Чтение онлайн

«Гейл выглядит отдохнувшим, — подумала она, — и очень уверенным». Это меняло все и для него, и в такой же мере.

— Было небольно, — объяснила она.

— В следующий раз, когда захочешь играть роль случайного прохожего, позволь мне тебя потренировать.

— Но они же поверили, правда?

— О да, они всему поверили. Они были вынуждены. Ты чуть не умерла. Не понимаю, зачем ему понадобилось спасать жизнь гторожу и чуть не угробить тебя.

— Кому?

— Говарду, милая. Говарду Рорку.

— А при чем здесь он?

— Дорогая, тебя еще не допрашивала полиция. Но будет, и тебе следует быть более убедительной, чем сейчас. Уверен, что тебе удастся. Они не вспомнят о процессе Стоддарда.

— Ох!..

— Ты преуспела тогда и сумеешь сделать это снова. Всякий раз, вспоминая о нем, ты будешь испытывать то, что испытываю я, глядя на его труды.

— Гейл, ты рад, что я так поступила?

— Да.

Она увидела, что Винанд смотрит на ее руку, лежащую на краю постели. Потом он опустился на колени, и его губы прижались к ее руке; он не дотронулся до нее пальцами, лишь губами. Это было единственное признание, чего стоили ему дни, проведенные ею в больнице, которое он мог себе позволить. Она приподняла другую руку и погладила его волосы.

Она думала: «Для тебя это будет хуже, чем если бы я умерла, Гейл, но все будет в порядке, тебе не будет больно, потому что на

свете больше нет боли; нет ничего важнее факта, что мы существуем: он, ты и я; ты уже понял, что имеет значение, хотя еще не знаешь, что потерял меня».

Он поднял голову и встал:

— Ни в малейшей мере я не хотел упрекнуть тебя. Извини меня.

— Я не умру, Гейл. Я чувствую себя великолепно.

— Ты так и выглядишь.

— Его арестовали?

— Его выпустили под залог.

— Ты счастлив?

— Я рад, что ты это сделала, и сделала для него. Я рад, что он это сделал. Он не мог иначе.

— Да. И будет еще один процесс Стоддарда.

— Не совсем.

— Тебе нужен еще один шанс, Гейл? После всех этих лет? — Да.

— Мне можно читать газеты?

— Нет. Пока не встанешь.

— Даже "Знамя" нельзя?

— «Знамя» в особенности.

— Я люблю тебя, Гейл. Если ты продержишься до конца…

— Не надо меня подкупать. Это не наше с тобой личное дело. И даже не мое с ним.

— Это твое дело с Богом?

— Если тебе нравится называть это так. Но мы не будем это обсуждать. Даже когда все кончится. Внизу тебя ждет посетитель. Он там каждый день.

— Кто?

— Твой любовник, Говард Рорк. Можно впустить его, чтобы он теперь тебя поблагодарил?

Веселая насмешливость, тон, которым он произносил эти слова, как нечто предельно нелепое, подсказали ей, как он далек оттого, чтобы догадаться об остальном. Она попросила:

— Да, я хочу его видеть. Гейл… а если я решу сделать его своим любовником?

— Я убью вас обоих. Не двигайся, лежи спокойно, доктор сказал, что нельзя напрягаться, он наложил двадцать шесть различных швов в самых разных местах.

Он вышел, она слышала, как он спускался по лестнице.

Когда первый полицейский добрался к месту взрыва, он обнаружил позади здания, на берегу реки, взрывное устройство. Рорк стоял рядом, держа руки в карманах и разглядывая руины Кортландта.

— Что тебе об этом известно, приятель?
– — спросил полицейский.

— Вам лучше арестовать меня, — предложил Рорк. — Я буду говорить на суде.

Он не прибавил ни слова в ответ на все официальные вопросы, последовавшие за этим.

Именно Винанд тем же ранним утром добился, чтобы Рорк был выпущен под залог. Винанд выглядел спокойным и в травматологической клинике, где ему позволили увидеть Доминик и сказали, что она не выживет. Он был спокоен, когда телефонным звонком поднял с постели окружного судью и договорился об освобождении под залог. Но в маленьком кабинетике начальника окружной тюрьмы его вдруг начало трясти.

— Вы, чертовы идиоты, — произнес он сквозь стиснутые зубы, а затем последовали самые грязные слова, которым он научился в порту. Он начисто забыл все аспекты случившегося, кроме одного: Рорк в тюрьме. Он вновь был Винандом Дылдой из Адской Кухни, это была одна из тех вспышек ярости, что охватила его у полуразрушенной стены, когда он ждал смерти. Только теперь он был владельцем целой империи, и ему было трудно понять, зачем нужны какие-то судебные процедуры, почему он не может разнести эту тюрьму при помощи своих кулаков или своих газет. В этот момент он хотел убивать, он должен был убивать, как в ту ночь, когда защищал свою жизнь.

Он заставил себя подписать бумаги, заставил подождать, когда приведут Рорка. Затем они вместе вышли, Рорк вел его за запястье, и к тому времени, когда они дошли до машины, Винанд успокоился. В машине он спросил:

— Конечно, это сделал ты?

— Конечно.

— Мы будем бороться вместе.

— Если ты хочешь, чтобы это было и твоей борьбой.

— Оценивая собственное состояние на сегодня, я добрался до четырехсот миллионов долларов. Этого хватит, чтобы нанять любого адвоката или всех сообща.

— Мне не нужен адвокат.

— Говард! Ты опять хочешь трясти фотографиями?

— Нет. На этот раз нет.

Рорк вошел в спальню и уселся на стул возле постели. Доминик спокойно лежала, разглядывая его. Они улыбнулись друг другу. «Ничего не нужно говорить и на этот раз», — подумала она.

Она спросила:

— Ты был в тюрьме?

— Всего несколько часов.

— На что это похоже?

— Не стоит начинать все сначала. Гейл обо всем этом уже спрашивал.

— Гейл был очень рассержен?

— Очень.

— А я нет.

— Я могу снова оказаться в камере, и на долгие годы. Ты знала это, когда соглашалась помочь мне.

— Да. Я знала.

— Я рассчитываю па то, что ты поможешь Гейлу, если я попаду туда.

— Рассчитываешь на меня?

Он посмотрел на нее и покачал головой.

— Дорогая… — Это прозвучало как упрек.

— Да? — прошептала она.

— Разве ты не поняла, что я завлек тебя в ловушку?

— Каким образом?

— Что бы ты делала, если бы я не попросил тебя о помощи?