Исполнитель желаний
Шрифт:
За окном всё так же медленно падал снег. Словно рваные письма летели его клочки. А согбенный фонарь по-прежнему бросал на школьный двор свой жёлтый свет. Сзади послышались тихие шаги. Кто-то подошёл и молча встал рядом. В полумраке это трудно было заметить, но Кирочка почувствовала, что Нетта готова расплакаться. Когда твои чудеса случаются с другими – это обидно. Несказанные слова замерли на губах Нетты чуть заметной морщинкой, она дохнула на стекло, а затем грустно нарисовала пальцем в получившемся туманном матовом пятне маленькое сердце. И неясная грусть, нахлынувшая на Кирочку в зале, в этот момент совершенно неожиданно оформилась в конкретную мысль. Здорово было бы, если бы Саш Астрес пригласил сегодня не Ирму, а её…
Две девочки стояли возле окна в неосвещённом школьном коридоре и смотрели на летящий снег. А он всё падал, падал, падал, волшебно светясь под фонарём… Кирочка потянулась и впервые в жизни осмелилась ласково прикоснуться к постороннему человеку. Она взяла Нетту за руку. Та подняла лицо, блекло зазолотившееся в отсветах фонаря, взглянула на Кирочку с благодарностью и снова отвернулась к окну. Так они и продолжали стоять, глядя на бесконечный снег за окном, рука в руке. В один миг они стали ближе друг другу, слегка соприкоснувшись своими ещё нераскрытыми девичьими тайнами.
6
Со дня новогодней дискотеки Кирочка и Нетта начали дружить. Поначалу это выражалась только в желании садиться вместе на всех уроках, но потом выросло до необходимости возвращаться вместе из школы. Кирочка жертвовала ради этого своими каждодневными походами на Красный рынок. Как бы ревностно она ни охраняла от нападок внешнего мира своё великое одиночество, он умело находил щели и просачивался внутрь – Кирочка привязалась к Нетте неожиданно сильно. И немудрено. Раньше то у неё никогда не было подруг.
Кроме того, Нетта уверяла, что она ведьма. Это звучало невероятно, но Кирочка не находила причин, по которым подруга могла бы хотеть её обманывать. Нетта ещё ни разу не воспользовалась Кирочкиным доверием, чтобы выставить её на посмешище – уже не мало, и, кроме того, даже первая призналась в своей нежной симпатии к Лоренцу Дорну, чем окончательно, по мнению Кирочки, соединила себя с нею; доверившиеся нам или притворившиеся таковыми, как правило, вызывают ответное доверие.
В тот день, когда девочки заговорили о сверхъестественном впервые, шёл дождь. Он был не очень сильный, моросящий, далёкие чёрные башни и трубы Заброшенных Верфей виделись как будто сквозь дымовую завесу – лишь неясные контуры прорисовывались на фоне белесого неба.
– Ты ведьма?! Вот здорово! – Кирочка остановилась и с любопытством вгляделась в лицо подруги, – а я и не думала, что они существуют на самом деле! Отец и мама всегда называли подобные вещи выдумками или фантазиями.
Ветерок трепал волнистые рыжие волоски, выбивающиеся из-под розовой вязаной шапочки, от влаги волосы ещё сильнее завивались, топорщились, клубились, обрамляя круглое белое личико Нетты, словно золотистый нимб.
– Ещё как существуют, – гордо провозгласила Нетта, – и я одна из них. Только учти, – девочка загадочно понизила голос, – это тайна. И никому и ни за что нельзя её выдавать…
– Почему? – спросила Кирочка, почувствовав лёгкую робость.
– Чтобы меня не нашли охотники, – Нетта быстро оглянулась по сторонам, чем ещё сильнее напугала Кирочку, замершую, вцепившись в ручку своего ранца, – они тогда посадят меня в специальную клетку с заколдованными прутьями, чтобы мои чары не причинили зла людям…
– Ну а ты можешь… – Кирочка замялась… Её доверие к словам Нетты слегка ослабело, слишком уж книжным показались ей последние слова подруги, но соблазн поверить в сказку оказался сильнее здравого смысла. – …показать мне сейчас …свои …способности… Сколдуй что-нибудь… Пожалуйста…
Нетта взглянула на неё почти сердито.
– Ты не веришь мне?
– Верю… но… – засомневалась Кирочка, – это кажется… таким… невозможным…
Нетта надулась и некоторое время шла молча, дождь моросил. Кирочка испугалась, что подруга обиделась, она суетливо семенила возле Нетты, длинная лямка её ранца волочилась в грязи. Внезапно Нетта остановилась как вкопанная и посмотрела на небо.
– Хочешь, я сделаю, чтобы дождь сейчас перестал?
– Сделай, – прошептала потрясённая Кирочка. Глаза её расширились от испуганного восторга, она вбирала взглядом каждое движение подруги.
– Подержи мой ранец, – велела Нетта. Она раскинула руки в стороны, повернув их ладонями вверх, задрала голову, розовая шапочка съехала при этом на затылок, и забормотала какие-то странные звукосочетания.
Застыв, Кирочка следила за ней. Дождь продолжал идти, но он как будто бы стал тише. Нетта взяла из рук подруги свой ранец и пошла вперёд.
– Дождь ещё идёт… – робко подала голос Кирочка, нагоняя её.
Нетта взглянула на неё сердито.
– Погоди… Неужели ты не понимаешь, что заклинания не могут подействовать мгновенно? Им нужно немного времени.
Через несколько минут дождь, постепенно становясь всё более мелким, а под конец вообще превратившись в невидимую водяную пыль, действительно прошёл. Кирочка не знала, было это результатом колдовства Нетты или простым совпадением, но ей хотелось верить, и она верила.
– Вот видишь, – провозгласила Нетта, гордо блестя глазами, – я прекратила дождь.
И Кирочке ничего не оставалось кроме как согласно кивнуть, ведь вздумай она спорить, одноклассница, пожалуй, обиделась бы, а Кирочка, успев привыкнуть к её обществу, теперь боялась его лишиться – изменения в своём мире она совершала очень трудно и неохотно, но если уж что-то принимала в него, то потом не желала это отдавать назад.
Проводив Нетту и возвращаясь домой – они жили через двор – Кирочка не могла перестать думать об этом фокусе с прекращением дождя и обо всём рассказанном сегодня подругой: об охотниках, о клетках с заколдованными прутьями, о тайне… Детали разговора против желания всплывали в её сознании. Каждую мысль неудержимо тянуло к нему, словно стальную стружку к магниту. Кирочка решила, что даже если Нетта её разыгрывает, она всё равно никому не расскажет о нынешнем происшествии. Мысль, что всё это может оказаться правдой, приятно щекотала её. Жить в мире, где есть место чудесам, гораздо приятнее, чем быть уверенным, что нет во Вселенной иной сил, кроме неумолимых законов природы.