Чтение онлайн

И наконец провалилась в сон.

Проснулась я на грязном полу камеры. Моя правая рука была просунута сквозь прутья решетки. Я изумилась не столько тому, что жива, сколько тому, что за руку меня держал Валекс.

— Элена, с тобой все в порядке? — с искренней тревогой осведомился он.

— Кажется, да, — хриплым шепотом ответила я. Во рту все пересохло.

Со стороны входной двери донесся скрип открываемого замка.

— Прикинься мертвой, — прошептал Валекс, отпуская мою руку. — И постарайся сделать так, чтобы они поближе подошли к моей камере, — добавил он, когда в темницу вошли два охранника. Я перевернулась и высунула между прутьев другую, ледяную руку как раз в тот момент, когда охранники уже спускались по лестнице.

— Проклятие! Здесь воняет хуже, чем в сортире после пивной вечеринки, — промолвил один из охранников, поднимая фонарь.

— Как ты думаешь, умерла? — спросил другой.

Я лежала лицом к стене с закрытыми глазами, а когда ощутила желтоватый луч света, направленный на меня, еще и задержала дыхание.

Охранник прикоснулся к моей руке.

— Холодная как лед. Давай вытащим ее отсюда, пока она не начала разлагаться. Здесь и так вони хватает… — Замок щелкнул, и раздался скрип открываемой двери.

Охранник схватил меня за ноги, и я расслабилась, изображая мертвое тело. Когда на меня перестал падать свет, я рискнула и приоткрыла глаза. Охранник с фонарем двинулся вперед, чтобы освещать дорогу, так что верхняя часть моего тела осталась в тени. Когда меня тащили мимо камеры Валекса, я обеими руками уцепилась за прутья решетки.

— Эй! Стой! Она застряла.

— Где? — осведомился его напарник.

— Не знаю. Иди сюда, посвети.

Я пропихнула руку в камеру Валекса, обхватив прутья.

— Назад! — рявкнул Валексу охранник с фонарем, хватая меня за локоть своей жирной лапой. Потом он издал хрип, и я успела открыть глаза, чтобы заметить, как фонарь упал на пол и погас.

— Что такое? — воскликнул второй охранник, который все еще держал меня за ноги.

Я согнула колени и подтянулась ближе к его ногам. И он икнул от изумления, когда я схватила его за лодыжки. Ничего не понимая, он попятился и упал навзничь.

Я совершенно не ожидала услышать тошнотворный хруст ломающейся кости. Тело его обмякло, а я поднялась на подгибающихся ногах.

Услышав звук удара и звон ключей, я обернулась как раз в тот момент, когда Валекс снова зажигал фонарь. Второй охранник сидел, прислонившись к решетке, и голова его была противоестественно свернута набок.

В тусклом свете фонаря я различила мертвое тело, лежащее у моих ног. Охранник ударился головой о край последней ступени, и теперь на полу образовывалась лужа темной жидкости. Значит, я только что убила еще одного человека. Меня начало трясти — это был уже четвертый. Неужто я превратилась в бесчувственного убийцу? А Валекс, разве он не испытывал раскаяния или чувства вины, когда отнимал у человека жизнь? Я повернулась лицом к нему.

Он как всегда быстро и энергично разоружил мертвых охранников.

— Постой здесь, — кинул он мне, после чего открыл дверь темницы и вышел в комнату охранников.

До меня донеслись крики, стоны и звуки падающих тел. Без чувства вины и сожаления Валекс делал все необходимое для того, чтобы одержать победу.

Когда он снова появился на верхней ступеньке лестницы и поманил меня за собой, его лицо, грудь и руки были забрызганы кровью. В комнате лежали три охранника — я не смогла определить — мертвые они или просто без сознания.

На столе стояла моя сумка, а ее содержимое было вывалено наружу. И пока Валекс пытался открыть последнюю дверь, отделявшую нас от свободы, я принялась собирать свое имущество. Мне не было свойственно крохоборство, но я хотела все получить назад, включая бабочку и мой огненный амулет. Стоило мне надеть цепочку на шею, как меня охватил совершенно не свойственный мне оптимизм.

— Проклятие! — выругался Валекс.

— В чем дело?

— Ключ от этой двери есть только у капитана. А он откроет ее лишь тогда, когда наступит время смены караула.

— Попробуй вот это, — промолвила я, протягивая Валексу свои отмычки.

Он расплылся в улыбке.

Пока Валекс вскрывал замок, я нашла кувшин с водой и бочку для умывания. Даже опасения быть пойманной не могли удержать меня от желания умыться. Но этого было мало. Мне надо было избавиться от запаха рвоты и крови, которыми я была пропитана. Поэтому я начала обливаться целыми ведрами, пока не вымокла насквозь. Выпив с полкувшина воды, я отнесла остальное Валексу, и он, утолив жажду, вновь вернулся к замку.

Наконец дверь открылась, и Валекс выглянул в коридор.

— Все прекрасно. Никого. Пошли, — и он раскрыл дверь шире.

Валекс взял меня за руку и вместо того, чтобы двинуться к единственному выходу, повел меня обратно в темницу, следя за тем, чтобы двери в камеры оставались открытыми.

— Ты сошел с ума, — прошептала я, когда он принялся затаскивать меня в последнюю камеру. — Путь на свободу находится там, — указала я на лестницу.

Однако он открыл дверь камеры, не обращая на меня никакого внимания.

— Поверь мне, это самое безопасное место. Они скоро обнаружат оставленные нами трупы, а распахнутые двери заставят их поверить в то, что мы сбежали, — и Валекс затолкнул меня в камеру. — Они отправят поисковые отряды за нами, и, когда все солдаты покинут особняк, мы начнем действовать. А до этого момента мы притаимся.

Валекс сложил солому в углу камеры, загасил фонарь и заставив меня лечь. Я свернулась клубком, повернувшись к нему спиной. Из-за мокрой одежды меня била мелкая дрожь. Валекс навалил солому и сверху, а потом, обняв, прижал меня к себе. Вначале я напряглась, а потом его тело начало меня согревать, и я расслабилась в его объятиях.