Исповедь игрушечного пилота
Шрифт:
Смоленское кладбище. Раньше ты и представить себе не мог, насколько предусмотрительны были те, кто занял здесь места заранее. Теперь у каждого из них пятизвездочный отель, с персональной табличкой. Но даже если просто краской, даже если кривыми буквами по деревянному кресту все равно вроде как продолжаешь жить! И голова ни о чем не болит А у тебя и таблички нет, и от башки пользы никакой только лишнее место для тошноты
Русло реки Смоленки вывело Влада к дому.
Еще когда они с Машей только собирались сюда переезжать, он все недоумевал: это какому же такому архитектору понадобилось ставить высотный дом на тоненькие ножки?! А если цунами? Мало ли что в наших широтах цунами не бывает а вдруг?.. Помнишь, что ответила Маша? Она чмокнула тебя в нос и заявила: «Тогда сбудутся все мои мечты, и мы умрем в один день!» Немного картинно, конечно. Но что неисправимая оптимистка, так этого у нее не отнимешь! И кого она в тебе нашла? Ведь не только же пилота игрушечного самолета
Разве может быть все настолько просто?! В одну секунду удар! и вместо дома лишь небольшой холмик. И двух таких огромных жизней как не было
Вонь страшная. Настоящее болото. Того и гляди лягушки заквакают А как же тот архитектор, что ставил дом на ножки? Его что тоже не было?
Отставить разговорчики, товарищ солдат Да, Влад, армия тебе вспомнилась вовремя. Итак, откуда ты воду копать начнешь? Прямо с того места, где лежишь? Или отплывешь метров на пятьдесят назад? Смотри темнеет. Не теряй время на пустую болтовню. Покричи хуже не будет.
Маша!
Серега!
Маша!!!
А теперь слушай Ночью слышно лучше И кричать, наверно, тоже выгоднее ночью
Маша!!!
Маша!!!
Помнишь, бабушка рассказывала тебе сказку? Как мальчик решил испугать взрослых и закричал: «Волк! Волк!». Взрослые услышали, прибежали, но волка не нашли. Мальчик проделал такую штуку еще раз и снова взрослые прибежали и ушли ни с чем. А в третий раз, когда на мальчика действительно напал волк, на его крик уже никто не отозвался Так вот, Влад. Тебе сейчас кричать можно, ты никого в заблуждение не вводишь. Давай
Маша!
Маша
Маша
Волк
Волк Вот как он выглядит, если твоя голова лежит на земле Теперь уже кричи не кричи Да нет же, не волк. Собака это. Рыжая. Давай, Влад, погладь ее Она еще не решила, как к тебе относиться. А ты сам решил?..
Гляди, и дня не прошло, как появилась другая дворняга. Лизнула тебя в лицо. Ответь ей, шевельни рукой Даже на это уже не хватает
А ведь рассвело
И чего люди боятся собственной смерти?..
Давай, закрывай глаза Следующую мысль подумаешь, когда придет ночь
Темнеет Наверное, для тебя уже навсегда
Навсегда
Лодка качается на волнах И крики чаек
Ты, человек, в подземное царство мертвых переправляешься. Еще бы вспомнить, как называется эта река
На том берегу тебя разбудят
И когда-нибудь должно полегчать
А твоя банка шпрот в каком кармане? Надо ведь чем-то заплатить перевозчику
Глава 9
А я говорю, три бомбы было! Три!
Одна.
Да какая одна? Какая одна?!
Одна.
Да я своими глазами видел три! Ты сам-то где в это время был?
Где надо, там и был.
Влад уже дня два как открыл глаза. Старая пружинная койка, разноцветный пол в мелкую досочку, баскетбольное кольцо. И эти двое, давно и безнадежно сцепившиеся своим спором.
Я вот на берегу был! И все видел! Три парашюта опускалось. Один в центре, и два по бокам слева и справа.
Парашюта, может, и три. А бомба одна.
Да как одна? Как?! Зачем три парашюта на одну бомбу тратить?
Много ты понимаешь
Да уж побольше тебя! Ты, вон, вроде как доктором себя называл а больных не любишь!
С тобой, дауном, насчет любви забыл посоветоваться. Жил бы ты, Митька, в каком приличном городе, давно б в психиатрическом стационаре был прописан. И зачем Наташа взяла тебя санитаром
Ты Наташу не трогай! Это ты должен ей спасибо сказать, что градусники здесь ставишь! А я могу
Ладно, ладно, угомонись. Как про Наташу, так заводишься с пол-оборота. Ухажер.
Белобрысый санитар точно нашелся бы что ответить, но в этот момент дошел до кровати Влада. Здесь он на секунду замер, потом коротко вздохнул и принялся за свое дело: ночной горшок, влажное полотенце А тот, второй, и вправду особым сочувствием не отличался. Обычно сунет термометр под мышку да ткнет в плечо держи, мол.