Чтение онлайн

Боже! Лягушачья икра! Но что же это за лягушки, которые мечут такую икру? Подавив естественное отвращение, я наклонился и поднял одну из тяжелых икринок, ощутив ее клейкую текстуру и различив сквозь полупрозрачную оболочку смутные очертания, напоминающие что угодно, только не головастика. Да это нерожденное существо, плавающее в тошнотворной плазме, больше всего походило по форме на зародыш!

Сначала я автоматически связал эту икру с теми кошмарными лягушками в озере у водопада, но теперь, ощутив в ладонях тепло этой икринки, слыша в голове таинственные песни, я понял, что это не так. Нет, кем бы эти существа ни были, они никак не могли быть потомством ни земноводных тварей в нижнем туннеле, ни кого-либо подобного. Но чьим же тогда?

В воздухе уже некоторое время раздавались дикие заливистые трели, которых я не замечал, размышляя о странной природе блестящих шаров. Став еще громче, звук вынудил меня взбежать обратно по ступеням и в страхе скорчиться на земле над этим ужасным нерестилищем. Тут у меня в мозгу точно сверкнула ослепительная вспышка. Все случившееся сложилось в единую логическую картину.

Все оказалось просто: я увидел в этой икре в чашеобразном углублении существ, которые каким-то образом знали о моем вторжении и боялись меня. Но если столь дикая теория верна, как же тогда быть с их родителями? Знали ли они тоже о моем присутствии в их нерестилище? С внезапным ужасом я понял, что так и есть, они выражали свой протест в неистовых трелях демонической ярости!

И еще страшнее оказалось случившееся потом, то, что заставило меня, как одержимого, понестись прочь от этого нерестилища и в ужасе, превратившем мой мозг в безвольный студень, нырнуть обратно в базальтовый туннель, преодолеть, точно в замедленном кошмарном сне, семь ступеней и, задыхаясь, бежать в собственную пещерку. Добравшись до нее, я забился в темный угол, отослав прочь светлячков в тщетной надежде, что без их предательского присутствия я смогу остаться незамеченным.

Они должны были прийти за мной, я был уверен в этом. Так же уверен, как убийца, который слышит шум погони, преследующей его но пятам; как узник, скулящий в своей камере в тени виселицы. В конце концов разве я не был узником?

В тот самый миг, когда истина молнией озарила меня, я невольно содрогнулся, потрясенный... Я выронил живую трепещущую икринку и смотрел, как она падает вниз, разрывается, разбрызгивая вязкую плазму, и в жидком катаболизме стекает на нижнюю ступень. В тот же миг, когда икринка взорвалась тысячей вязких капель, с чудовищного свода сорвался пронзительный кровожадный крик разъяренных родителей — кошмарное обещание. Теперь я знал, что певцы странных песен, Тхуун'а, отомстят...

История болезни Кроу.

Из записей доктора Юджина Т. Таппона

Они пришли ко мне через полчаса. Дрожа в темном углу, я быстро перебрал в уме все то, что случилось с того рокового дня, когда я увидел в музее Радкара статуэтку и сделал несколько ужасных выводов.

Мне было все труднее и труднее верить в то, что я живу в мире иллюзий. Аргументов в пользу затянувшейся галлюцинации имелся целый сонм, но ровно столько же было и аргументов против. Время от времени испытывать приступы после серьезной автомобильной аварии — это одно, но «увидеть во сне» всю эту подземную эпопею — совершенно другое.

И все же какое другое объяснение могло существовать? С точки зрения психологии объяснить можно было все, но, черт побери, я совершенно не чувствовал себя сумасшедшим! Я чувствовал себя нормальным, настолько нормальным, насколько вообще можно чувствовать себя в столь странных обстоятельствах. У меня не было ни одного из обычных симптомов галлюцинаций. Однако мог ли я доверять собственным ощущениям? Разве какой-нибудь параноик чувствует себя параноиком?

Давайте разберемся. «Галлюцинация, — если я правильно помнил, — явное ощущение, лишенное какого-либо внешне соответствующего объекта; любое ощущение или комбинация ощущений — зрительных, тактильных или слуховых, вызванное психическим расстройством, нервным возбуждением или интоксикацией»...

Что ж, это, несомненно, подходило! Вне всякого сомнения, я был возбужден. Возможно, находился в состоянии психического расстройства. Мое состояние постоянно ухудшалось. Но, несмотря на все это, я не чувствовал себя сумасшедшим...

...Пока не увидел Тхуун'а. Вот тогда-то я и решил, что сошел с ума и нет смысла ни о чем беспокоиться. Я уже видел их прежде, в ранней «серии» этого адского сна, в ту первую ночь в пещере у подземного ручья. Но в тот раз моя болезнь еще не зашла настолько далеко!

Мое болезненное воображение, должно быть, изрядно потрудилось над развитием Тхуун'а и не упустило ни единой мелочи, подстраивая их точно под описание из «Кирпичных цилиндров Кадаферона». Подземные обитатели оказались маленькими, но я не сделал ни единой попытки противостоять им, когда полдюжины Тхуун'а подняли меня и вынесли из моей пещеры в галерею, а оттуда по проходу, ведущему обратно в Лх-йиб. Нельзя бороться с тем, чего не существует! Вместо того, чтобы сопротивляться, я безвольно лежал у них на руках и недоверчиво рассматривал их, а они торопливо несли меня по подземному туннелю. Мои светлячки вернулись ко мне. В воздухе звенели странные песни и висел чужой затхлый запах, — но я едва замечал окружающее, ошеломленный тем, что мой больной рассудок сумел создать столь фантастические существа.

Тхуун'а казались мне жуткими, и никакое другое слово не могло правильно их описать. Примерно четырех с половиной футов в высоту, зеленые, как йоркширские пивные бутылки, пучеглазые, с отвислыми трясущимися губами, тонкими и длинными косматыми ушами... жуткие твари! Их прикосновения были мягкими, движения уверенными, а песни звучали зловеще.

Для меня все сплелось в один стремительный клубок. Мои лихорадочные мысли лишь усугубляли общее смятение. Мое смятение, хочу я сказать, ибо, как я уже сказал, Тхуун'а казались очень сосредоточенными.

Вскоре вокруг воцарилась тьма. Сначала, когда Тхуун'а выволокли меня из пещеры, мое светящееся облако последовало за мной, кружась вокруг моей головы, однако по мере того, как меня все стремительней тащили по коридору, ведущему в Лх-йиб, оно потускнело, пока не остались лишь редкие пятнышки света... а потом и они исчезли.

Я снова совершенно потерял счет времени, а безумное путешествие во тьме по недрам Земли продолжалось. Неожиданно свет обрушился на меня во всем своем ослепительном сиянии — меня внесли в пещеру, где стоял город. Я путешествовал, прикрыв глаза, чтобы не видеть окружающих ужасов, и не сопротивляясь. Видимо, меня пронесли по паутине длинных и тонких мостов к огромной центральной колонне, а там на меня снова обрушилась тьма, когда носильщики поспешно пронесли меня через выдолбленный в камне проход и начали спиральный спуск вниз.