Чтение онлайн

Они стали собираться домой уже вечером, когда небо стало тем-ным, и появились первые редкие звездочки, мигая, исчезая, затем опять вспыхивая, набирая яркость.

Максим тянул сборы до последнего момента, словно стараясь про-длить этот день, не дать ему закончиться. Когда солнце уже склони-лось к горизонту, он собрал кучу сухих веток и прямо на берегу зажег костер. Ника восхищенно смотрела на танцующие язычки пламени, а Карина озадаченно думала о чем-то.

"Она чувствует. Чувствует". Максим взял Нику на руки и закру-жился с ней вокруг огня, крепко прижимая дочку к себе, ощущая бешеный стук маленького сердечка в ее груди. Она впервые видела настоящий большой костер. А он получился на славу. Пламя гудело и хищно трещало сгорающим сушняком. В темно-синее небо стол-бом уносился черный дым, клубясь и растворяясь в вышине.

– Дочка, подожди секунду, – Максим опустил Нику на траву ря-дом с Кариной, а сам пошел к машине, которая стояла на опушке леса под раскидистым пологом березовых ветвей, защищавших ее весь день от палящих солнечных лучей. Там, в багажнике, лежал объемный пакет, набитый до отказа бумажками различного форма-та. Максим взял его и вернулся к костру. Через секунду вся кипа бумаги ухнула в огонь, который чрезвычайно обрадовался новому подношению, набросившись на него с яростным рыком.

– Макс, что это? – Карина всматривалась в тлеющие листы, пыта-ясь определить, что на них написано. На одном из них отчетливо виднелась надпись: "ВОИН-ОХОТНИК. Часть I". Этот лист был из картона, поэтому огонь жевал его медленно, неспешно облизывая языками пламени белый глянец.

– Ты?.. Максим кивнул:

– Решил все сжечь. Так будет правильно.

Карина улыбнулась печально, словно сожалея о чем-то, но в ее глазах Максим увидел тщательно скрываемое удовлетворение.

– Ты бы хоть почитать дал.

– Я давал. Ты не сочла интересным. Да бог с ним, пусть горит. Теперь это все равно уже не имеет значения.

– Ты же писал это четыре года.

– Ну и что?

– И все сжигаешь?

– Все!

Максим вспомнил, как Санаев не хотел отдавать ему "Концеп-ции…". Уперся, и ни в какую. Тоже почувствовал, наверное, почему рукописи так срочно понадобились Коврову. Наверняка ведь сде-лал ксерокопии. Ну да ладно, это теперь уже действительно не имеет никакого значения.

Максим улыбнулся. Бумага уже почти сгорела, и вместе с дымом в небо полетели мелкие кусочки черного пепла. Он проводил их взгля-дом.

– Ух, ты! Карина. Ника, смотрите, какая красота!

Вверху, подобно жемчужной россыпи, мерцали звезды. Целая звез-дная сеть, раскинувшаяся в этой бесконечной, таинственной пусто-те.

Они приехали в город поздно. Ника уснула на заднем сиденье, утомленная впечатлениями, солнцем, костром и свежим воздухом. Максим подъехал к подъезду и припарковал автомобиль около са-мых ступенек. Взяв Нику на руки, он пропустил Карину вперед, а сам пошел следом, разглядывая безмятежное лицо спящей дочки.

Когда они вошли в квартиру, Ника проснулась и обхватила его шею руками, обнимая. Зашептала на ухо:

– Папочка, а ты расскажешь мне сказку?

– Ника, доченька, спи. Я сейчас расскажу тебе очень красивую сказку. Она тебе непременно понравится. Спи малышка.

– Папа, ты уезжаешь?

– Да, уезжаю. Мне нужно поехать в другой город.

– А ты скоро вернешься?

Она смотрела на него своими большими карими глазами, в кото-рых мерцало отражение приглушенного света спальной лампы.

– Я… я… скоро вернусь…

– А что ты мне привезешь?

– Сюрприз. Это будет сюрприз. А теперь давай, закрывай глаза, уже пора спать.

Дочь удовлетворенно кивает и, закрыв глаза, ложится на бок, при-готовившись слушать сказку. Максим наклонился к ней и поцело-вал в щеку:

– Я очень люблю тебя, доченька. Спи.

– Я тоже люблю тебя, папочка, – бормочет девочка, не открывая глаз.

– Слушай. Данным давно в тридевятом королевстве жил один очень хороший Король. Он был очень добрый и умный. У него была очень красивая и добрая жена – Королева, и маленькая дочка – кра-сивая принцесса. Они жили очень дружно и счастливо, потому что у них были друзья, которые жили вместе с ними в этом прекрасном королевстве. Одного звали Дядюшка Сон. Он дарил всем в королев-стве самые добрые и разноцветные сны. Другого называли Рыцарь. Он охранял королевство от врагов и разбойников. Еще там жили Добрый Волшебник и Фея. А еще в волшебном лесу рядом с королев-ством жили добрые звери, которые часто приходили в гости к прин-цессе. Один из них, Белый Волк, всегда приносил ей из леса букет красивых лесных цветов…

Карина ждала его на кухне. Максим подошел к ней сзади и, обняв, поцеловал в шею, прижав к себе:

– Карин, мне необходимо уехать. Она обернулась.

– Куда это?

– В Горный Алтай.

– К шаманам своим? Максим кивнул:

– Это очень важно для меня.

– Ты же сказал, что все. С этим покончено.

– Это в последний раз, – сказал Ковров и понял, что не соврал. Это действительно было в последний раз.

– Когда же ты едешь?

– Сейчас.

– Сейчас? Ночью?

– Да, мне нужно уехать сейчас. К утру я буду там.

– Когда вернешься?

"Никогда", – хотел сказать Максим, но сдержался и неопределен-но пожал плечами.

– Не знаю. Я тебя… очень люблю, Карина…

Чадоева в Доме не оказалось. Максим обнаружил на столе в зале странную записку, написанную торопливым почерком:

"А! Не могу ждать! Нужно еще кое-что сделать. Поторопись! Жду тебя завтра Г. А. Если не появлюсь до 15.30, обязательно улетай один! Вертолет на базе Г.М.П. Пилот – Саша. Все оговорено. До встречи!".

Максим растерянно перечитал записку несколько раз, затем про-шелся по Дому, прощаясь. Было непривычно осознавать, что сюда он больше уже не вернется. Впрочем, как и домой…

Ковров хотел было проститься с Гымом, который по-прежнему жил в пристройке, но почему-то передумал. Ему было очень трудно пере-носить расставание с семьей, и еще одного прощания, тем более с немым стариком, вынести было уже невозможно. Он прождал Чадо-ева еще несколько часов. Затем неслышно вышел из Дома и пошел по направлению к дороге. Нужно было срочно ехать в Горно-Алтайск.