Чтение онлайн

Ос тихо вздохнул.

– Об этом я и хотел поговорить. Лай, я... не думаю, что нам стоит продолжать.

– Вот как?
– тихо переспросила она.
– Могу я узнать причину?

– Это нечестно, - он тихо вздохнул.
– Ты мне нравишься, но мне нечего предложить тебе взамен твоей любви. Я не смогу разделить с тобой вечность.

Лайлайи медленно покачала головой.

– Мы не на базаре, чтобы ты мне предлагал нечто взамен, - сказала она просто.
– Я же сказала: я люблю тебя. Мне не нужна вечность, твои признания, обещания, ответные подарки или железные гарантии счастливого будущего. Я не собираюсь накидывать на тебя оковы в виде обязательств или брака. Просто позволь мне дарить тебе свою любовь. Или тебе плохо со мной?

– Мне хорошо, - сказал Ос честно.
– Но между нами нет совместимости, и это совершенно бесперспективно...

– Ихшасмора, не с чужого ли голоса поёшь ты эту песню?
– спросила она мягко.
– Не повторяешь ли ты передо мной то, что сказал тебе кто-то ещё?

Осариди смутился. Признаваться не хотелось, но да, во многом именно разговор с Диколири повлиял: её слова о том, что для дракона всё бессмысленно без совместимости, царапали внутри.

Он не сказал ничего, но лань, конечно, поняла.

– Ихшасмора, - она качнула головой.
– Запомни одну вещь, пожалуйста. Любовь не имеет отношения к гарантиям, логике, эгоизму и даже жажде обладания. Она не ставит условий, понимаешь? Она просто есть. Проблема всего лишь в том, что в шуме и суете жизни к любви примешиваются другие чувства. Например, собственничество и ревность - это всего лишь проявления эгоизма; мечты о вечности - проявление жадности; жажда обязательных гарантий в виде того же брака или парности - проявление вполне понятной и объяснимой, но всё же просто земной практичности. Каждому хочется знать: вот эта вещь на полке, она никуда от меня не денется... Но, Ихшасмора, мы не любим вещи, мы просто обладаем ими. Это всё не имеет никакого отношения к любви, это дополнения, продиктованные обществом и желанием обезопасить себя и потомство. Любовь же - это порыв, это желание быть рядом, касаться, провести с любимым существом так много времени, как получится, и ценить каждое мгновение, как дыхание. Любовь - это умение принимать выбор того, кого любишь, и быть счастливым, если счастлив он. Любовь - это возможность переступить через свой эгоизм, найти за комнатой, в которой ты заперт, целый мир. Любовь - это не только и не столько умение увидеть себя в ком-то; это - умение поставить кого-то выше себя. И знай, если любишь кого-то, то переступишь через что угодно, но вырвешь у судьбы столько времени, сколько дано. Я люблю тебя, да; и я приму твой отказ лишь в том случае, если ты правда не захочешь больше видеть меня рядом с собой. Но если тебе со мной хорошо, не лишай меня этих минут, этих ночей, своего тепла. Однажды я без сомнений уступлю тебя той, достойной, и надеюсь, что ты поделишься с ней любовью, которой делюсь с тобой я. Я верю почему-то, что её подарит тебе Мать-Роща. Это логично, ведь ты - бог воды. И кто знает, когда это случится, кто знает, что будет потом, но прошу - останься со мной сейчас. Пока не взошло солнце. 

Пару мгновений Ос всматривался в её золотистые глаза, а после поцеловал, страстно и отчаянно, как в последний раз.

"Пока не взошло солнце", - подумал он.
– "Почему я раньше не понимал, насколько мудра эта женщина, которую все считают такой глупой?"

Солнце в тот день взошло нескоро.

*

– И что ты делаешь?
– уточнил Рик мрачно.

– Собираюсь добраться до Предгорья по рекам. Или ты думаешь, что я буду топать пешком?

Алый закатил глаза и принялся без слов наколдовывать сферу для переноса. Ос хотел что-то съязвить, но по взгляду врага понял: лучше в этот раз придержать чувство юмора при себе. Рик не любил признаваться в сентиментальности куда больше, чем в жестокости, и Осариди решил не дразнить его лишний раз - ещё уронит...

Лай, от которой не укрылся смысл их диалога, тихо рассмеялась.

– Вы такие милые!

Лани и русалочки, собравшиеся их проводить, наперебой захихикали.

– Точно, - сверкнул глазами Йормаора.
– Наблюдать за дружбой - это всегда очень интересно! Кстати, коль уж на то пошло, передайте вашему Стальному учителю (до сих пор не верю, что этот полудурок, с которым мы некогда куролесили, подался в учителя): новую цепь я достал, как и договаривались. И да, он должен мне выпивку.

Ос с Риком застыли, переглянулись и перевели на Йорамору взгляды крайне ласковые и прочувственные.

– Ой, - сказала Лай тихонько.
– Так это вы, получается...

– Ну, если всё, то я пошёл!
– сообщил Йорамора радостно.
– Совет вам, любовь... а нет, это не из того спектакля... в общем, развлекайтесь на учёбе, мальчики! Жду на каникулах.

С этими словами отец рассыпался фонтаном брызг.

Повисло молчание.

– Прости, конечно, - сказал Рик.
– Но твой отец вызывает во мне страстную и неконтролируемую жажду крови.

– У, - Осариди мрачно закатил глаза.
– Просто поверь мне, он на всех так влияет. Другие страстные желания из тех цивилизованных существ, кого я знаю, он вызывает только у мамы. Но она, при всей моей любви к ней, обладает несколько специфичным вкусом.

– Просто у неё он есть, - раздался отовсюду ехидный голос Йораморы.
– В смысле, вкус. Да и в чувстве стиля ей не отказать. Даже удивительно, что в вашей тоталитарной жо... в смысле, благостном Предгорье вырос кто-то настолько адекватный.

– Мулун очаровательна, - сказала Лай мечтательно.
– Не удивительно, что она смогла родить дитя морскому богу!

– Вот!

– Это безнадёжно, - пробормотал Ос.
– У меня самая безумная семья на свете.

– Ха, - буркнул Алый.
– С моей сравнивал? А уж когда с Ледяными поближе ознакомишься, вообще окосеешь.

Осариди тихонько вздохнул. Как ни крути, доля истины в этом была.

– Предполагаю, нам стоит отправляться?
– уточнил он.

Рик хмыкнул и внезапно всем корпусом повернулся к Лайлайи.

– Слушай, госпожа... Не знаю, как ты к этому отнесёшься, но подумай, прежде чем отказываться. В общем, вскоре у меня намечается торжество в честь Обретения пары. Этот, - кивок в сторону Оса.
– Тоже приглашён, разумеется. Официально приглашаю также тебя, как гостью Дома.

По поляне пронёсся шум. Все лани загомонили, наперебой объясняя, что они почти беспомощны так далеко от Матушки-Рощи.

Лайлайи молчала.

– Ты спятил?!
– поразился Ос.
– Ей же нельзя туда! Там будут...

– Те, кто привык видеть ей подобных уже в тушёном виде, да, - ощерился Рик.
– И, несмотря на мою защиту, я не буду врать, что риска нет вовсе. Тебя и впрямь могут убить, госпожа. Но это будет способ...

– Показать им, какие мы, - пробормотала Лай.
– Что мы, может, глупые, но...

– Верно, - Рик не сводил с неё глаз.
–  Но. Решение за тобой, госпожа.

– Это исключено!
– взвился Ос.

– Я согласна, - сказала Лайлайи.
– Я... рада принять твоё приглашение, Рик.