выпадов хлыстом, он задействовал струю огня с двух рук, а потом снова использовал свой стихийно-световой луч.

Сареф же, полуослепший от боли, никак не мог прийти в себя. О правой руке ему теперь было больно просто думать, не то, что шевелить ею. Но в этот момент перед ним вспыхнуло Системное окно:

Пламенное Сердце! Восстановлено здоровья 152!

Это значительно помогло ему собраться. Хим нашёл секунду, чтобы подлатать его… и теперь внезапно Сареф осознал, что ему нужно делать. Судя по тому, как ловко сейчас ускользал Мигель, после своей атаки огненным молотом он больше не использовал способностей. А, значит, у Сарефа был отличный шанс отплатить дракону его же монетой. И, указав Гилеаном в сторону Мигеля, Сареф вызвал Системное окно:

Знак Подражателя!

Получено умение Молот Стихийной Ярости! Наносит цели (Максимальный Первичный Параметр*4) урона, игнорируя устойчивость к физическому урону. В момент сотворения способности цель получает Паралич на 0,5 секунд. Атака будет проведена под углом, который задаёт Создатель в момент сотворения. Стихия для умения подбирается исходя из максимального сродства стихий. (Стоимость 200, Перезарядка 400, время сотворения 0,8).

Конечно, увиденное заставило Сарефа скептически хмыкнуть: молот, что обрушил на него Мигель, явно был сильнее. Но, к сожалению, он не мог красть способности качеством выше, чем сам Знак Подражателя. Но ничего. Для того, чтобы удивить врага, ему этого хватит.

Хим, тем временем, снова умудрился оседлать дракона и даже накинуть на него свой хлыст на манеру упряжи. Правда, и здесь дракон умудрился их удивить. Он подпрыгнул и… изогнулся внутренним кольцом, если так можно выразиться. В этой фигуре у него брюхо оказалось снаружи, а спина — изнутри. И затем резко перетряхнул всем своим телом. Хима от этого импульса сбросило… и он налетел точно на золотые пластины на спине дракона, которые насквозь пронзили его тело. Но в этот момент Сареф навёл на дракона Гилеан и вызвал Системное окно:

Молот Стихийной Ярости!

Мгновение спустя его руку выбросило вперёд, и Сареф, оценив положение дракона, завёл руку с Гилеаном за левое плечо и выбросил её в рывке. Мгновение спустя слева от дракона появился молот из чистой тьмы, который с омерзительным хрустом ударил его в висок. Этот молот, конечно, уступал размерами молоту самого Мигеля, но удар был нанесён невероятно метко и удачно. Дракон, совершенно не ожидавший атаки по себе собственным оружием, завалился на землю. Сареф, тоже получивший в бою изрядную порцию адреналина, собрался было обрушить на него шквал чёрных молний, но в этот самый момент перед ним появилась фигура в красном плаще.

— Достаточно! — мягко, но непреклонно сказал Ильмаррион, подняв руку, — вы оба превосходно себя показали, но давайте не будем выходить за рамки учебного поединка.

Сареф в ответ зло взглянул в сторону, где лежал его хилереми с пробитой спиной. Ильмаррион, верно истолковав его взгляд, кивнул. Рядом с Химом появился хранитель поместья, который направил в него струю расплавленного серебра. Оно обволокло раны хилереми, несколько секунд — и он лежит на песке, хоть и без сознания, но целый и невредимый. Потом такую же струю серебра хранитель направил в Мигеля — и тот несколько секунд спустя пришёл в себя.

И в этот самый момент на поле высыпали ученики, восторг которых нельзя было передать словами.

— Класс! Вот это класс!

— Как же это было круто!

— И я! Я тоже хочу! Я хочу с ним сразиться! И я, и я!

Завидев такое дело, Сареф поспешно вызвал Системное окно и позволил Химу испариться, пока одержимые увиденным ученики не разорвали его на сотню сувениров.

— Ну, ну, ну, будет, — мягко сказал Ильмаррион, дождавшись, пока Мигель примет человеческий облик, — вы же видели, как даже вашему наставнику нелегко было сражаться. А, между тем, он — лучший из лучших. Другого я бы не допустил обучать учеников. Поэтому, — он важно поднял палец вверх, — прилежно учитесь, и, возможно, во время Весенних Экзаменов тому, кто покажет себя лучше всех, будет позволено…

Сареф, мрачно наблюдая за учениками, что прыгали вокруг Мигеля и Ильмарриона, осознал, что он здесь больше не нужен. И потому, развернувшись, направился прочь. Но несколько секунд спустя его несмело дернули за рукав. Обернувшись, он увидел перед собой светловолосого Альвина.

— Вы… храбро сражались, — неловко сказал он, — ваш хилереми — отличный боец. И выглядит он… внушительно, и бьётся с вами так слаженно… как будто вы одно целое.

Хим, уже пришедший в себя в разуме Сарефа, презрительно фыркнул, всем своим видом показывая, что ему нет дело до мнения какого-то жалкого драконьего ученика. Но Сареф, знавший Хима как облупленного, отлично понимал, как на самом деле ему польстили эти слова.

— Спасибо, — Сареф, в неизвестно какой раз напомнив себе, что надо различать Ильмарриона и прочих драконов, которые не сделали ему ничего плохого, улыбнулся мальчику. Тот извиняюще улыбнулся в ответ и побежал к своим товарищам.

Едва Сареф вышел за пределы тренировочной площадки, как перед ним тотчас нарисовался Энгрей.

— Впечатляет, парнишка, впечатляет, — своим привычным раздражающим тоном проворковал телохранитель, — признаться, я бы тоже был не прочь померяться с тобой силой.