Чтение онлайн

Светить всегда!

/ Политика и экономика / Что почем

200 руб. — примерно столько стоит один светоотражающий жилет, который вскоре придется купить каждому автолюбителю. МВД России подготовило соответствующие изменения в Правила дорожного движения, согласно которым всех водителей обяжут возить с собой жилеты со световозвращающими элементами. Могут обязать и пешеходов, которые собираются выходить на дорогу в темное время суток, надевать одежду с элементами, отражающими свет фар, чтобы водители могли вовремя заметить человека на дороге. Иначе — штраф.

Мера в общем-то нелишняя. «По статистике, сейчас более 60 процентов аварий с участием пешеходов случается именно по той причине, что водитель не успел их заметить, — отмечает президент Коллегии правовой защиты автовладельцев Виктор Травин. — Да и водителям аварийный жилет не помешает. Например, случилось ночью ДТП на МКАД. Там такой поток, что водителю банально из машины трудно выйти, того и гляди собьют. Светящийся жилет в такой ситуации просто незаменим». Не случайно использование светящегося жилета давно предусмотрено дорожными правилами в Австрии, Испании, Италии, Португалии, множестве других стран.

Но если водителей ГИБДД может обязать иметь в машине жилет, то как быть с пешеходами? Как повлиять на их сознательность — только штрафами? Понятно, что лучше бы обойтись рекомендательными и профилактическими мерами. К тому же, как отмечает Виктор Травин, гораздо правильнее «освещать улицы, а не пешеходов». Если, к примеру, пустить деньги от реализации жилетов водителям на освещение, то в городах точно бы не осталось ни одной темной улицы. Так, в Москве сегодня зарегистрировано порядка четырех миллионов автомобилей. Соответственно, если бы каждый водитель обзавелся жилетом, это принесло бы 800 миллионов рублей. Такой суммы хватило бы на установку 80 тысяч фонарных столбов. На средневзятой улице обычно несколько десятков фонарей. Получается, что на эти деньги можно было бы легко осветить еще один мегаполис.

Магия цифр

/ Политика и экономика / Что почем

22 022,22 рубля должен будет заплатить по решению Московского районного суда Санкт-Петербурга двум компаниям-ответчикам каждый из девяти истцов — защитников нравственности, пытавшихся получить с Мадонны 333 000 000 рублей за пропаганду гомосексуализма во время концерта в Питере. Итого за нравственность придется выложить 198 199,98 рубля. Чем руководствовались противники однополой любви, оценивая свои моральные страдания такой красивой и легко запоминающейся суммой, непонятно. В конце концов, какой-то смысл был бы в Числе Зверя — коли уж бойкую пожилую женщину они сочли за предшественницу антихриста. В то время, как она простая каббалистка... Но при чем здесь три тройки? Ну портвейн так можно назвать, а ведь тут серьезное дело: иск к гражданке Соединенных Штатов Луизе Чикконе суду обошелся недешево: тысяч по пять стоило послать письмо с повесткой, а поскольку ответчица не отвечала, писем пришлось послать несколько. Ответчиков, кроме поп-звезды, еще трое: организаторы концерта — ФГУП «Петербургский спортивно-концертный комплекс», ЗАО «Планета Плюс» и компания PMI. А истцы называют себя членами Профсоюза граждан России, что вызывает недоумение, так как гражданство никак не может считаться профессией. Адвокат Раиса Тюрина не удивлена: «Можно было предсказать, что суд отклонит иск, так как доказать, что истцы пережили физические или нравственные страдания, практически невозможно. А суммы, которые должны выплатить истцы, — это уже свидетельство того, что у судьи есть чувство юмора».Чтобы достойно завершить весь этот спектакль, судья проявил чувство юмора еще раз: третьему ответчику гомофобные граждане должны заплатить по 16 тысяч рублей 16 копеек — итого 144 001,44 рубля. Да здравствует российский суд — самый остроумный суд в мире!

Вас здесь не стояло

/ Политика и экономика / Что почем

2593 незаконно установленных объекта намерены убрать с улиц Москвы городские власти до конца этого года. Таким образом, завершится борьба с нелегальными ларьками, затеянная мэром Собяниным. Предприниматели бьют тревогу и просят чиновников разобраться в том, какие объекты нужно сносить, а какие — оставить. Дело в том, что в список, содержащийся в постановлении правительства Москвы № 614 от 2 ноября, помимо торговых палаток попало 842 других объекта, среди которых автомойки, сервисы и даже заправки. Как рассказал «Итогам» член президиума общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «ОПОРА России» Алексей Небольсин, «из них примерно половина построена и эксплуатируется на законных основаниях». В числе нелегальных они оказались из-за того, что предприниматели слишком доверились чиновникам, которые в середине 90-х, почувствовав дефицит моечных станций и автомастерских, предоставили коммерсантам землю под них в пятилетнюю аренду, а потом не стали ее продлевать, пообещав, что все останется как прежде. «В итоге со временем обещания забылись, а строения, даже оформленные по всем правилам как капитальные объекты, оказались теперь вне закона», — продолжает Небольсин.

