Избранное, Джалиль Муса Мустафович

Избранное

на обложку

Джалиль Муса Мустафович

Шрифт:

Конечно, все мыши,Едва увидавКотёнка,Спасаться помчалисьСтремглав:Забились —Кто в норы,Кто в дыры,Кто в щелиИ там,Еле живы от страха,Сидели.А котик мой смелый,Косясь на сметану,Неспешно,Как сторож,Ходил по чулану…

Но утром, когда яЗа маслом полезВ чулан,Я увидел,Что котик – исчез!А с ним и сметанаКуда-то пропала,Как будто еёНикогда не бывало…Ах, котик мой, котик,Каких же мышейПошёл прогонять тыИз дыр и щелей,КогдаТы один лишьВо всём виноват:Ведь этоНе мыши,А ты – вороват!..Октябрь, 1936Перевод И. Мазнина

Часы

Динь, динь, динь! Опять с утраВ то же время, что вчера,Громко бьют часы в квартире:«В детский сад идти пора!»Просыпается Марат,На часы бросает взгляд:«Опоздал!» Не я, а сон мойВ этом снова виноват.Говорят часы: «Тук, тук!Поторапливайся, друг!»«Обождите! НеужелиПостоять вам недосуг?»«Тик, так-так! Стоять на местеМы не можем: мало чести.И почаще всякий разТы поглядывай на нас!»1936Перевод Я. Козловского

Туча

Лес вдали мне видится могучий,А за лесом – стая сизых туч.Друг мой самолёт направил к тучеИ вонзился в тучу, словно луч.Я смотрю, как меркнет всё в округе,Тучу жду, плывущую ко мне.Я её спрошу о милом друге:Как он там летает в вышине?Туча приближалась, нарастала,Свежим ветром веяла в лицо,Опустилась надо мной и стала —Может быть, мне скажет хоть словцо?Но не получилось разговора:Молния сверкнула в синеве,Грянул гром, и тёплый дождик спороЗастучал по листьям, по траве.Так легко мне, так отрадно стало,Глянул в небо – надо мной просвет.Туча расходилась, улетала, —Видно, то и был её ответ…Мой товарищ, молнией сверкая,Пролетает с тучей в сизой мгле,Свой привет, как тёплый дождик мая,Посылает ждущим на земле.Может, небо, потрясая громом,Хочет показать, как мы сильны,А дождём, что прошумел над домом,Напоить хлеба родной страны.Октябрь, 1936Перевод Гл. Пагирева

Расставание

(Из цикла «Молодая Испания»)

Молодой испанец идёт на фронт,Дробовик охотничий за плечом.От волненья слегка запинается он,На прощанье жене говорит горячо:– Ты не бойся, что враг силён и жесток!Нас друзья не покинут в трудные дни!..Если ж буду я вражьим огнём сражён,Взяв ружьё, в строю меня замени!..Молодая испанка сурова, грустна,Но в глазах прекрасных – не капли слёз,Это мужество юности боевойНа ресницах горячим свинцом зажглось.– Ты иди, дорогой, ты иди на фронт,Примириться с постыдным рабством нельзя!И, шагая навстречу грозе огневой,Помни, милый, что рядом с тобою – я!Хорошо знаем цену свободы мы,Нашей родине долг отдадим сполна.Чем рабами быть, на коленях жить,Лучше стоя умрём! – говорит жена.Молодая испанка сурова, грустна,Но в глазах прекрасных – не капли слёз:Негасимое пламя в её глазах —Героической юности пламя зажглось.

Через Сьерра-де-Гвадаррама, вдаль,Задевая вершины, тучи летят.Молодой испанец идёт к горам,Видно, там друзей боевой отряд.Заходящее солнце над гребнем горБелизну облаков кровавит огнём,И туда, махая красным платком,Молодой испанец идёт с ружьём.Воды Тахо сегодня красным-красны —То ли солнце горит, то ли кровь бежит!..В красном поясе берегом Тахо-рекиМолодой испанец на фронт спешит.1936Перевод С. Северцева

«Мы расстались…»

Х.

Мы расстались… Была тяжелаБоль сердечной разлуки земной.Словно солнце, ты в тучи вошла,И погас я, как месяц ночной.Улыбаешься сквозь облака,Но не дарит улыбка тепла.Будто солнышко, ты далека,А давно ли близка мне была?Вольной молодостью в вышинеПроплываешь, суля благодать.Но могу лишь о прошлом огнеЯ – семейный мужчина – вздыхать.Ты поныне ещё веселаИ в сиреневой дымке поройМне встречаешься, ликом светла,И опять я любуюсь тобой.Неугасшее пламя в очах,Губы – алы, волшебны – черты.И в поступках слывёшь и в речахВечной сверстницей юности ты.Ты, ликуя, с цветка на цветокВновь стараешься перелететь.Ведь любви ты давала зарок —Оставаться ей верной и впредь.Я не молод, а ты – молода,Рада память затеплить свечу.Что бы мне ни твердили года,Я тебя забывать не хочу.Заклинаю: будь другу верна,Не покинь! Я надеждой горю.Птица счастья однажды должнаНа мою опуститься зарю.Я любовь к тебе долго таил,Много мук перенёс и тревог,Но скрывать её нет больше сил,Я совсем от тоски изнемог.1936Перевод Я. Козловского

«Ещё вчера я видел, как летала…»

Балерине З. Г.

