Чтение онлайн

Джесс беспокойно задвигалась под его тяжестью, прикусывая нижнюю губу, по мере того как он двигался вверх и вниз, проникая с каждым ударом все глубже.

— Пожалуйста. Поспеши.

Алистер, нависавший над ней, вонзил зубы в ее плечо. Укус был достаточно сильным, чтобы остался след, но недостаточно сильным, чтобы поранить кожу.

Она застонала, и ее тело выгнулось, ведомое неутолимой страстью и голодом, желанием втянуть его в себя как можно дальше и глубже. За всю свою жизнь Алистер никогда не овладевал женщиной, не принимая определенных мер защиты. Но с Джессикой все обстояло иначе. Ведь она, как он знал с первой их встречи, когда-нибудь будет принадлежать ему.

Его руки переместились с ее бедер на кровать, и, опираясь о нее, он производил размеренные неторопливые движения всем телом. Джессика внезапно решила воспользоваться дарованной ей свободой: обхватила его ногами и затягивала все глубже. Задыхаясь, она выкрикнула его имя, когда он погрузился в нее до самого дна.

Джессика смотрела на него широко раскрытыми сияющими глазами. И не было в ее взгляде привычной надменности, которой она славилась. Алистер чувствовал вокруг себя жар ее тела. Все наносное и искусственное исчезло. Выражение ее лица было таким, какого он никогда прежде не видел ни у кого — зеркальным отражением его чувств. Джессика была глубоко им затронута, и скрыть это было бы невозможно.

Когда она рванулась вверх и поцеловала его в подбородок, в нем что-то дрогнуло. Это потрясло Алистера до глубины души. Прижимаясь к ней влажной щекой, он устроился рядом с ней, вдыхая аромат секса и любимой женщины. Она идеально подходила ему, эта прекрасная безупречная Джессика.

Женщина, способная обуздать одним ледяным взглядом целую комнату, полную буйных, горящих желанием людей. Однако оказалось, что ее тело предназначено для него, мужчины, существующего для того, чтобы доставлять наслаждение женщинам самыми немыслимыми и безудержными ласками.

Но он не был предназначен для тех женщин. Он был рожден для Джессики, как и она для него.

Алистер провел языком по раковине ее уха и почувствовал, как ее плоть сжалась вокруг него.

— Ты совершенство, — прошептал он, оглядывая ее всю, прежде чем снова опуститься на кровать. — Мы с тобой две половины одного целого.

Джессика сжала его предплечья и провела языком по своей нижней губе, а ее бедра задвигались по кругу.

— Пожалуйста, — попросила она снова, и ее голос звучал хрипло и гортанно.

Опираясь ладонями о кровать, Алистер медленно поднялся, наслаждаясь соприкосновением с ее влажным лоном. Потом снова вошел в него, преодолевая сопротивление тугой плоти. Голова Джессики металась по подушке, глаза закрылись, но он не мог этого допустить: она должна была смотреть на него, оставаться с ним. Должна была видеть его сквозь туман надвигавшейся бури.

Его руки скользнули ей под плечи. Алистер заключил ее голову в ладони и прижал к себе. Его рот завладел ее губами, голова опустилась, чтобы сделать этот поцелуй более глубоким, жарким и страстным. Джесс обхватила его за талию и выгнулась ему навстречу.

Испарина, покрывавшая их тела, слилась, образовав еще один слой эфемерной материи, препятствующий их жаркому соединению. Он задвигался, и она ему вторила. Они нашли нужный ритм. Ее руки вцепились в его спину. Он целовал ее так, будто от этого поцелуя зависела их жизнь. Его язык нырял в ее рот одновременно с интимным органом, движения которого он повторял. И оба они пытались довести ее до безумия. Но он нуждался в ней такой, обезумевшей от страсти, такой же отчаянной, как у него.

Алистер производил кругообразные движения бедрами, испытывая свою выносливость и стараясь не упустить ни одного оттенка ее лихорадочного ответа на его ласки.

Он нашел самое чувствительно ее место и старался воздействовать на него снова и снова, лаская и поглаживая его. Ощутив пик ее наслаждения, он издал звук, похожий на рычание, и почувствовал, как нежные мускулы у нее внутри мелко задрожали, сжимая его.

Алистер двигался медленнее, легко проскальзывая внутрь ее тела и так же легко выскальзывая из него, и поднял голову, чтобы видеть ее наслаждение. Теперь, когда ее тело принимало его, Алистер чувствовал ее богатую густую кремообразную влагу. Глаза Джесс затуманились, губы казались припухшими. Она выдохнула его имя:

— Алистер…

И он снова отвердел.

— Ты не… Ты все еще…

— Целый день, — напомнил он ей и ускорил темп своих движений. — И всю ночь.

Кончики ее пальцев прошлись по его спине. Ее ноги крепче обвились вокруг него.

— Да. Пожалуйста.

Джессика проснулась, ощутив, как сильные пальцы скользят вверх и вниз по ее предплечью.

Она лежала на животе, обнимая одной рукой Алистера и ощущая болезненность и тяжесть в натруженном теле. Мгновение она продолжала лежать, впитывая впечатления новой, странной реальности пробуждения в чужой постели и того, что рядом с ней оказался мужчина. Было на удивление приятно вновь утвердиться в существовании телесной близости, установленной с ним.

Снаружи наступала темнота. Солнечный свет, пробивавшийся прежде через иллюминатор, теперь померк. Прошли часы с тех пор, как ее тело испытало всепоглощающее наслаждение, каждый раз заканчивавшееся взрывом. Она и не предполагала, что способна испытать пик наслаждения так скоро после предыдущего или что мужское тело обладает подобным запасом прочности и сексуальной силы. Хотя и случалось, что Бенедикт иногда овладевал ею более раза за ночь, всегда проходило несколько часов между каждыми двумя соитиями. Но Алистеру требовалось совсем мало времени для восстановления сил… Он утверждал, будто причина в ней, поскольку его жажда близости с ней не угасала. Конечно, он был моложе Бенедикта. Моложе даже, чем она… но об этом ей не хотелось думать.

И самым удивительным открытием оказалось, что ее больше не пугала его страстность. Как могло случиться, что она отвечала на его страсть с таким же пылом?

И благодарность к нему за это была всего лишь одним из многих чувств, осаждавших ее. Ее чувства к мужчине, оказавшемуся рядом с ней, были столь сильными, что грудь ее казалась сжатой тисками.

Джесс изменила положение, одна ее нога скользнула поверх его ноги, и губы ее прижались к его бицепсу. Он произвел какой-то тихий звук, по-видимому, выражая одобрение.