Владельцы намеченных под снос автомоек и сервисов уже подсчитывают грядущие убытки. Так, если незаконно установленный ларек ничего не стоит перевезти в другое место, поместив его в кузов небольшого грузовичка, да и изначальная стоимость палатки невелика, то затраты в области автосервиса несравнимо больше. Как рассказал владелец одной из московских автомастерских Дмитрий Потапов, минимальная сумма для обустройства точки составляет около 7 миллионов рублей. Примерно во столько же обходится и оборудование автомойки. Причем в отличие от ларьков этот бизнес окупается гораздо дольше. Получается, что 2,5 тысячи столичных предпринимателей к концу года могут остаться не у дел. Вот только если ларек, по всей вероятности, через некоторое время вновь появится около другой станции метро или автобусной остановки и будет по-прежнему приносить прибыль, то заново оборудовать сервис или мойку непросто — может не хватить ни денег, ни веры в будущее.

Не 37-й

/ Политика и экономика / Те, которые...

Среди привилегий, которыми пользуются первые лица, есть право озвучивать простые истины. Попробуйте, например, заявить что-то вроде «человек имеет право где-то работать, у нас же не 37-й год». Никто и ухом не поведет. А ровно та же фраза, произнесенная Владимиром Путиным, — речь шла о судьбе экс-министра обороны — становится новостным хитом. Хотя, казалось бы, ну чего тут нового? Раскрываем Конституцию, статья 37 (вот ведь совпадение!): «Каждый имеет право... выбирать род деятельности». Смотрим на календарь: ноябрь 2012. Однако же все всё поняли. И этому имеется лишь одно объяснение: ситуация далеко не так очевидна, как это следует из Конституции и календаря.

Различий у новейших «чисток» и печальных событий 1937-го, спору нет, множество. Но есть и одно сходство. А именно: избирательность следственных действий. Одних сажают, а к другим нет никаких «личных претензий». Свежий образчик блогового юмора: «Какие-то дуры в церкви танцы устроили!» — «Посадить!» — «Сердюков... Тоже посадить?» — «Да вы что! Сейчас же не 37-й год».

Однако наивен тот, кто видит в словах президента про не 37-й гарантию неприкосновенности экс-министра. Через несколько дней после путинского заявления «говорящая голова» Следственного комитета Владимир Маркин не исключил, что Анатолий Сердюков может быть вызван на допрос: «В этом деле нет неприкасаемых персон».

Чем-то это напоминает игру в кошки-мышки, которая пользовалась популярностью в том же приснопамятном 37-м: сегодня впавшего в опалу вроде как утешают, а завтра — арестовывают как отъявленного врага народа.

Подозревать Владимира Путина в таком коварстве — это, конечно, чересчур. Более вероятное объяснение: власть попросту реагирует на меняющуюся ситуацию. Ничем иным нельзя объяснить, почему несколько месяцев назад Сердюков был в очередной раз утвержден на посту министра обороны, Шойгу — вступил в должность губернатора Московской области, а ключевой фигурант скандала, Евгения Васильева, получила орден Почета. Кремль кроит на ходу, размышляя одновременно, куда двинуться дальше. И, похоже, исторические прецеденты занимают в этих мыслях не последнее место. В книге «Москва 1937» Лион Фейхтвангер описывает происходившее как противостояние между старыми и новыми кадрами, «борцами» и «работниками». Задачка, как заменить старую гвардию «борцов» на новых «работников», не наплодив при этом политических противников, по-прежнему не из легких.

Полтора года условно

/ Политика и экономика / Те, которые...

Председатель думского комитета по обороне адмирал Владимир Комоедов, предложивший увеличить продолжительность службы по призыву с года до полутора, вряд ли не догадывался, как его слово отзовется в верхах. Конечно же, в Кремле незамедлительно разъяснили, что назад ходу нет, что срок службы останется прежним — один год, и ни днем больше. В Генштабе, в свою очередь, намекнули, что продлить срок отдачи священного долга они были бы, конечно, не прочь, но лишь в том случае, если на то будет верховная воля. Ну а на нет и суда нет.