Чтение онлайн

Невинное увлечение сестры Буланского незаметно растянулось до позднего вечера. Я как-будто вернулась назад в юность. Небывалый драйв захватил настолько, что я забыла о собственных деловых проблемах. Наверное, Инна не остановилась бы до самых сумерек, но у неё закончилась плёнка.

— Думаю, фотки получатся первоклассными. Спасибо, Аля, что выручили меня.

— Не за что. Уже поздно. Мне домой пора.

— А оставайтесь у нас, а? Что скажешь Игорь? — умоляюще попросила Инна. — Я могла бы сфотографировать вас на рассвете.

— Не думаю, что это хорошая идея, — посмотрев на Буланского, ответила Инне, но он одобрительно кивнул ей.

— Не стоит выезжать на трассу в ночь тем более, что на одном из участков идут ремонтные работы, — озвучил своё мнение Буланский, а я сглотнула вязкий комок, понимая странность положения. Поддаться на уговоры остаться в доме было неудобно и опасно, учитывая, что Рома в отъезде, и Игорь это знал. — Аля, разместишься в комнате для гостей, где никто тебя не побеспокоит, — заверил Буланский убедительным тоном.

Тембр его глубокого голоса резанул по слуху, отчего вдруг вспыхнуло лицо. Что-то внутри затрепетало и какого-то чёрта, я согласилась.

Рома

Питер встретил пасмурной погодой. Я без особого труда добрался до «Grand Hotel Europa», что расположен на улице Михайловская, где останавливался не раз. Сотрудники разбрелись по забронированным номерам, чтобы отдохнуть немного с дороги, а ближе к девяти часам вечера Русаков предложил скоротать время в одном из ночных клубов на Невском. Напиваться чем-либо накануне конференции и предстоящей деловой встречи — не вариант, и я решил остаться в апартаментах, чтобы подготовиться к грядущему дню, и ещё раз проверил условия, прописанные в контракте.

На следующий день я без энтузиазма слушал монотонные доклады участников конференции и практически впал в удручённое состояние. Окружающая серость, сырость, мелкий дождь, моросящий с самого утра, сказывались на настроении и навевали смертельную тоску. Два звонка от жены помогли отвлечься, особенно когда я предался воспоминаниям о нашей последней неделе.

Когда-то я был влюблён в Алю. Страсть била через край, и казалось, что так будет продолжаться всю жизнь. Со временем яркие краски померкли, а наш брак превратился в обыденную банальность. Не знаю, в какой тупик мы бы зашли, но она смогла тряхануть по новой, когда я вернулся из прошлой поездки. Давно утраченная страсть к жене внезапно возродилась, и теперь меня волновали иные вопросы: ревность Али, а также ссора с другой, произошедшая незадолго до мероприятия у Литвинова. Если с женой я относительно утряс проблему, то со второй делать этого не спешил.

Остаток скучного дня принёс пользу в виде нового контракта. Впрочем, я не сомневался, что договор будет заключен. Светлана отыграла все пункты как всегда профессионально. Второй стороне не к чему было придраться.

Вернувшись в отель, я освежился и только вознамерился лечь в постель, как услышал цоканье тонких каблучков в коридоре. Так ходить может только она. Я не ошибался и всё чётче слышал знакомый звук. Он заставил вспомнить нашу первую встречу.

В тот день спешный визит к нотариусу заставил, по обыкновению, не дожидаться лифта. Уходя из офиса, я прямиком направился к лестничной площадке. Лязг женских каблучков, резанувший по слуху, заставил посмотреть через перила вниз, и первым, что я заметил, была тонкая женская кисть. Аккуратные острые ноготки, выкрашенные лаком рубинового цвета, привлекли моё внимание. Быстрее спустившись со ступеней, остановился как вкопанный на лестничном пролёте. Я столкнулся взглядом с изумительными глазами. Боже! Какие у неё были глаза! Чуть раскосые, со светлыми радужками интересного оттенка. Тонкий носик, слегка пухлые губки и овал нежного лица напоминали лисицу. В тот момент я оторопел. Её типаж — один из немногих, что так нравился мне.

Познакомился я с ней не сразу. Через три дня встретил её снова в офисном здании. Так всё и началось.

Она постучала в дверь условленным шифром, придуманным на всякий случай. Я не спешил открывать. Телефон разрывался. Звонила Аля. Ироничная судьба напомнила, что я женат.

Несколько долгих гудков. Трубка так и осталась не снятой.

— Зачем примчалась сюда? — гаркнул на неё, когда распахнул дверь.

— Ромик, ну прости меня. Я, страдаю, — промямлила эта оторва. Она смотрела настолько жалостливо, что невольно сердце брякнулось куда-то вниз.

— Сучка! Охерела совсем? Здесь полно сослуживцев, — пришлось дёрнуть её за руку и втащить в номер. Напротив моего располагался номер Малютина. Не хватало ещё, чтобы он нас застукал.

Она в свойственной манере прошагала в спальню, изящно развязала узел пояса и торопливо скинула летний плащ.

Блядь! Ох****! Под свалившейся тряпкой обнаружилось практически голое тело. На ней были только чулки с ажурной резинкой!

Я глубоко вдохнул, опёрся о стену. Хитрая лиса неуверенно продвинулась на несколько шагов, а я снова гаркнул:

— На колени! Хочешь прощения, так заслужи его!

Красивое личико скривилось. А чего она ожидала? Значит, прийти в номер практически в чём мать родила смогла, а остальное не по вкусу? К моему удивлению, она исполнила приказ. Моргнув, опустилась на колени и заглянула мне в глаза. Я сглотнул. Ну что за чертовка?

Долго она не размышляла. Потянулась к ширинке и проворно расстегнула молнию.

«Господи, эта женщина настоящая ш****!»

Тонкие пальчики прикоснулись к набухающему члену, и у меня зазудело в паху. Зуд предвкушения, что неизменно возникал и сводил с ума, когда она это делала.

— Оу, как ты напрягся! — проворковала бестия и мазнула губами по чувствительной части члена.

Я расставил ноги чуть шире, предоставив ей больше пространства, выдохнул и закрыл глаза. Ловкий язычок долго ласкал, а пухленькие губы посасывали головку. Меня накрыло небывалое возбуждение, когда она умудрилась спросить:

— Ну так простишь меня, Ромик?

— Прогни сильнее поясницу, приподними задницу и соси. Да, малышка, соси!

Её пальцы, сжимающие ствол, уверенные движения, горячий рот… Чем больше она ускорялась, тем больше хотелось, чтобы не останавливалась. В какой-то момент я почувствовал подступающий оргазм и оттянул её голову за волосы. Одного минета мало. Я резко повернул чертовку спиной к себе и подтолкнул к столу.

Да! Только так, возможно, прощу её.

Она поняла, что требуется, и распласталась грудью по столу. Я прикоснулся к округлым упругим ягодицам и ниже к её естеству. Гладенькие, нежные складочки и влага, сочащаяся из них, нереально воспламенили.

— Ах-х… Не томи, Ромик. Ну же, давай трахни меня, — прохрипела она, раздвинув ноги. — Я с ума сходила эту неделю без тебя.

Чёртова девка! Вид её розовых губок выбил разум. Сжалившись над ней, я толкнулся подрагивающим от распирающего возбуждения членом в её упругую глубину. Она извивалась и стонала от резких размашистых толчков. Наманикюренными ноготками впивалась мне в бёдра, охрипшим голосом выкрикивала: «Пожалуйста…, Ромик ещё!» Так бы и трахал её до бесконечности, но пик наступил быстро.