Иванушка Первый, или Время чародея
Шрифт:
– До какого света? – не понял я.
– А который в конце тоннеля! – она захихикала, да так, что у меня аж волосы на голове зашевелились.
Как же она иногда похожа на колдунью! И нос крючком, и искры из глаз!..
– И ты, конечно, приходи на мой юбилей, – сказала мне на прощание Глафира. – В воскресенье празднуем. А до того дня свободен…
Я отправился домой. Поздно уже было идти к Елене Прекрасной за сундуком.
В том, что он у Ленки, я был уверен на все сто. Где же ему ещё быть? Наверное, ей папочка помог сундук утащить, с помощником своим! На «Оке» и увезли…
Как же так? Неужели на подобное способен подполковник полиции?! А с другой стороны, он ведь не знал, что я нашёл сундук раньше, чем Ленка. Это любая криминалистическая экспертиза докажет. Всюду – мои отпечатки пальцев!
Значит, я тоже имею право на сокровища.
Дома меня ждала мама. Мельком взглянув на кокос, ананас и бананы, она сердито бросила:
– Ты снова был у Соловьёвых?! Я же просила, чтобы ты не ходил к ним! Просила?
– Мам, ну почему? Ты хотя бы объясни!
– Не буду я ничего объяснять! – вдруг крикнула мама, хотя никогда на меня не кричала.
Я даже испугался. Мама это заметила и ещё больше разволновалась. А мне захотелось зажать уши и провалиться сквозь землю.
– Не смей к ним ходить! Слышишь?! Я не девчонка, чтобы отчитываться перед тобой!
До нас докатились аккорды: это Пупс засел за своё фортепиано. Может, он услышал, как кричит мама, и решил её заглушить? Он играл что-то громкое, но я никак не мог понять, чья это музыка, – Бетховена или Баха. Я ведь и мелодии могу сразу узнавать, если слышал хотя бы раз в жизни. А сейчас почему-то не смог. Может, из-за маминого крика.
Мама замолчала, ушла в свою комнату и прикрыла дверь. Никогда она так не делала. Мы ведь раньше не ссорились.
Мне стало ужасно грустно. Даже захотелось пойти к нашему соседу-бухгалтеру и послушать, что же он играет. Чего у него не отнять, так это музыкального таланта. С душой он исполняет. В музыке это самое главное.
Вообще, всё в жизни надо делать с душой. Вот только ругаться не стоит. А может, и ругаться, но потом мириться.
Я постоял у маминой двери и пошёл в свою комнату. Раскрыл рукопись Волшебника Касмандьёрки Тринадцатого.
День, отклонившийся от потока Времени. Я запомню его надолго. Я не желал ничего такого, что могло бы нарушить ход вещей. Почему же в кофейнике вместо кофе уголь? Почему кошка улетела с птицами на юг? Почему отцы кричали на своих сыновей, сидя на печных трубах, а матери кормили детей вениками? Почему я не смог остановить ветер? Почему я прослезился, глядя на заходящее солнце и розовеющие облака? Почему я разлюбил Кристину и спокойно сплю, позабыв про то, что собирался сделать для людей?
Глава 2
Волшебный дар
На уроке литературы в кабинет ворвалась ассистентка Ксюша. Она помахала мне рукой и бросилась к учительскому столу, не глядя на Сан Саныча, стоявшего у окна спиной к классу.
– Здравствуйте! У меня есть разрешение от директора и освобождение на целый день, мы снимаем фильм, Ивашов – дублёр главного героя, Ваня собирайся!
И только тогда посмотрела на Орлова, который в этот момент повернулся к ней.
– Ой! – вскрикнула Ксюша. – Сан Са-ныч! Здрасьте! А я и не знала, что вы в городе!
– Вы ошиблись, девушка, – спокойно произнёс Граф Орлов. – Но очень приятно сознавать, что ученик нашей школы занят в съёмках кинокартины. Ивашов, тебя ждут.
Ксюша уставилась на него, но ничего не сказала, только захлопала глазами, а я поднялся из-за парты, взял рюкзак и направился к выходу. Все, включая Ленку и Василису, проводили меня изумлённым шёпотом:
– Ничё себе!..
Мы вышли.
«Странно, – подумал я. – Она смотрела на Графа так, словно знает его сто лет, а он… Да он же отшил её! Заставил замолчать! Но почему?!»
Ксюша шла по коридору, не говоря ни слова, будто воды в рот набрала. Да и я тоже молчал. Что-то тут не так. Очередная загадка. Я бы спросил, но она вдруг схватила меня за руку и понеслась по школе.
Через минуту, проскакав мимо неизвестно чем недовольной бабы Шуры, мы выскочили на улицу.
У калитки нас ждал автомобиль, водитель приветливо кивнул мне, и через секунду мы помчались по городу к нашему заброшенному особнячку на Большой Моховой.
– Вот согласие от мамы, – я достал из рюкзака сложенный листок и протянул Ксюше.
– Спасибо, – буркнула она. – Надо бы у юриста заверить. Ладно, я этим сама займусь. И договор, кстати, подпишем. Где твоя мама работает?
– В больнице, – ответил я.
Мы снова замолчали.
Нет, правда, всё это было ужасно странно. Иначе и не скажешь. Ведь Ксюша поздоровалась с Графом так, как здороваются с хорошими знакомыми! А он прикинулся, что видит её впервые. Странно, ох как это странно! А разве не странно, что Лена стащила у меня сундук? Зачем он ей? Ну взяла бы книги, подвенечное платье и другие сокровища. Неужели она отомстила мне за то, что я подарил волшебное зеркальце младшей сестре Горбунькова? Как-то не укладывалось в голове. Чепуха! И почему сундук исчез именно тогда, когда в городе начались съёмки «Времени Чародея»? Тоже совпадение? Снова я не успел допросить Ленку с пристрастием! А Пупс? Дарит всем голубые розы! Ну не странный тип?
– А что я сегодня должен делать? – спросил я, мне надоело молчать.
– Ой, хорошо, что напомнил! – зачастила Ксюша. – Совсем забыла проинструктировать! Короче, ничего особенного! Ты должен открыть волшебный сундук и произнести заклинание! Потом ты взлетишь метра на полтора и вылетишь в окошко! Может, и не вылетишь, – всё равно будет компьютерная графика. Вот текст заклинания.
Она протянула мне страничку и я прочитал вслух:
– Энде фориге аштрафине, косма фельтика серга! Ля бишкин торба анеморба! Флинт себирик, дындыр!