Ещё вчера я видел, как леталаЛебёдушкой по сцене ты, Зайнап.А что с твоей ногою нынче стало?Зачем хромаешь ты, скажи, Зайнап?!И кто посмел подрезать крылья птице,Похожей на голубушку Зайнап?Тому, кто сделал это, не простится,Кто разлучил со сценою, Зайнап?!Лебёдушке кто крылья окровавил,Скользящей по-над озером, Зайнап?Кто птицу белую хромать заставил,Опоры кто лишил тебя, Зайнап?!Что за болезнь, что за напасть такаяЗдоровье отняла и красоту?!Народу – тьма! Чьей воле потакая,Вы на Зайнап наслали хромоту?!Волнительно танцуют ножки эти,И глаз не отвести от красоты,И ничего прекрасней нет на свете,И в сердце распускаются цветы.А если кружевные пируэтыТворят те ножки сцены посреди,Нисходит вдохновенье на поэта,Жар творчества горит в его груди.Ах, эти ножки — вечный символ страсти,Непознанная тайна красоты!!Откуда же, Зайнап, твои напасти?Зачем, скажи, хромаешь нынче ты?!Жалею я тебя, Зайнап, не зная,Как облегчить страдания. ДушаПолна благих намерений. СквознаяМеж нами боль отчаянно крушитМне сердце вслед за стопами твоими,Скорей бы уж закончилась она,И ты, как прежде, статью тополинойПредстала б предо мной, огня полна.Шутливо бы взглянула сквозь ресницы,Волною страсти сердце окатив,И танец подарила б, что приснится,Настроив на восторженный мотив.Тогда бы я, от радости сгорая,Поцеловал бы яблочко щеки.Надеюсь, ты простишь, Зайнап, родная,Ведь от любви мужчины – дураки.1936Перевод Н. Ишмухаметова

«Синеглазая озорница…»

Х.

Синеглазая озорница,Алогубая баловница,Молодая радость моя,Друг по имени Хадия.Не жеманница, не болтушка,Как близка мне моя подружка!Всё гляжу я, не нагляжусь,Даже сглазить её боюсь.Как окликну её, замечу,Так и рвётся ко мне навстречу,Бьётся сердце моё в груди,Мало места ему, поди…От улыбки её и взглядаЗабывается грусть-досада.Я люблю её всей душой,Да и ей хорошо со мной.Ей о дружбе всегда твержу я,Но открою вам свой секрет:Лишь любовью её дышу я,Без неё мне и жизни нет!1936Перевод Р. Морана

Из Крыма

На самолёте из КрымаЯ улетал домой.Зари полыхала киноварьНад облачною чалмой.Меня провожало мореИ кипарисов строй,Меня провожал виноградник,Раскинувшись под горой.Рябая поверхность моряОтхлынула подо мной,Как будто мираж я увиделЗа облачной пеленой.Потом отхлынули горы,Леса, чей цвет бирюзов.Сменились леса УкраиныИной полосой лесов.И вот зажелтели долы,Постриженные наголо,И понял я: время осениСтремительно подошло.Меня провожало лето,Отяжелив лозу,А здесь я чувствовал это,Холод дышал внизу.Ещё я купался ныне,Покачиваясь на волне.А здесь в бешметах ходили,Как показалось мне.А птицы, вытянув шеи,С осенней порою в лад,Навстречу, к теплу летели,Туда, где созрел гранат.Товарищ пилот, приятноВ полёте предаться сну,Но вдруг я проснусь и увижуСнежную белизну?Так оно и случилось:Проснулся – внизу светло…Когда мы в Москве садились,Всё было белым-бело.И на моей красавице,Пришедшей меня встречать,Шубка была и валенки,Белой зиме под стать.Поёживаясь от холода,Я весело ей сказал:– По парку ещё сегодняВ трусиках я гулял.И, мной в этом парке сорванный,В целости я привёзСочный – а ну попробуй-ка —Шафрановый абрикос!Сказки об этом бабушкиРассказывали давно ль?..Откупорить мне бутылочкуС крепким вином позволь.Давай-ка за жизнь прекрасную,Радости не тая,С тобой от чистого сердцаВыпьем, душа моя!17 марта, 1937Перевод Я. Козловского

Колыбельная

Свет очей,Красавица,Месяц ясный!Ночь пришла,И спать пора,Ты – прекрасна!Баю-бай,Споют ветра,Укачают,Сказку яблоня тебеПрочитает.Спи, малышка,Баю-бай,Поскорее засыпай!

Ты вырастешь, детка,И станешь прекрасной,Как эти цветы.Они распустилисьВ счастливой стране,Где живём я и ты,Где мирное солнцеТебе улыбнётсяС большой высоты.Спи, крошка-малышка,Спи, дочка родная,Баюшки-баю.А я тебе песнюНегромкую этуТихонько спою!Апрель, 1937Перевод Н. Ишмухаметова

1 2 3 4 5 6