Чтение онлайн

— Правда ли то, что вы снова вместе?

— Мы еще не вполне уверены в этом, правда, дорогая? — Гай одарил Беренис теплым взглядом, от которого она сразу стала таять. — Мы живем сегодняшним днем, и можем сказать, что нам необыкновенно приятно быть вместе в этот вечер.

— Не хотите ли вы что-то добавить? — Анни снова поднесла микрофон к лицу Беренис.

Но к этому моменту Беренис совершенно потеряла нить разговора, потому что пальцы Гая нежно поглаживали ее по плечу и от этого по всему телу разливалось блаженство. Срочно требовалось что-то предпринять, чтобы не потерять лицо. Нет, сцену устраивать она ему не будет — на это нет сил да и контракт держал, но оттолкнуть его от себя необходимо.

— Мы всего лишь хорошие друзья, — с трудом выдавила она из себя.

— Очень хорошие друзья, — подтвердил он, и прежде, чем она что-то сообразила, наклонился и поцеловал ее в губы. От поцелуя все тело вспыхнуло.

Из толпы послышались свисты одобрения.

— Неплохо получилось, правда? — тихо спросил Гай, наклонившись к ее уху, когда они входили в фойе.

— Ты издеваешься, — едва переведя дыхание, прошипела она. — Это было ужасно. Что ты себе позволяешь?

— Ничего личного. Я просто добросовестно работал на рекламу.

Разъяренная и растерянная Беренис не нашлась, что ему ответить.

Вскоре они оказались в зале, и, увидев в толпе Билла, она помахала ему рукой. Милый Билли! Он был безопасным и нетребовательным, он был просто другом, и она сожалела о том, что не может сидеть рядом с ним. Они бы поболтали о фильме, посплетничали, но самым важным было то, что когда Билл случайно прикасался к ней, она никогда не вспыхивала от жара, не теряла голову, оставалась сама собой.

Сидя рядом с Гаем, Беренис мучительно осознавала его близость: знакомый запах любимого им лосьона, прикосновение его пиджака к ее голой руке. Она пыталась отстраниться, вжаться в кресло, но это оказалось так неудобно, что она в конце концов поняла — надо смириться.

Наконец в зале погас свет и заиграла музыка.

Гай наклонился к ней и прошептал на ухо:

— Виктор будет сегодня со своей невестой. Она, наверное, необыкновенно красива.

От его близости Беренис бросило в дрожь.

— Ты не замерзла? — спросил он и как бы между прочим обхватил за плечи. — Кондиционеры здесь просто свирепствуют.

Она хотела отодвинуться от него, но было некуда. Беренис почувствовала себя в ловушке, и внезапно на нее нахлынули воспоминания о тех моментах из прошлого, когда рядом с ним ей было легко и просто.

Глядя на экран, она упорно пыталась сосредоточиться на том, что появлялось перед ее глазами, но как назло память подсовывала непрошеные картины.

Она вспомнила первый поцелуй Гая. На небе вовсю светила полная луна, а позади них слышалось свадебное веселье.

Они тогда почти не знали друг друга, но, оказавшись в его объятиях, она полностью потеряла себя, растворилась. Он был первым, сумевшим заставить ее потерять голову только от его улыбки и особого блеска невероятно голубых глаз. Ее обычная предусмотрительность отказала ей. Она была готова сразу отдаться ему, но смогла взять себя в руки. Однако усилий воли хватило ненадолго — уже после третьего свидания она переспала с ним.

Он тогда пригласил ее к себе на ужин, но им так и не довелось ничего отведать из съестного. Совершенно забыв о еде, они несколько часов провели в объятиях друг друга.

Она вспомнила, что как раз в тот день ей стало известно, что ее песня вошла в десятку лучших хитов. Все складывалось так хорошо, что трудно было поверить. Это казалось невозможным.

А после свадьбы все пошло не так, отношения стали разваливаться, появились трудности и закрались сомнения. Может, он женился на ней не потому, что любил, а просто из жалости, потому что она была на втором месяце беременности?

В день свадьбы она твердо верила в его любовь, но со временем ее вера пошатнулась. У каждого из них была своя карьера, которая разводила их в разные стороны. Через несколько месяцев после свадьбы Гай уехал на съемки в район Карибского побережья, а она погрузилась в запись своей новой пластинки.

Когда они снова встретились, Гай предложил ей после рождения ребенка переехать в Лондон, где его пригласили на главную роль в очень многообещающем фильме. Она же планировала после появления малыша записать новый диск в Лос-Анджелесе. Так между ними начались трения, атмосфера накалялась. Их примиряли только ночи. Растворяясь в объятиях мужа, Беренис была готова послать все подальше и следовать за ним хоть на край земли. Она наивно полагала, что все их проблемы связаны только с карьерой, и потому рано или поздно решение проблем будет найдено.

Позже, когда Беренис была на восьмом месяце беременности, она узнала, что Гай хотел работать в Англии, потому что его партнершей по фильму была Чармиан. Та сама об этом ей как-то сказала за ужином. Она заявила, что Беренис стоит у них на пути, из-за нее они с Гаем не могут быть вместе.

— Между нами особые отношения, — говорила Чармиан многозначительно. — Думаю, ты понимаешь.

— Нет, не понимаю, — ответила Беренис. — Что ты имеешь в виду?

— А то, что Гай любит меня, а с тобой он только потому, что ты мать его будущего ребенка. Поэтому он и женился на тебе, — пояснила покровительственным тоном разлучница.

Бесцеремонные слова Чармиан долго не давали покоя Беренис, и она спросила Гая:

— Что ты думаешь о Чармиан? На твой взгляд, она особенная?

Муж на миг задумался и, склонив голову, ответил:

— Да. — А затем, взяв ее за руку, добавил: — Но не такая особенная, как мать моего будущего ребенка.

Этого было достаточно. Беренис не хотела, чтобы он любил ее только потому, что она мать его будущего ребенка.

Может, если бы ребенок остался жив, они с Гаем до сих пор были бы вместе. Гай так хотел стать отцом, и ради ребенка он, наверное, мог бы разорвать отношения с Чармиан. Но смерть девочки все изменила. Даже по ночам, лежа в одной постели, они не были больше вместе. Днем каждый из них погружался в свою работу, которая помогала им отвлечься. Их супружеская жизнь развалилась.

Беренис очнулась, когда в зале зажегся свет.

— Ну, как тебе фильм? — полюбопытствовал Гай.

— Неплохо, — смущенно ответила Беренис.

— С тобой все в порядке? — заботливо спросил он.

— Конечно. — Она попыталась взять себя в руки.

— Я же вижу, ты расстроена. Что так огорчило тебя? — продолжал домогаться Гай. — Неужели смерть собаки?

Беренис неловко улыбнулась. Значит, в фильме, который она умудрилась полностью пропустить, был какой-то трагический эпизод.