Чтение онлайн

Я еложу и бьюсь о ладонь, умоляя о добавке. Ещё. Пожалуйста. Обеими руками пытаюсь стянуть с него белье, но он только ухмыляется и не помогает. Ещё и специально отводит мои руки в сторону, заводит их за голову.

— Нетерпеливая… — удовлетворенно рычит Измайлов, и одним пальцем всё же вонзается в моё лоно.

Меня пронзает волной удовольствия, когда Стас нащупывает клитор и оглаживает его. Я шире развожу ноги. Скулю. Прошу. Задыхаюсь от желания.

К пальцу присоединяется второй. Губы ласкают мою грудь. Нет никакой возможности коснуться Стаса, а мне так хочется этого. Его член уже стоит колом, упираясь мне в бедро. Такой горячий.

Дикое желание ощутить его в себе сменяется почти физической болью, когда Стас прекращает исследовать меня пальцами. Кажется, с моих губ срывается стон огорчения.

— Ты будешь послушной девочкой? — смеется Измайлов мне на ухо.

— Д-да, — шепчу одуревшим голосом.

В такие моменты дурная Даша Иванова сменяется во мне кем-то другим. Голодным и ненасытным. Жадным до удовольствия. Развратным.

Мне хочется попробовать на вкус розовую головку, хочется вобрать в себя достоинство Измайлова. Но не могу. Нельзя.

Зато ему доступно моё тело. Всё. Целиком. Делай, что хочешь. И он делает. Сменяет темп, то убыстряясь, то замедляясь. То таранит меня пальцами, то медленно очерчивает складочки и теребит набухший клитор. Терзает грудь поцелуями-укусами, а затем поднимает своё лицо ко мне и ловит мои всхлипы губами.

Он нетороплив, и это распаляет лишь сильнее. Держит меня на пике, не позволяя сорваться.

Кажется, я скулю. Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста.

И когда пальцы сменяются другой частью тела, той самой, о которой я мечтала, удержаться попросту невозможно. Это безумно. Пульсация нарастает с каждым движением. Легкий шлепок по попе, и толчок чуть сильнее, чем раньше.

Мириады звезд кружат перед глазами. Взрываются созвездия, распадаются на осколки. Дрожь удовольствия прокатывается по позвоночнику, и я откидываюсь на подушках, ощущая слабость каждой клеточкой тела…

Рядом обрушился Стас.

— Ты права, это гораздо лучше сопромата, — заявил он, откидывая со лба влажную прядь волос.

Я только глупо хихикнула и уткнулась носом ему в грудь. Гулкое биение сердца было самым желанным звуком на свете. Тук-тук-тук.

Кажется, я вновь уснула.

Измайлов порывался довезти меня до общежития (истинный джентльмен: сам увез — сам вернул), но я вылезла за остановку до здания, чтобы уж точно никто не заподозрил чего-нибудь нехорошего.

Ага, конечно. Пронырливые студенты везде имеют глаза и уши, поэтому стоило мне помыться и переодеться, как в комнату заглянула второкурсница-Светка:

— Колись. Кто тот типчик, что подвозит тебя на БМВ?

— Что за типчик, о котором я не слышала? — возмутилась Иришка, отрываясь от сериала. — На БМВ?! Даша, ты мне друг или где?

— Или где, — буркнула я. — Свет, это моё хороший знакомый. С работы. Он евнух, импотент и вообще предпочитает мальчиков. Поэтому нас не связывает ничего, кроме совместных смен в кафетерии.

Светка понурилась и быстренько слиняла восвояси. Она, конечно же, не поверила ни единому моему слову. А на что рассчитывала, в самом деле? Ожидала услышать что-нибудь про принца на белом коне? Про романтические выходные наедине друг с другом?

Может быть, мне ещё позы описать?..

— Измайлов? — понимающе заключила Шевченко, когда за Светкой закрылась дверь. — Я догадалась, что ты с ним, когда увидела сообщение.

— Угу.

— Куда ездили?

— Не поверишь, за пятьдесят километров от города, в какую-то глухую деревню, где даже нет приличного туалета.

Иришка почесала в затылке.

— Странные у вас любовные игрища. Ты изображала ранимую пастушку, а он сурового крестьянина?

— Да ну тебя и твои глупые шуточки. — Я стянула одежду и напялила пижаму с зайчатами. — Просто Измайлов… он… необычный.

Пришлось рассказать и про деревянный домик, и про шашлыки, и про то, как задушевно мы общались полночи, а затем дрыхли без задних ног.

— По-моему, всё очевидно, — заключила Шевченко, выслушав до конца (о самом горячем эпизоде я умолчала). — Ему нужно было свалить подальше от всего мира. С кем, если не с тобой? Что тебя смущает?

— С кем угодно. Ир, я не знаю, что со мной происходит. Меня наизнанку выворачивает, когда его вижу. Я уже столько раз себе сказала: «Никакого больше секса с Измайловым», а сама послушно бегу по первому зову, ещё и сама напрашиваюсь.

— Даш, так это чувства. Тут всё очевидно.

— Я не влюбилась в Измайлова! — запротестовала я.

— Никто и не говорит про любовь. Чувства разные бывают. Зависимость от человека — тоже чувство. — Иришка покачала головой.

Черт. Я не хочу зависеть от кого-либо, кроме себя. Зачем это надо? А как же быть сильной волевой женщиной? Как же лозунги типа: «Отношения для слабаков»?

Куда всё это делось?..

Сдаешь позиции, Иванова.

— Даш, я тут подумала. — Иришка отвлекла меня от припадка самобичевания. — Все-таки надо попробовать с Сережей. Он хороший, мне кажется, у нас получится. А губы такие… м-м-м… хочется целовать вечно.

Я задумчиво глянула на подругу, которая разом зарделась. Можно, конечно, опять отговаривать её от Кошелева и надеяться, что когда-нибудь прискачет принц-Коперник и сразит Иришку наповал своим обаянием. А смысл?

Не прискачет он. Бесполезно это всё. Ванюша хороший, незачем кормить его ложными надеждами.

— Совет вам да любовь, голубки.

Но с Коперником надо поговорить, а то парень ведь ждет чуда. Обучается чему-то, тратя драгоценное время, которое мог бы посвятить какой-нибудь унылой научной конференции.