Измена. Ты пожалеешь...
Шрифт:
Он бросается обратно к машине. Сейчас или никогда… Я делаю отчаянный рывок, вывалившись из машины.
Кажется, первый из похитителей попал в передрягу, а второй… как благородно… решил спасти свою шкуру и удрать!
***
Позднее мне будут рассказывать, как быстро все случилось.
За считанные минуты
Но тогда мне казалось, что прошла целая вечность, чем ко мне подбежали, помогли встать на ноги и развязали…
Целая вечность страха за свою жизнь и жизнь малыша!
— Все хорошо, Елизавета. Преступники задержаны. Вы в надежных руках, — успокаивают меня люди в форме.
Я с трудом соображаю и не могу говорить, горло сковало спазмом страха. Но когда вижу, как в одну из приехавших машин скорой помощи погружают носилки с Владом, будто очнулась.
Ноги сами понесли меня к нему.
Глава 41. Она
— Влад? Влад! Что случилось…
Я вижу, как по простыне расползается большое, алое пятно крови.
Не могу устоять на месте, ускоряюсь.
Услышав мой голос, бывший муж открывает глаза и привстает. Его удерживают за плечи, ткань сползает. Я понимаю, что Влада ранили.
— Лиза… Лиза! Ты как?! Ты…
У него блестящий, шокированный и беспокойный взгляд. Он рыщет им по моему лицу, телу, снова возвращается к лицу и впивается в глаза.
— Ты как? Ты в порядке? Они тебя не обижали? Если они хоть пальцем тебя коснулись…
— Я надеюсь, что в порядке. Так страшно было, — выдыхаю.
С болезненным стоном Влад откидывается назад, зажмуривается, издав стон мучения сквозь крепко стиснутые зубы.
— Но что с тобой? Как это случилось? В тебя стреляли?
Я не слышала выстрелы, но я была так напугана, в шоке, действовала лишь на инстинктах выживания, и на все реагировала не так, как обычно. Часть моего восприятия была обострена до предела, но много чувств были словно атрофированы, и я точно могла сказать, что была немного не в себе от шока, страха и прилива адреналина!
— Нет, не стреляли. Это ножом порезали. Я вылез, куда не следовало.
— Зачем?!
Найдя его пальцы, скользкие от крови, сжимаю. Он стискивает мою руку в ответ.
— Я должен был просто передать деньги, и тогда бы их арестовали. Но один из них внезапно решил потребовать еще больше и показал мне тряпку с кровью. Платок с тюльпанами, который был на тебе… В тот день развода. Я увидел кровь и меня переклинило… Решил, что они причинили тебе боль.
— Едва все не испортил, герой. Потом побеседуете, — довольно грубо вмешивается в наш разговор полицейский. — Уносите. Ему нужна медицинская помощь. И не только ему. Поосторожнее там… У одного из пострадавших — серьезная травма шеи и позвоночника… А вы, девушка…
— Жена. Бывшая. Я тоже поеду в больницу.
— Только без слез и истерик, пожалуйста. Если боитесь вида крови, лучше дождаться другой машины.
— Я в положении, и хотела бы провериться состояние малыша, — отрезала я, решив, что больше никому не позволю собой командовать и указывать, что мне делать.
Никому! Кем бы он ни был…
***
Он
Спустя время
Лиза пришла вместе со всеми. Со стороны родных — слезы радости и облегчения, что я жив, объятия, куча вопросов…
Раньше Лиза была бы первой, кто бросился меня обнимать, целовать и выхаживать.
Но теперь все изменилось настолько, что она подпускает к моей постели дочерей, зятя, родителей… Лиза подходит самой последней, остается после того.
Я понимаю, какая пропасть пролегла между нами, если жена держится в стороне.
Бывшая жена, приходится себе напоминать снова и снова.
Но не работает!
Я до сих пор вижу Лизу своей женой и только ее я вижу с собой, ни одну другую.
Наконец, они все уходят.
— Мам? — зовет Стеша.
— Идите, я поговорю с отцом и приеду к бабушке с дедушкой, а вы пока с ними побудьте, хорошо? Им сейчас нужна поддержка…
— Да, конечно. Поправляйся, пап, — еще раз целует меня Варя. — Мам, я буду ждать на пирог.
— На пирог? — удивляется Лиза.
— Варя пытается испечь грушевый пирог по рецепту бабушки Гриши, — делится Стеша. — Первый раз он получился горький, там была одна сода. Второй он был жидкий. В прошлый раз… сгорел. Может быть, сегодня…
— Язва! Лучше бы помогла.
— А на вашей супружеской кухне я тоже буду помогать? — подкалывает старшую сестру Стеша.
Я провожаю дочерей улыбкой.
— Мне будет не хватать их перепалок, — признаюсь я.
— Мне уже не хватает, — отвечает Лиза, сев в кресло возле больничной кровати.
Немного помолчав, добавляю:
— Ты всегда можешь это исправить, знаешь же…
— Знаю, — соглашается Лиза, прямо посмотрев мне в глаза. — И ты тоже знаешь, что этого не будет.
Мне остается только подавить вздох сожаления.
Этот разговор мы начинаем не в первый раз. Вернее, его всегда начинаю я, в надежде, что Лиза изменит свое мнение. Но ее ответ всегда один и тот же.
К сожалению.
Она не хочет ничего начинать снова и не готова дать мне шанс.
— Послушай, Влад. Ты здорово облегчишь нам с тобой общение, если не будешь начинать каждый разговор одним и тем же. Мы в разводе. Этого не изменить.
— Договорились.
— Вот и славно, — повеселела Лиза.