Чтение онлайн

Реакция в общем-то хрестоматийная. Даже в самой демократической стране власть не должна работать под давлением. Иначе она уже не власть. В 1981 году Маргарет Тэтчер, не дрогнув, дала умереть с голоду протестующим заключенным из Ирландской республиканской армии, ни на шаг не уступив, обретя за это качество вполне украсившее ее прозвище Железная Леди... Шеин, конечно, не Ганди, Путин — не Тэтчер, да и нравы теперь иные. И все же перенос протестных настроений из Москвы в Астрахань — процесс знаковый и по всем статьям малопредсказуемый.

Да, в самой столице протестный пыл ослабел. Зато оживилась оппозиция на местах. И она при участии московских коллег начинает отрабатывать свои технологии и вербовать сторонников.

При этом обмен опытом происходит не только между Астраханью и Москвой, он идет уже и между регионами. Перспектива вырисовывается мрачноватая. Кремль вернул выборы губернаторов, и теперь у любого потерпевшего поражение может возникнуть соблазн выразить свой протест по астраханской или иной «болотной» технологии. Иными словами, свои проспекты Сахарова могут появиться едва ли не во всех субъектах Федерации. С одной стороны, это проявление гражданского самосознания, а с другой — административный паралич страны.

Противостояние же штука коварная. Чаще всего оно заканчивается тем, что у одной из сторон сдают нервы. Либо это происходит с оппозицией, которая, рванув тельнягу на груди, идет крушить витрины и офисы. Либо власть решается на жесткие меры, чтобы продемонстрировать «твердую руку». Так, в 1919 году после протестных акций Махатмы Ганди генерал Реджинальд Дайер взял да и расстрелял около тысячи безоружных людей — дабы «преподать урок».

Спасти ситуацию могут не причитания ЦИК, а, как ни странно, лозунги, прозвучавшие в свое время на Болотной: «За честные выборы!» Выборы, в которых провластные партии и оппозиция смогут на равных состязаться с помощью политических программ, а не политических прокламаций. И где многослойный президентский фильтр будет отсеивать персон неадекватных, а не нелояльных власти.

Дайте только срок

/ Политика и экономика / Те, которые...

Хорошо поработало правительство в отчетный период. Но поработает еще лучше. Как следует из выступления действующего премьер-министра Владимира Путина в Госдуме, через некоторое время нашу страну будет просто не узнать.

Взять, например, такой важный показатель, как инвестиционный климат: «Мы ставим задачу в ближайшие годы сделать 100 шагов в этом направлении и подняться с нынешнего 120-го места до 20-го». Двадцатую позицию, подчеркнул уважаемый докладчик, занимает сегодня такая серьезная держава, как Япония. Есть у Путина ясность и со сроками реализации амбициозной цели: «У меня есть возможность работать сейчас и следующий срок... если ситуация позволит, если я захочу».

Заглянуть в будущее будущего главу государства заставил депутат Госдумы от КПРФ Владимир Бортко, поинтересовавшийся, как тот относится к идее подкорректировать Конституцию, запрещающую ныне одному и тому же лицу занимать президентскую должность более двух сроков кряду, — вычеркнув из нее пресловутое слово «подряд». Владимир Путин отреагировал положительно. Правда, выразил уверенность, что его самого эта новация коснется «в меньшей степени»: закон, как известно, обратной силы не имеет.

Вся эта полемика дает широчайший простор для политических инсинуаций. Вот самая консервативная версия: Путин, вступающий через месяц в президентскую должность, может править, несмотря на любые правки Конституции, аж до 2024 года.

Однако политологи рисуют и смелые фантастические сценарии: после внесения конституционной поправки все сроки обнуляются, значит, Путин получает возможность простоять у руля до 2030-го (если Основной закон поправят в начинающийся президентский срок), а то и до 2036 года. Последний сценарий, конечно же, маловероятен. Однако у нас в стране наработан опыт продления политической молодости. Достаточно вспомнить успешное обнуление губернаторских сроков в 1999 и 2004 годах.

У такого варианта развития событий есть, разумеется, не только сторонники, но и ярые противники. Но главный вопрос в том, насколько сами граждане доверяют своей политической системе. Если с политическим «самочувствием» все о-кей, то им не страшен ни четвертый, ни, дай Бог здоровья Владимиру Владимировичу, десятый президентский срок. Vox populi — vox Dei. Если же доверие к власти, чего доброго, продолжит падать, то кого на кого ни меняй, Японию нам, увы, не догнать.

А напоследок я скажу

/ Политика и экономика / Те, которые...

Политика — суровая и далекая от сантиментов сфера бытия. Но нет-нет да и случаются события, которые сами собой ложатся в стихи. Именно такой судьбоносный момент мы и переживаем в настоящее время. А герой этого времени — Дмитрий Медведев, вскоре покидающий президентский пост. Никто другой не создавал за последние месяцы, недели и дни столько информационных поводов. Вот лишь самые свежие президентские поручения: по вопросу расширения Москвы; по вопросу противодействия коррупции; по развитию конкуренции и предпринимательского климата; по кадровому обеспечению государственной службы... А если перечислить все поручения главы государства начиная с зимы, в том числе пакет законопроектов о политреформе, то Дмитрий Анатольевич идет на мировой рекорд: назвать его «хромой уткой» просто язык не поворачивается.

Это планов громадье прозой не описать — только языком поэзии! Вот у Вяземского: «И жить торопится, и чувствовать спешит!» Хотя, если цитировать дальше, аналогия получается двусмысленная: «И, чувства истощив, на сердце одиноком нам оставляет след угаснувшей мечты». Впрочем, другие цитаты еще менее оптимистичны: «Работу малую висок еще вершит, но пали руки».

Нет, без шершавого языка политкомментария тут не обойтись! Пусть это будет не столь поэтично, зато не так грустно. Итак, Дмитрий Медведев кроме конкретных дел оставляет после себя массу идей, богатое теоретическое наследство. И задача его преемника — не расплескать по пути этот политический капитал. Справится ли? Поглядим. В любом случае Дмитрий Анатольевич сказал напоследок все, что хотел сказать. И — «уж вы не обессудьте».

О Вере, Царе и Отечестве

/ Политика и экономика / В России

Панк-шоу у алтаря, акты вандализма в храмах, скандалы вокруг собственности патриарха, жаркие дискуссии о роли и месте православия в светском государстве выплеснулись с газетных полос и телеэкранов на улицы и кухни... Таких потрясений Церковь не знавала за всю новейшую историю страны. Что за этим стоит — грязные пиар-технологии или стратегические просчеты, допущенные священноначалием РПЦ?