Из дневника
Шрифт:
16 февр. вечером собрались в редакции "Русской мысли", чтобы поговорить о народном театре. Проект Шехтеля всем нравится.
19-го февр. Обед в "Континентале" в память великой реформы. Скучно и нелепо. Обедать, пить шампанское, галдеть, говорить речи на тему о народном самосознании, о народной совести, свободе и т.п., в то время, когда кругом стола снуют рабы во фраках, те же крепостные, и на улице, на морозе ждут кучера, - это значит лгать святому духу.
22 февр. поехал в Серпухов на любительский спектакль в пользу Новосельской школы. До Царицына меня провожала Ганнеле-Озерова, маленькая королева в изгнании, - актриса, воображающая себя великой, необразованная и немножко вульгарная.
С 25 марта по 10 апреля лежал в клинике Остроумова. Кровохарканье. В обеих верхушках хрипы, выдох; в правой притупление. 28 марта приходил ко мне Толстой Л.Н.; говорили о бессмертии. Я рассказал ему содержание рассказа Носилова "Театр у вогулов" - и он, по-видимому, прослушал с большим удовольствием.
1 май. Приезжал ко мне Иван Щеглов. Благодарит за чай и обед, извиняется, боится опоздать на поезд, много говорит, часто вспоминает о своей жене, как гоголевский Мижуев, сует для прочтения корректуру своей пьесы - то один лист, то другой, хохочет, бранит Меньшикова, которого "проглотил" Толстой, уверяет, что застрелил бы Стасюлевича, если бы последний в качестве президента республики присутствовал на параде, опять хохочет, пачкает свои усы щами, мало ест - и все-таки в конце концов добрый человек.
4 май. Приходили в гости монахи из монастыря. Приезжала Даша Мусина-Пушкина, вдова инженера Глебова, убитого на охоте, она же Цикада. Много пела.
1898
16 апрель. В Париже. Знакомство с М.М. Антокольским и переговоры насчет памятника Петру В.
5 май. Вернулся домой.
26 май. Приезжал в Мелихово Соболевский. Нужно записать, что в Париже, несмотря на дождливую, прохладную погоду, я провел 2-3 недели не скучно. Приехал сюда с Макс. Ковалевским. Много интересных знакомств: Paul Boyer, Art. Roe, Bonnier, Матвей Дрейфус, Де-Роберти, Валишевский, Онегин. Завтраки и обеды у Ив. Ив. Щукина. Выехал на nord-express в Петербург, оттуда в Москву. Дома застал чудесную погоду.
Образчик семинарской грубости. На одном из обедов к Максиму Ковалевскому подошел критик Протопопов и сказал, чокаясь с ним: "пью за науку, пока она не вредна народу".