Чтение онлайн

Из-за этих псевдонимов произошла большая путаница. К примеру, соединив имена дочери и сына «Оя Атеш», я опубликовал книгу детских рассказов. Их декламировали на утренниках почти во всех начальных школах. И никто не знал, что автор книги не женщина Оя, а мужчина по имени Азиз Несин. Один свой рассказ я подписал французским именем, и он был включен в антологию юмористов мира как рассказ французского автора. А другой мой рассказ, под которым стояло китайское имя, был опубликован как перевод с китайского…

В перерыве между сочинением рассказов я, чтобы как-то прожить, был бакалейщиком, лоточником, счетным работником, продавцом газет, фотографом, но ни на одном из этих поприщ не преуспел.

Своими рассказами я заработал себе пять с половиной лет тюрьмы. Причем полгода жизни стоил мне король Египта Фарук. Король Фарук обвинил меня в том, что я оскорбил его особу в одном из своих рассказов, и при содействии своего посла в Анкаре упек под суд.

У меня двое детей от первого брака и двое от второго.

Первый раз я был обручен под скрещенными саблями моих товарищей-офицеров и под звуки танго «Компарасита». Второй раз обручальное кольцо мне надели через тюремную решетку. Но, возможно, вступать в брак таким образом не самый лучший вариант.

В 1956 году на Международном конкурсе писателей-юмористов я был удостоен первой премии и медали «Золотая пальмовая ветвь».

Газеты и журналы, не печатавшие ранее моих рассказов, стали наперебой предлагать свои страницы. Но это продолжалось недолго. В один печальный день мое имя опять исчезло со страниц газет. Пришлось мне вновь победить на новом конкурсе и получить еще одну «Золотую пальмовую ветвь», и тогда мое имя опять замелькало в газетах и журналах. В 1965 году мне присудили первое место на Международном конкурсе писателей-юмористов, и я получил медаль «Золотой еж».

Когда 27 мая 1960 года в Турции произошел политический переворот [30] , я с радостью передал одну «Золотую пальмовую ветвь» в дар государственной казне. Через несколько месяцев после этого меня снова бросили в тюрьму. Вторую «Пальмовую ветвь» и «Золотого ежа» я берегу на случай, если они понадобятся в будущем – в такие же радостные дни.

Многих удивляет количество написанных мною рассказов – свыше двух тысяч! Но чему здесь удивляться? Если бы семья, которую я содержу, состояла не из десяти, а из двадцати человек, я вынужден бы был написать в два раза больше.

От окружающих мне удалось скрыть только две вещи: мою усталость и мой возраст. Кроме этого, все у меня на виду и открыто… Говорят, что я выгляжу моложе своих лет. Вероятно, я не успел состариться потому, что всегда по горло был занят, не имел для себя свободного времени.

Я не уверен, что повторю вслед за некоторыми: «Если бы я родился еще раз, сделал бы то же самое». Родись я второй раз, я сделал бы гораздо больше, чем сделал сейчас, и гораздо лучше.

Жаль, что в истории человечества не было ни одного ловкача, сумевшего удрать от смерти, – я последовал бы его примеру. Но что делать, такого примера нет, и не моя вина, если я умру, как и все…

Я очень люблю детей и жизнь и нередко сержусь на себя за это.

Вот неоконченный рассказ о моей жизни: по опыту я знаю, что читатели не любят длинных историй, они поскорее хотят добраться до конца… Меня и самого очень интересует, каков он будет, этот конец.