Чтение онлайн

Он никогда этого не поймет.

— Да, ты права, — тихо ответил он.

— Из-за чего она умерла? Если ты, конечно, не против со мной поделиться.

Он качает головой, глаза неотрывно смотрят на дорогу.

— Рак легких. Четвертая степень. И это при том, что она за всю свою жизнь даже сигарету не выкурила. Меня не было дома, я путешествовал с несколькими приятелями в юго-восточной Азии, когда позвонил отец и сообщил мне, что она заболела. Я сразу же прилетел домой. Ей сделали операцию... химиотерапию... ничего не помогло.

Его плечи поднялись и опустились при глубоком вздохе.

— После того как она умерла, я, эээ... ну, в общем, моя жизнь покатилась под откос.

Он бросил на меня беглый взгляд. Я уловила боль в его глазах, прежде чем он направил их обратно на дорогу.

— Затем в моей голове что-то щелкнуло, и я решил изменить мой прежний стиль жизни. И вот он перед тобой: новый, почти что ответственный, я. — Он обводит свою фигуру рукой, улыбаясь, но я безошибочно могу сказать, что эта улыбка ненастоящая.

 Именно в этот момент я вижу его боль и уязвимость. Он не так потрепан жизнью, как я, но все же есть что-то. Похоже, что он взвалил на себя тяжкий груз чувства вины из-за смерти своей матери.

 Я поворачиваюсь на сидении так, чтобы смотреть прямо на него.

— Знаешь, я не была знакома с Джорданом из прошлого, но Джордан настоящий невероятно добрый.

Он смеется, но этот смех скорее напоминает самокритичную усмешку.

— Да, добрый. Я такой.

— Я правда так думаю. Ну, мне так кажется, — я дергаю себя за губу, глубоко вдыхая.

Он снова бросает на меня взгляд, и наши глаза не просто встречаются, между нами появляется какая-то связь.

 Мои щеки вспыхивают, во рту пересыхает, а сердце принимается стучать как сумасшедшее.

Во мне возникает неожиданное и очень сильное желание наклониться и поцеловать его.

Оторвав от него взгляд, я отворачиваюсь и начинаю счищать несуществующие ворсинки с моих джинсов. Ни он, ни я не произносим больше ни слова, до тех пор пока он не останавливается напротив кафе.

 Я надеваю очки и выхожу из машины.

— Я тут вчера ужинала, — говорю я ему через плечо.

— Я знаю.

Я резко разворачиваюсь, мои мышцы натягиваются от напряжения.

— Откуда ты знаешь? — в моем голосе проскакивают металлические нотки, но я ничего не могу с этим поделать.

Он немного хмурится. Оперевшись рукой о крышу машины, он отвечает:

— Бет, та девушка, что обслуживала тебя вчера вечером, она моя близкая подруга. Она мне вчера позвонила, чтобы предупредить о твоем приезде.

— Ааа, понятно.

Ты вечно все истолковываешь не так, Мия.

Проведя рукой по волосам, я смеюсь, но мой смех звучит глухо.

— Так вот почему она порекомендовала мне твой отель –будучи подругой и все такое.. Конечно, она так поступила. Не то что бы твой отель был ужасным или что-то в этом роде. Нет, даже наоборот. Он просто великолепный. Самый лучший отель, в котором мне когда-либо доводилось останавливаться.

Святой Боже. Заткнись, Мия. Сейчас же.

Находясь рядом с ним, я постоянно хочу наесться, а потом избавиться от всего...

 Джордан сдавленно усмехается. Затем обходит машину и направляется в мою сторону с клетчатой рубашкой в руках.

— Мне подумалось, что, возможно, ты захочешь это чем-нибудь прикрыть, — он кивает в сторону моего голого живота.

 Боже, поверить не могу, что я совсем забыла, что на мне порванная футболка. Я совсем на себя не похожа в последнее время. Обычно я очень озабочена состоянием своей одежды. Мне приходилось так вести себя из-за отца.

И из-за Форбса.

Я тут же стараюсь прикрыть обнаженный живот руками. Затем одной рукой беру рубашку из его протянутой руки.

— Спасибо, — говорю я, натягивая на себя рубашку. От нее пахнет по-мужски. Древесиной. Она пахнет им. Не думаю, что я захочу когда-нибудь снять эту рубашку с себя.

 Подойдя ближе ко мне, он запахивает полы рубашки и начинает застегивать пуговицы.

— Не хочу, чтобы окружающие подумали, будто бы я напал на тебя, — говорит он низким голосом, при этом улыбаясь.

Я ощущаю его близость каждой клеточкой своего существа.

Я не могу пошевелиться. Я просто пялюсь на него, наблюдая, как его глаза двигаются от пуговицы к пуговице, пока он их застегивает, и напоминаю себе, что нужно дышать.

С ловкостью застегнув последнюю пуговицу, он смотрит на меня.

Я стараюсь не замечать, что его дыхание так же участилось, как и мое. Или то, что его руки все еще сжимают ткань рубашки, находясь совсем недалеко от моей груди, хотя все пуговицы уже застегнуты.

Я с трудом сглатываю.

— Спасибо, — шепчу я срывающимся голосом.

Кивнув, он отступает от меня.

— Пойдем, раздобудем тебе чего-нибудь поесть.

 Кровь стучит у меня в висках, и я следую за Джорданом в кафе. Он не дожидается, чтобы к нему подошел официант и усадил за свободный столик, он просто проходит мимо пустующей стойки у входа. Я иду следом за ним, все еще не придя в себя после всей этой истории с застегиванием рубашки.

 Он делает жест, приглашая меня сесть, и я падаю на кресло. Джордан садится напротив меня.

Я замечаю Бет, что направляется к нам. Ее взгляд перескакивает с меня на Джордана, и ее красивое лицо хмурится.

Похоже, ей не нравится видеть нас тут вместе, и мне становится любопытно, не приходятся ли они друг другу более чем друзьями? Мне почему-то не нравится, как мысль об их предположительных близких отношениях заставляет меня себя чувствовать.

 Ревность.

Напряжение.