Чтение онлайн

— Зверь псионически связан с ним, — сказала Лира. — Это его защитник. Какая-то часть его контактирует с ним. Такая связь очень редка и не должна быть оборвана.

— Но мальчик будет расти, и детеныш тоже, — сказала аббатиса. — Даже маленькие тигоны опасны. А уж взрослого тигона даже я не смогу контролировать.

— Пока мальчику никто не угрожает, или не пытается его обидеть, вам нечего бояться тигона, — ответила Лира. — Однако, я полагаю, вы не должны пытаться кормить его. Пусть он свободно бегает вокруг храма по ночам и охотится за своей добычей, как они и привыкли делать. Он всегда будет возвращаться к мальчику, и примет всех, кто находится в храме, как членов «стаи» и будет защищать их, как и мальчика.

— Я полагаюсь на вашу мудрость в подобных делах, Старейшина Ал'Кали, — сказала верховная настоятельница. — Как зовут мальчика?

Лира потрясла головой. — Не знаю. Я даже не знаю, знает ли он собственное имя. Он не произнес ни одного слова с тех пор, как я нашла его.

— Мы должны как-нибудь назвать его, — сказала аббатиса. Какое-то время она думала. — Мы будем звать его Сорак.

— Эльфийское слово для кочевника, который всегда путешествует один, — сказала Лира с улыбкой. — Похоже оно ему подходит. Но ведь он больше не один.

Верховная настоятельница потрясла головой. — Он — племя в одном, Старейшина Ал'Кали. Один, в котором много. И поэтому, я боюсь, он всегда будет один.

Варанна стояла на балконе своей личной комнаты в храме, наблюдая как Сорак практикуется с мечами во дворе под ней. Хотя виличчи изучали главным образом псионику, их тренировали и как воинов. В женском монастыре тренировка с оружием была не только изучением военного искусства и средством поддерживать хорошую физическую форму, но и дисциплиной, помогавшей отточить ум и натренировать инстинкты. Годы интенсивных тренировок в искусстве боя, в паре с псионическими способностями, доведенными до совершенства, делали виличчи великолепными бойцами. Даже мул-гладиатор дважды подумал бы, прежде чем связываться с виличчи.

Пока верховная настоятельница глядела на быстрые, точные и грациозные движения, она вспоминала хрупкого, истощенного малыша, которого Старейшина Ал'Кали привела в храм. С тех пор прошло десять лет, так что ему теперь было лет пятнадцать или шестнадцать. А может и семнадцать, сам Сорак понятия не имел, сколько ему лет, а никакой псионик не мог определить его возраст. У него была такая чудовищная псионическая защита, что даже Варанна не могла пробить ее, и это была самая маленькая из всех проблем молодого эльфлинга, с которыми ей приходилось иметь дело каждый день.

Начиная с того, что раньше никакому мужчине не разрешалось даже войти на территорию монастыря. Около пяти сотен виличчи жило в этом уединенном убежище в Поющих Горах. Аббатиса и высшие настоятельницы жили в самом храме, а все другие жили вместе, по несколько человек в комнате, в специальных жилых домах, раскиданных по всему монастырю. Почти всегда от семидесяти пяти до ста монахинь отсутствовали, так как странствовали или совершали паломничество. Так что в монастыре оставалось около четырехсот женщин, в возрасте от шести до шестидесяти, не считая высших настоятельниц. Самая молодая из этих была в возрасте восьмидесяти пяти лет, а старейшей, самой Варанне, было больше двухсот. Вот и все население — плюс юный эльфлинг-мужчина.

Такого не было никогда. На памяти всех живущих, никогда ни один мужчина на Атхасе не рождался виличчи. Виличчи всегда были женщинами, человеческими женщинами, и они рождались с даром — который некоторые назовали проклятием — сильным псионическим талантом. Опасаясь их дикой псионической силы, все остальные старались держаться от виличчи подальше. Иногда их изгоняли из родных домов, хотя это и считалось дурной приметой. Не жестокостью, подумала Варанна с горечью, просто несчастливым предзнаменованием. Вообще-то, псионическую силу можно было развить в любом человеке, до определенной степени, в зависимости от его ума, терпения и настойчивости в постижении искусства. Большинство людей рождались с по меньшей мере одним, хотя и скрытым, псионическим талантом, но этот талант был «диким», что означало, что человек не был в состоянии контролировать свой талант. Большинство даже не представляло себе, что у него есть такой талант. Требовались годы интенсивной тренировки под управление мастера, зато таким образом даже самый скромный талант мог развиться полность. Но даже и тогда, мало кто мог достичь уровня настоящих виличчи, которые рождались с полностью развитыми псионическими способностями.

Они отличались от всех и во многих других отношениях. Женщины-виличии жили на спаны дольше, чем обычные люди. Они были выше среднего роста, более стройные, с более длинными конечностями, скорее похожие на эльфов, хотя у эльфов эти физические особенности доходили до крайности. Их кожа была очень нежная, не совершенно белая, а бледная, так что на солнце они не загорали, а сгорали. Чтобы защитить себя, они отпускали очень длинные волосы и одевали длинные плащи, когда выходили под беспощадный солнечный свет.

Никто не знал, почему девочка рождалась виличчи. Обычно ребенок-виличчи рождался у совершенно нормальных родителей-людей, и такие родители чаще всего считали свою дочку проклятием. Не только потому, что она выглядела другой, странной, по стандартам большинства людей, но и потому, что она обладала полность развитыми псионическими способностями. Она могла читать мысли своих родителей, а также мысли всех их друзей и соседей, приходивших в гости. В результате интеллектуально она развивалась быстрее и легче, чем остальные дети. Но как обычному человеческому ребенку надо научиться простейшим физическим движениям, таким как ползание, прежде он сможет ходить, так и ребенку-виличчи надо было научиться управлять своими врожденными способностями прежде, чем он сможет полностью контролировать их. Часто дети-виличчи заставляли, например, предметы летать по дому, вызывая ужас и разбивая все кругом, хотя и не хотели этого. Они могли устроить псионический взрыв в душах своих родителей и любого другого, которому не посчастливилось оказаться поблизости. Голодный ребенок-виличчи частенько делал намного больше, чем просто кричал, требуя молока.

В результате родители такого ребенка чаще всего были просто не в состоянии иметь с ним дело, и, как родители, так и ребенок вели ужасную жизнь. Феномен рождения ребенка-виличчи был достаточно редок, и обычно вокруг не было никого, кто мог бы помочь такой семье. Если поблизости жил мастер-псионик, они могли ходить к нему за советом, но такой мастер обычно имел студентов, которые работали на него или даже платили за обучение. Ребенок-виличчи становился для такого человека только дополнительной обузой, и к тому же вызывал зависть своими псионическими способностями. Тем не менее некоторые добросердечные мастера помогали детям-виличчи, по меньшей мере пока не появлялись монахини-виличчи и не освобождали их от ответственности. Но большинство мастеров просто отказывалось помогать.

Тем или другим путем, но девочки-виличчи чаще всего изгонялись из дома. Если им не удавалось повстречать странствующую монахиню, они обычно пытались добраться до Поющих Гор самостоятельно. Здесь, наверху, в уединенной долине, они находили единственное место на Атхасе, где их талант мог созреть и развиться. Здесь они находили для себя общество, здесь они могли учиться, учить и размышлять. Они никогда не выходили замуж и не имели детей, так как виличчи рождались стерильными, и чаще всего оставались девственницами.