Шрифт:
Пролог
Испытывали ли вы когда-нибудь страх, который, казалось, пробирает вас до самых костей?
Софи чувствовала сейчас именно это. Она рванула с места, бежав изо всех сил, не задумываясь ни о правильном дыхании, ни о проходящих мимо прохожих. Сердце колотилось, руки дрожали…
«Беги, Софи… Беги…».
Девушка ускорилась. Мужской голос из ее сна раздавался, казалось, возле самого уха.
«Беги…».
Испуганный взгляд зеленых глаз скользил по прохожим, по оживленным улицам, по проезжающим мимо машинам. Она слышала этот хриплый насмешливый шепот в своей голове и медленно сходила с ума. Руки похолодели… Сердцебиение участилось… Медальон на ее шее нагревался все сильнее и сильнее с каждой секундой… Тело словно отказывалось ей повиноваться… В глазах потемнело, а мир вокруг закружился…
И Софи Байерс, сделав последний шаг, просто рухнула на землю…
«Ты проиграла, Софи… Я тебя нашел…».
Это последнее, что прозвучало в ее голове, когда мир вокруг погрузился в темноту…
Глава 1
Чикаго, 2021 год
Софи проснулась от своего же крика и вскочила на постели. Распахнутые от ужаса глаза быстро изучали темную спальню, словно мозг до сих пор отказывался понимать, что это был просто кошмарный сон.
Ощущение того, что она не одна в своей комнате, окутывало ее, заставляя тело покрыться мурашками… Она чувствовала на себе чужой взгляд… Ее рука сразу же потянулась к небольшому светильнику.
Щелчок.
И комната озарилась мягким светом.
Никого.
Все ночные кошмары ушли при свете лампы. Все страхи исчезли. Лишь бешено бьющееся сердце не так просто было успокоить.
– К черту! Беру отпуск… – протянула хрипло девушка, взглянув на часы и запустив руку в светлые волосы.
На часах, как всегда, часа ночи.
Софи откинулась на подушку, но свет так и не потушила.
Уже две недели ее мучили кошмары. И это казалось ей вечностью. Каждый раз она просыпалась от своего же пронзительного крика. И единственным рациональным объяснением для нее было – работа.
Софи являлась детективом полиции местного убойного отдела в Чикаго. Она любила свою работу, но те ужасы, с которыми ей пришлось сталкиваться, иногда оставляли сильные впечатления. Ее и раньше мучали кошмары, но последние две недели они сводили ее с ума…
И каждый раз сон был разным. Но одно оставалось неизменным: черные глаза. Пронизывающий, пугающий взгляд бездонных угольно-черных глаз… И мужской голос, который звал ее, разговаривал с ней, пугал…
Просыпаясь среди ночи, внутри она ощущала непонятную пустоту… Словно у нее каждую ночь забирают что-то ценное… Какую-то часть ее души.
Это всего лишь сон, Софи… Сны не могут причинить вред…
Утро в последнее время радовало ее все больше и больше. При свете дня она чувствовала себя гораздо спокойнее, несмотря на специфику ее работы. Но следы плохого сна сказывались на красивом лице.
Софи стояла перед огромным зеркалом в спальне, собирая длинные прямые светлые волосы в высокий хвост. Зеленые глаза смотрели в отражение с грустью… Пухлые губы скривились в презрительной усмешке, а маленький курносый нос поморщился.
– Да, это не лучший мой внешний вид, конечно… – тихо разговаривала с собой девушка, надевая светлую футболку и короткие шорты. – Ну, ничего, как только разберусь с последним делом, возьму отпуск…
Взгляд ее задержался на шкатулке – единственной вещи, которая была с ней с самого рождения. По крайне мере, так ей рассказала Лорен. Женщина, заменившая ей родителей.
Двадцать пять лет назад, в одну из зимних ночей именно на ее порог подкинули новорожденную девочку, которую женщина назвала – Софи.
В маленькой плетеной корзинке не было даже небольшой записки… Лишь надрывающийся от плача ребенок, укутанный в теплый плед, и эта шкатулка.
Пальцы коснулись резной деревянной поверхности, повторяя каждый узор… И замерли на крышке. Сколько вопросов крутилось в ее голове, на которых Софи не знала ответа…
Дрожащей рукой она открыла шкатулку и достала золотой медальон в виде сердца. Выгравированная буква «S» на задней крышке оставалась для нее такой же тайной, как и то, кем были ее родители.
Значило ли это украшение что-либо для ее настоящих родителей? Или это была просто плата золотом за то, что Лорен заберет себе ребенка?
Она аккуратно раскрыла медальон… И прочитала надпись, выгравированную внутри, которую уже знала наизусть…
«Любовь никогда не будет вечной, как и тьма никогда не станет светом».
– Как верно подмечено, – усмехнулась горько девушка, захлопнув крышку медальона и протянув руки к своей шее, надевая его.
Покрутившись перед зеркалом, она спрятала украшение под футболку и отправилась на утреннюю пробежку.
Ее тренировка всегда проходила по одному и тому же маршруту. Выбрав нужный темп для бега и включив громкую музыку, Кайла погрузилась в свои мысли, вспоминая о женщине, которая вырастила ее, как родную дочь.
Лорен Байерс была доброй верующей женщиной. Бог не подарил ей своих детей, но дал шанс стать настоящей матерью для Софи. И она отдала девочке всю свою любовь и заботу. Незадолго до своей смерти Лорен отдала девушке шкатулку с медальоном и рассказала ей всю правду. Но Софи было все равно. Потому что у нее была лишь одна мать – и другой ей было не надо…
Добежав до моста, пересекающего реку Чикаго, она присела на деревянную лавку в попытках выровнять дыхание.
– Красивый город… – протянула милая старушка, присаживаясь на эту же лавку.
Девушка достала наушник из уха и повернула голову в сторону пожилой женщины.
– Что вы сказали?
– Я говорю, что это – красивый город, – восторженно произнесла незнакомка, пока ее выцветшие светло-голубые глаза скользили по высоткам и проезжающим мимо автомобилям.
Софи улыбнулась, глядя на милую старушку. Ее наряд был необычным для этого города. Грубая темно-синяя юбка, с повязанным сверху белым передником, серая рубашка в полоску. Она словно сошла со страниц старинных картин о бедняках. Но ее восторженное, светящееся добром лицо, завораживало.