Чтение онлайн

Да что там «Сахалин»! В самом начале министерской карьеры Трутнев пригрозил отозвать некоторые лицензии на разведку недр у «Сургутнефтегаза» и Санкт-Петербургского горного института. А эти структуры считаются ну очень близкими к Владимиру Путину. К примеру, главой его предвыборного штаба в Питере во времена оны был ректор Горного института Владимир Литвиненко.

Юрий Трутнев даже сошелся в поединке с самим Игорем Сечиным по вопросу раздела арктического шельфа, но проиграл. В результате Минэнерго, созданное стараниями Сечина, получило функции МПР по законотворческой работе в нефтегазовой отрасли. Но министр держал удар. Незадолго до отставки Юрий Петрович проинспектировал Самотлорское месторождение, разрабатываемое «дочкой» ТНК-BP, устроив менеджменту компании, поглощаемой сечинской «Роснефтью», публичную порку. В итоге Трутнев из правительства ушел, оставив на хозяйстве заместителя Сергея Донского, а сам стал помощником президента, отвечающим за Госсовет, президентские Совет по спорту и Комиссию по развитию авиации общего назначения.

Полпред

Юрий Петрович любит передвигаться по жизни и карьере в окружении тех, кому доверяет, — многие из членов его команды перебрались с ним в Москву из Перми. Став дальневосточным вице-премьером, он принялся лоббировать на пост профильного министра Семена Леви, работавшего с ним и в Перми, и в МПР. Другие кандидаты на эту должность — губернатор Амурской области Олег Кожемяко, экс-губернатор Приморья Сергей Дарькин, а также представитель «Деловой России», сопредседатель центрального штаба ОНФ Александр Галушка — фигуры не из его обоймы. Но, как показывает случай с Митволем, Трутнев умеет ладить и с такими.

То, что Трутнев не засидится в путинских помощниках, было понятно с самого начала. Ему предлагали пост губернатора Мурманской области, потом Иркутской, звали обратно в родную Пермь. Отказался. Интерес к родному региону у экс-министра не ослабевал никогда, но возврат в родные пенаты был воспринят им как спуск по карьерной лестнице. Он предпочел остаться в кадровом резерве вместе с Татьяной Голиковой и Эльвирой Набиуллиной. Все они не прогадали...

По слухам, нынешней должностью он обязан первому вице-премьеру Игорю Шувалову, курировавшему комиссию по развитию ДВФО. И с места в карьер занялся ликвидацией последствий дальневосточного потопа. Натянул резиновые сапоги, инспектирует подтопленные территории, проводит совещания, устраивает разносы.

Чиновник с бизнесовым менталитетом должен привлечь большие деньги в депрессивный Дальневосточный регион. По примеру еще одного бывшего предпринимателя Александра Хлопонина, который ныне пытается за счет немереных инвестиций умиротворить Северный Кавказ. Сомнений в том, что Трутнев справится, в Кремле нет. Опыт развития территорий у него немалый, связей с потенциальными инвесторами множество.

Да и рулить в прямом смысле слова Юрию Петровичу не привыкать: с 2000 года он участвует в соревнованиях по ралли. Его личный автопарк еще три года назад был как на подбор: Porsche Cayenne Turbo, Maserati Gran Turismo…

«Настоящий мужик» — самая распространенная характеристика экс-главы МПР в истеблишменте. Подтверждать титул мачо непросто, но у него получается. Третий брак и малолетние дети у 57-летнего политика (всего наследников у Трутнева пятеро) немало тому способствуют. Впрочем, главное — Юрий Трутнев известен своей способностью договариваться с крупным капиталом. Это то, что в новой должности ценнее всего. Ни один бюджет, госкорпорация или государственный фонд не в состоянии отсыпать денег столько, чтобы Дальний Восток не отвалился от России. Эту проблему можно решить, только сделав регион привлекательным для бизнеса — нашего и зарубежного. Имея под боком Японию, Китай и Южную Корею, грех было бы не попытаться. Трутнев попытается. Как вспоминают его сокурсники по Пермскому политеху, он из любой драки и с любого экзамена выходил целым.

МЭРовой масштаб

/ Политика и экономика / В России

По чьим лекалам новый мэр будет кроить российскую столицу

На момент подписания этого номера в печать о результатах выборов мэра Москвы можно было лишь догадываться. Гадать, впрочем, было не так уж сложно: социологические опросы не оставляли сомнений в том, кто из шести кандидатов имеет наибольшие шансы взойти на московский престол. Однако разрешение электоральной интриги не снимает с повестки другой, еще более важный вопрос: с чего начать новому мэру? Свои варианты ответа на него на страницах «Итогов» дают самые, пожалуй, внимательные зрители избирательной гонки — бывшие отцы города и те, кто уже пытался избраться на пост столичного градоначальника.

Гавриил Попов, первый мэр Москвы в 1991—1992 годах:

— Эти выборы я расцениваю как восстановление одного из фундаментов демократии — выборов всех уровней исполнительной власти. В предшествующие годы Кремль утверждал «управляемую демократию». Итогом стала замена выборов назначенчеством. Но перспектива личной ответственности президента за все и вся заставила вернуться к выборам. Чтобы переложить весомую часть ответственности на избирателей. Теперь об идеальной программе нового мэра.

Надо завершить революцию 1989—1991 годов. Экономику и жилье приватизировали. Во-первых, надо отобрать у государства школы, вузы, поликлиники, больницы, театры... Деньги, которые тратит государство на их «бесплатность», должны получать лично граждане и сами расплачиваться за свою учебу, лечение, досуг. Граждане, а не чиновники должны выбирать школу с устраивающим их учебником, например истории.

Во-вторых, надо создать в Москве фундамент всякой демократии — граждане должны выбирать комитеты домов, кварталов, улиц, микрорайонов. Надо передать этим органам решение массы вопросов. Пятьсот тысяч депутатов этих комитетов станут огромной силой. Далее москвичам надо избирать и судей первой инстанции, и членов Союза журналистов — как базу независимости третьей и четвертой властей.

В-третьих, надо любой ценой привлечь в Москву не менее миллиона одаренных людей с высшим образованием — из провинции, из ближнего и дальнего зарубежья. Восстановить Москву как интеллектуальный центр России. За прошедшие четверть века произошла гигантская и опасная деинтеллектуализация столицы. По результатам публикаций, патентов, олимпиад, научных конференций надо привлечь в существующие и новые 15—20 научных городков — особенно на территории новой Москвы — тот миллион интеллектуалов, который изменит лицо города.