Из пепла
Шрифт:
— Дорогой Феникс мы очень просим принять вас это необычное предложение.
— С какой это стати мне становится телохранителем полоумной старухи?!
— М-м-м, понимаете, баронесса Заль очень важна для нас.
— Что она вам пообещала взамен на мою помощь?
— Нуу… — Прижатый в угол гном очень не хотел отвечать.
— Считаю до трех и ухожу. Один, два…
— Она пообещала передать нам в собственность свои серебряные рудники, но это строго между нами.
— Отлично, двадцать процентов прибыли в течении пятидесяти лет и я согласен на ваше нелепое предложение.
— Помилуйте! — вскричал господин Блехер, картинно заламывая руки, — это грабеж среди бела дня! Один процент.
— Двадцать.
— Пять процентов.
— Двадцать и не процентом меньше.
— Вы просто выкручиваете мне руки! Семь.
— Может, я непонятно выражаюсь? Двад-цать. — Произнес я по слогам.
— Десять! И это мое последнее слово!
— Согласен. — На дварфа было жалко смотреть, небось будет оплакивать каждый медяк. Как то подозрительно быстро сдался милейший Блехер, за десять процентов годового дохода серебряного рудника можно нанять небольшую армию телохранителей. Что же на самом деле баронесса пообещала милейшим гномам?
Поручив Райской птичке всю административную работу и отослав Ворона по следу одного любопытного документа, я, прихватив с собой неизменного Фалькона и провинившийся взвод солдат, уехал выполнять задание.
Придорожная таверна "Медвежий путь" ничем не отличалась от себе подобных заведений Вечного королевства и Вольных городов. Все те же клопы-тараканы, разбавленное пиво и грудастые подавальщицы. Разве что название дурацкое. Но когда на улице льет как из ведра, а желудок пуст — будешь рад и клопам. К тому же это хорошая возможность попрактиковаться в магии. Главное проконтролировать Фалькона, чтоб он чего не отчебучил вроде превращения своей крови в яд для борьбы с комарами. Свободных мест, естественно, почти не осталось. Арендовав для солдат просторный сарай, и позаботившись, чтобы их накормили, мы с бардом подсели к изрядно пьяному купцу на единственные свободные места.
— Выпьете добрые господа, я угощаю!
— По какому поводу гуляем? — Поинтересовался Фалькон.
— Я разорен! Да, разорен! Мой товары! Мои товары на которые я потратил весь свой капитал! Товары, которые должны были принести мне баснословную прибыль! Они захвачены грязными пиратами, вместе с лоханкой, которую я арендовал для перевозки! Будь прокляты эти мертвяки!
— Так уважаемый, причем тут мертвяки? — Я решил разговорить несчастного. Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь.
— При том! Эти твари засели на единственном приличном перевале через Драконовы Зубы и никого не пускают. Думаете, стал бы я вести свои товары морем, если бы мог по суше?! Кровавое ущелье перекрыли грязные орки, а железный перевал проклятые мертвяки! Трактирщик! Еще вина! — Проорал он и свалился под стол.
— Ученик мой, ты не хочешь ничего рассказать?
— О чем?
— О железном перевале и о том, почему я, о нем ничего не знаю.
— Я лучше спою. — Бард расчехлил свою гитару и порадовал очередной темной балладой.
Про Чёрную башню знаю одно:
Пускай супостаты со всех сторон,
И съеден припас, и скисло вино,
Но клятву дал гарнизон.
Напрасно чужие ждут,
Знамёна их не пройдут.
Стоя в могилах спят мертвецы,
Но бури от моря катится рёв.
Они содрогаются в гуле ветров,
Старые кости в трещинах гор.
Пришельцы хотят запугать солдат,
Купить, хорошую мзду суля:
Какого, мол, дурня они стоят
За свергнутого короля,
Который умер давно?
Так не всё ли равно?
Меркнет в могилах лунный свет,
Но бури от моря катится рёв.
Они содрогаются в гуле ветров,
Старые кости в трещинах гор.
Повар-пройдоха, ловивший сетью
Глупых дроздов, чтобы сунуть их в суп,
Клянется, что слышал он на рассвете
Сигнал королевских труб.
Конечно, врёт, старый пёс!
Но мы не оставим пост.
Всё непроглядней в могилах тьма,
Но бури от моря катится рёв.
Они содрогаются в гуле ветров,
Старые кости в трещинах гор.
— Как всегда прекрасно и совершенно неинформативно.
— Нет в тебе чувства прекрасного! Внимай мне, хоть приземленная проза не может раскрыть все темное очарование этой истории!
— Когда ты успел напиться?!
— Я не пил! Я бард, мне положено петь баллады и изъяснятся высоким словом! Вместо этого я режу глотки!