Чтение онлайн

— Слыхала? — Евдокия никак не может успокоиться. — Объясни мне, пожалуйста, почему твой отец не хочет купить мой дом?

— Не знаю, тётя Евдокия, — с отчаянием шепчет Любаша. — Но вам действительно не надо уезжать. Может быть, Ваня и вернётся?

— А куда же ему возвращаться? — кричит Евдокия. — Зачем ему возвращаться?

И вдруг, неожиданно возвращаясь к Коротееву, кричит:

— Никаких разговоров! Покупайте дом, иначе я всю деревню соберу…

Коротеев, так и не пообедав, нахлобучивает на голову фуражку и убегает из дому.

Евдокия, увидев убегающего председателя, беспомощно разводит руками, опускается на стул и, обращаясь к Елизавете Никитичне, шепчет:

— А вы думаете, мне хочется уезжать? — И, покачав головой, отвечает самой себе: — Ей-богу, никуда не хочется ехать…

К ней подходит Любаша, кладёт руку на плечо и говорит:

— Успокойтесь, тётя Евдокия. Может, правда, не к чему дом продавать? Может, Ваня и вернётся? А?

Утро. Только взошло солнце.

Вдоль широкой улицы, на окраине посёлка «Молодёжный», по обе стороны ровными рядами стоят строящиеся одноэтажные дома.

Здесь работает вся бригада Ивана Бровкина. Тут Бухаров с Верочкой, Абаев, Юрис и другие.

Бухаров вместе с Верочкой настилают кровлю на крышу только что выстроенного дома.

Юрис в своем доме навешивает оконную раму.

Абаев красит крышу в ярко-зелёный цвет. Вдруг он замечает проходящую мимо в белом халате Ирину.

— Здравствуйте, Ирина Николаевна, — кричит он, опираясь на кисть.

— Здравствуйте, Мухтар. Ну, как работа?

— Уже закончил… А на что мне дом? И сам не знаю.

— Как — на что? — смеётся Ирина. — Чтобы жить…

— Скучно одному жить, Ирина Николаевна…

— Не будете же вы всю жизнь один.

— Вы так думаете? — и обрадованный Мухтар поспешно спрыгивает с крыши.

— Что вы делаете? — восклицает Ирина.

— Посмотрите, какой у меня дом.

— Спасибо, в другой раз, — говорит смущённая Ирина.

— Зачем же в другой раз? Давайте сейчас! — И он распахивает калитку.

— Нет-нет, Мухтар! Потом, — и окончательно растерявшаяся Ирина спасается бегством.

Мухтар стоит у раскрытой калитки и, покачав головой, раздумывает:

— А сама говорит, что долго я один не буду… Ай-ай-ай! Почему так говорит… а потом убегает?..

Дом Полины Кузьминичны совсем готов, и сама Полина, облачившись в фартук, красит оконные рамы. Ей помогает Бровкин.

— Эх ты… Ваня, Ваня! На твоем месте поехала бы я в деревню, взяла бы за косы Любашу…

— Она уже стриженная… Я еле узнал её.

— А ты на зло ей женись на другой…

— А ты чего за другого не выходишь?

— Меня Захар любит, — с гордостью отвечает Полина, продолжая красить.

— «Любит»… — передразнивает её Иван. — А ты думаешь, меня Любаша не любит?

— Кузьминична! У тебя такой дом, — замуж впору. Женихов-то у нас хоть пруд пруди, любой на выбор, — раздаётся с улицы голос Барабанова.

— Есть у неё жених, Сергей Владимирович, — поворачиваясь к нему, отвечает Бровкин.

— А где же он?

— Где-то на Тихом океане плавает, — улыбается Иван. — Захар Силыч Пёрышкин.

— Зачем целиннице за моряка замуж выходить? Где вода, а где имение… На что это похоже? Ваш Захар Силыч будет плавать по морям и океанам, а вам дожидаться его в Оренбургских степях? Негоже это!

— Он приедет.

— Когда же?

— Не знаю, — растерянно отвечает Полина. — Уже пять месяцев от него писем нет.

— Так… — Барабанов облокотился о забор. — Ты что это, бригадир, другим помогаешь, а себе дом не строишь? — обращается он к Ивану, указывая рукой на огороженный пустырь между домами Полины и Юриса.

— Успею, Сергей Владимирович.

— Хитрит он, Сергей Владимирович! — вмешивается Полина. — Он удрать хочет…

— Удрать? Как бы не так, — этому Барабанов никак не может поверить.

— Что ты, Полина? Зачем обманываешь Сергея Владимировича?

— Я не обманываю. Не хочет он здесь оставаться, сам говорил…

— Не верьте ей, Сергей Владимирович…

— Тогда почему ты не приходишь за ссудой и материалами для строительства? — хитро прищурив глаз, спрашивает Барабанов.

— Приду, Сергей Владимирович — отвечает Бровкин, опуская голову. — Пусть раньше другие построятся, а мне раньше их неудобно — я ведь бригадир.

На велосипеде подъезжает почтальон.

— Бровкин, телеграмма!

— Телеграмма? — встрепенулся Иван и бросился ему навстречу.

За Бровкиным двинулись Барабанов и Полина.

Бровкин быстро распечатал телеграмму и читает:

— «Выехала поездом 49. Буду в четверг. Твоя мама».

— Мама! — Иван улыбнулся и вдруг как-то по-детски хмыкнул.

— Эх, сынок ты никудышный… — говорит Барабанов, хлопая Ивана по плечу. — Мама приезжает… мама!.. А где же ты её поселишь? В общежитии, что ли?