Из тьмы
Шрифт:
– Мне нет нужды вас разыгрывать, – ответил Ванзаров. – Все на виду.
Пристав оглянулся, но ничего не нашел в своем кабинете такого, чтобы о нем можно было прочитать, как в открытой книге.
– Не понимаю… – пробормотал он. – Объяснитесь…
Ванзаров вздохнул: зря, не надо было в это ввязываться.
– Извольте… – проговорил он. – У вас тут штук пять армейских фотографий из полка и ни одного снимка штатным составом участка, какие так любят записные приставы. Почему? Тоскуете по армейской службе, не любите полицию? Почему вышли в отставку? Не ранены, не больны, получили хорошие рекомендации, иначе вас не взяли бы в приставы. Что остается? История со скандалом, что-то связанное с любовницей поручика. Почему с ним? У одной и той же фигуры на полковых фото в форме поручика затерто лицо, предположу, что он – виновник скандала… Почему вы пехотный офицер? Не ковыляете, как кавалерист, не глухой, как артиллерист. Бывших моряков в полиции не встречал… С женой проще. Вы носите кольцо на левой руке, но нигде нет фото жены или детей. Если бы она умерла, вы бы хранили о ней память. А так – она сделала вам больно, но вы до сих пор ее любите… Что про дачу… – Ванзаров не стал проводить логическую цепочку от «подарочков» и зацепился взглядом за журнал, – у вас подшивка «Дачного обозрения».
Конец ознакомительного фрагмента.