Чтение онлайн

Но никто не вышел за товарами из остывших изб. И Тимка удивленно увидел, как сильно скособочилось и как бы просело небо, лишившись пусть и не всех, но многих своих опор.

Лет до тридцати Евгению Петровичу и в голову не приходило, что он может стать обладателем собственного авто. После окончания института он прочно сел на полужесткий стул рядового инженера-конструктора. Довольно скоро с него почти безболезненно слетела вся студенческая шелуха — мечтания о быстрой карьере, об изобретениях, сулящих переворот в машиностроительных науках… Он женился на симпатичной лаборантке из соседнего отдела, через год Валя родила двух пацанят-близнецов. Им дали двухкомнатную квартиру на первом этаже, сослуживцы подарили торшер и два утюга.

Дальнейшая жизнь никаких серьезных взлетов и падений не обещала.

Одно время начальство подумывало, правда, o том, не пора ли выдвигать молодого специалиста; на следующую ступеньку, но поскольку вакансий в тот момент как раз не было, а сам Евгений Петрович никакого повода для своего повышения не подавал, то, подумав немного, начальство выкинуло из головы эту мысль и стало размышлять о более существенном и глобальном.

Жила молодая семья небогато, но, в сущности беззаботно. Евгений Петрович подрабатывал, чертя на казенном ватмане курсовые проекты для заочников, он брал по червонцу за лист и здорово поднаторел в этом деле. Не брезговал и задачками, которые шли по трояку. И удивлялся, что эта работа, такая неподъемная в свое время, доставляет теперь удовольствие, можно сказать, вдохновляет. Он даже подумывал, что, возможно, закопал свой талант, когда не стал поступать в аспирантуру. Впрочем, в глубине души Евгений Петрович догадывался, что посредственным студентом он был, скорее всего, по той простой причине, что никому тогда не приходило в голову платить ему по червонцу за лист и по трояку за задачку.

Валя вязала для знакомых. Такса у нее была тоже твердая.

Однако лишних денег не случалось. Дыры в бюджете латали родители Евгения Петровича, которые жили в недальней деревне. Они же обеспечивали продовольствием. Их навещали регулярно всей семьей. У Вали из родителей имелась в наличии только мама-пенсионерка, которая в латании дыр принимать заметного участия не могла. Ее навещали реже.

В общем, семья была самой заурядной. Принося умеренную пользу обществу пять дней в неделю, Евгений Петрович и Валя ждали субботы. По субботам вставали пораньше, собирали пацанов и ехали в деревню.

И однажды Евгений Петрович увидел возле родительского домика новенький желтый «Запорожец» с еще не смытой защитной смазкой. В кабине сидел его старый отец, красный от умственного напряжения. «Запорожец» визжал, как зарезанный.

— Вот, сынок, купили, — сказал отец смущенно. — Да, видать, стар я уже на шофера учиться, так что владей, сынок!

Взволнованный Евгений Петрович сел за руль.

Рядом примостилась Валя. Сзади пыхтели старики, радостно перебивая друг дружку, кричали дети.

И машина тронулась. В институте Евгений Петрович успешней всех в группе овладевал автоделом. И наука пригодилась. Сделав два круга по деревне, автомобиль втиснулся в тесный дворик.

Прошло какое-то время — и уже невозможно было представить, что когда-то семья обходилась без машины. Евгений Петрович сделался ярым рыболовом. Они пристрастились ездить по лесам в поисках ягод и грибов, часто просто выбирались «на природу», без которой раньше в общем-то прекрасно обходились. И если только в машине оставалось место, Евгений Петрович не упускал случая подсадить попутчиков, жалобно голосующих на дороге.

Искренне оплакав родителей, которые вскоре умерли один за другим, Евгений Петрович с удовольствием получил техпаспорт на машину взамен доверенности, переписал на себя родительскую избу.

За пять лет шустрый «Запорожец» исколесил столько, что можно было бы раза три обогнуть планету по экватору. Благо бензин тогда ничего не стоил.

За это время на месте ветхой родительской халупы вырос маленький двухэтажный теремок, огород, обрамленный красивым непроницаемым забором, заотражали солнечный свет стеклянные кровли двух просторных теплиц.

Уже никому теперь не приходило в голову продвигать Евгения Петровича по службе. Да он бы и обиделся, если бы ему предложили более высокую, а следовательно, и более хлопотную должность. Целыми днями он звонил теперь по телефону насчет рыбалки, насчет видов на урожай ранней виктории, насчет запчастей и всякого такого.

У «Запорожца» проржавели крылья, старый движок стал плохо заводиться, работать с перебоями, перегреваться от долгой езды, потерял мощность. Подмазав и подлатав для товарного вида, Евгений Петрович однажды продал его небогатому покупателю за небольшую цену. И был рад, что избавился от этой рухляди.

Через неделю Евгению Петровичу выделили на производстве «Ладу». Наивным сослуживцам было любопытно, где Евгений Петрович возьмет потребные на машину тыщи. Они знали и про раннюю викторию, и про кофты и пуловеры, которые Валя вяжет ночами для знакомых, знали про курсовые проекты и задачки для заочников. Но бедные товарищи по работе и не подозревали, что из этого всего за малый, в сущности, срок можно сложить целое состояние. Это, надо сказать, типичное заблуждение тех, у кого больших денег отродясь не бывало. Евгений Петрович уплатил нужную сумму, ни у кого не одалживая.

Красная «Лада» заняла место в кирпичном гараже, который сразу был построен с большим запасом. Ее тихий голос, похожий на мурлыканье разнежившейся кошки, повергал владельца в состояние счастливого обалдения.

Но красное чудо кушало только дорогой высокосортный бензин, А также масло. А также требовало особого обхождения. Валя покрыла сиденья семейной любимицы дорогими чехлами. Евгений Петрович ездил на новом авто только на работу — ради престижа. Для поездок на дачу в основном стали пользоваться, как в прежние времена, автобусом.

Но однажды вечером Евгений Петрович, подрулив к гаражу, вдруг увидел перед воротами свой старый, уже почти забытый желтый «Запорожец». У Евгения Петровича неприятно закаменело в животе. С тяжелым чувством он подошел к двери квартиры, позвонил. «И чего приперся, сейчас, поди, орать начнет… А где глаза были, когда покупал?» — с досадой думал он, готовясь к нелегкому разговору с покупателем. Но чужих в квартире не было. Откуда появилась машина, ни Валя, ни дети не знали.

Евгений Петрович позвонил в милицию. Там долго не понимали, что случилось, наконец недовольным голосом приказали ждать. Всю ночь Евгений Петрович не спал, охраняя чужой автомобиль. Милиция приехала утром. Приехал и новый хозяин. Все решили, что машину угнали. Однако на Евгения Петровича смотрели недоверчиво. В тот день он, против обыкновения, никому не звонил, он прилежно сидел за своим кульманом, подремывая.