Рекламы города цветутДвиженьем и огнем.Четыре девушки идутИ думают о нем.А почему не обо мне,Чем хуже я его?!Ничем не хуже, но онеНе смыслят ничего.1933
«Есть много в миру баллад…»
Есть много в миру балладИ много в быту болот.На всех площадях парад,Все реки проходят вброд.На всякого Цезаря — Брут,Во всякой науке Евклид,И к адской стене припрутГраниты могильных плит.1937
«Как из чернильницы вино…»
Как из чернильницы виноИ откровенья с наковален,Я в мире — как никто иной,И потому оригинален.Но все ж судьбой неповторимойСебя напрасно я томил:Не все пути ведут из Рима,Но все они приводят в мир.Что было там? Бесславья копоть,Непобедимая тоска.Что верность средствам? Лишь окопы.А верность целям — то войска.Довольно жить на почве зыбкой,Препятствия не сокруша.Я сознаю свои ошибки,Что значит — их не совершал.1937
«Пьяный ушел от зимнего холода…»
Пьяный ушел от зимнего холода,Пьяный вошел в кафе какое-то,Словно в июльский день.Стопка, другая, и третья, и пятая,Пьяный смеялся, падая,Задевая людей.Пьяного выволокли на улицу,Лежит человек на снегу и простудитсяВо имя каких идей?
Пират
В морской утонувши пучине,Мог быть достоянием крабовИль где-нибудь в знойной пустынеРабом разъяренных арабов.Не раз на съеденье акулыЕго обрекали матросы,Но он им сворачивал скулы,Спокойно куря папиросы.Не раз с берегов СенегалаЕму угрожали кончиной,—Он вешал посланца-нахалаНа длинном конце парусины.Он грабил далекие страны.Под жизни скитальческой склонЗалечивать старые раныПоехал на родину он.И смерть восприял на постелиВ одну из морозных ночей,Под северный ропот метели,Под сдержанный шепот врачей.1937
«Люди бегут на лыжах…»
Люди бегут на лыжах,Желая кому-то добра.Налет на цинковых крышахСолнца и серебра.Так лета пролетали.Хотелось хорошего мне б!Но цинком струит планетарийИзнанку каких-то неб.Смотрит на город витрина,Ни холодно ей, ни тепло.Похоже на паутинуТреснутое стекло.Загромождено мелочамиТеченье большого дня.Люди не замечаютНи мелочей, ни меня.Если добраться до истин,Ни одна трава не сорняк:Пусть бесполезны листья —Значит, польза в корнях!..Много стихов сочинил яПро то, как жизнь хороша.Пальцы мои в чернилах,Пальцы, а не душа!1938
Ворон
Черный ворон, черный дьявол,Мистицизму научась,Прилетел на белый мраморВ час полночный, черный час.Я спросил его: — УдастсяМне в ближайшие годаГде-нибудь найти богатство? —Он ответил: — Никогда!Я сказал: — В богатстве мнимомСгинет лет моих орда.Все же буду я любимым? —Он ответил: — Никогда!Я сказал: — Пусть в личной жизниНеудачник я всегда.Но народы в коммунизмеСыщут счастье? — Никогда!И на все мои вопросы,Где возможны «нет» и «да»,Отвечал вещатель грозныйБезутешным: — Никогда!Я спросил: — Какие в ЧилиСуществуют города? —Он ответил: — Никогда! —И его разоблачили.1938
Бюрократы
Всем смелым начинаньям человекаОни дают отпор:Так бюрократы каменного векаВстречали первый бронзовый топор.Им злоба затаенная дана,С какой они смотрели наПервого русского летуна,Когда тот прыгал с колокольни Ивана Великого.Они иначе не могли смотреть,Их мысли были мелки и плохи,Они всю жизнь готовили мне смертьИ не печатали мои стихи.1938
«Жизнь — путевка в Сибирь…»
Жизнь — путевка в Сибирь,И грехов отпущение,И морская вода.Жизнь люблю не за быль,За одно ощущение —Взгляд, направленный вдаль.1938
«Книги в сонме лет летевших…»
Книги в сонме лет летевшихКак огни горят.О крушение потерпевшихКниги говорят,Что хотя валы гороюВились в общий вихрь,Но центральные героиНе тонули в них.1939
Мой любимый писатель
Мой любимый писатель еще не рожден,Он еще затерялся в веках.Я учителем сделал его и вождем,Для меня он Юпитер и Вакх.И другие еще, но не только они.Он — еще, и еще, и еще.Он волнует, но впятеро больше манит,Как число, потерявшее счет.Мой любимый писатель — и дьявол, и бог,И писатель минувших веков.Он Шекспир, Пастернак, Маяковский и Блок,Достоевский, Гомер и Глазков.1939
Антисонет
Опять классический сонетНавис проблемой для поэта,И от сонета спасу нет,И от сонета спасу нету…Ты за сонет, а я — за нет.К чему поэзии все это?Долой сюсюканье сонета!Бросай сонеты в Лету лет.Бросай сонеты, не зевай,Пускай они исчезнут в бездне.Другие жанры называйИ сочиняй другие песни.Прими совет —Забудь сонет.1939
Стансы
Явления сужатьНе буду рубежи.Привыкли люди рассуждатьИ не привыкли жить.Завязли в книжные лиманыИ утонули в иле.Как много вы прочли романовИ мало как любили!Я хочу, чтоб все были поэтами,Потому что поэзия учит,Потому что Это мирНастоящих и лучших.1939