Измена
Шрифт:
Они быстро дошли до выхода из тайника. Заглянув в неприметное окошко, замаскированное в одном из настенных гобеленов, Крис шепотом предупредил:
– Тихо, все пошли в тронный зал. Сейчас я открою ход.
Он нажал на рычаг, и часть стены плавно отошла, открыв довольно большой проем в коридоре возле входа в апартаменты Зинеллы.
– Здорово! Похоже, здесь можно ходить без проблем. А то в прошлый раз мне пришлось выбираться ползком по полуосыпавшемуся ходу.
– Я этой ночью проверил этот ход и смазал все петли.
– Ах, какой вы предусмотрительный!
– Лори кокетливо взмахнула длинными ресницами, заставив Криса покраснеть.
– Но, похоже, путь свободен. Пошли!
Она уверенно прошла вперед. Миновала комнаты придворных дам и служанок, открыла дверь в покои Зинеллы.
– Так!
– она помедлила, осматриваясь.
– Вы сказали, что ужин будет сегодня?
– Да. Так распорядился Медиатор.
– Хорошо. Это наверняка заставило ее приготовить яд. Его ведь надо будет взять незаметно, уже полностью одетой для ужина. В это время здесь всегда кто-то есть. Итак, посмотрим.
Она медленно обошла комнату. Остановилась возле шкафа с драгоценностями.
– Интересно, что тут нового?
Крис хотел было возмутиться праздным любопытством, но она пресекла его выговор, предположив:
– Граф для прикрытия должен был прислать ей что-то безобидное. Во всяком случае, на первый взгляд. И для несведущего человека. А что может прислать аристократ? Не платочек же? Наверняка это драгоценность, но такая, чтоб не бросалась в глаза.
– Ее наверняка надела Зинелла.
– Возможно, надела, возможно, и нет. Она не слишком умна, но, как все необразованные дурочки, очень спесива. Если эта безделушка показалась ей дешевой, она ее ни за что не наденет.
– Вряд ли Контрарио будет присылать ей простые драгоценности. Скорее пришлет что-то вроде оберега.
– Вот-вот, я тоже так думаю. Поэтому посмотрим. И не среди настоящих, как она говорит, ценностей, а среди ненужных ей побрякушек. Она дает их играть детям.
Она принялась перебирать драгоценности Зинеллы в одном отделении, потом в другом. Крис уже начал беспокоиться, когда она вытащила из горы побрякушек браслет со словами:
– Здесь его не было. Интересная какая вещь!
– Его нужно отдать Медиатору.
– Нужно. Но не ему, а Фелиции. Она умеет читать этот древний язык, - и Лори показала ему мелкую вязь, украшавшую браслет.
Чтоб не забыть, она надела браслет на левую руку и принялась осматривать комнату дальше. Остановилась возле крайнего секретера.
– Самое простое - убрать яд сюда. Он близко от входа, и лежат здесь разные мелочи вроде шемизеток и носовых платков. Здесь этих ящичков несколько десятков. Что ж, посмотрим.
Она не стала шарить в вещах, как думал Крис, а принялась разглядывать шкаф снаружи.
– Что вы делаете? Время уходит!
– он был недоволен ее медлительностью.
Она сердито подняла руку.
– Не мешайте! Я ищу знак. У Зинеллы есть привычка - она помечает все двойным крестиком, чтоб не забыть. Она думает, об этом никто не знает. Но я несколько раз замечала этот знак на ее вещах. А, вот и он!
– и Лори победно указала на едва видимые царапины.
– Значит, яд здесь.
Она запустила руку в гору носовых платков, и, порывшись в них, вытащила фиал.
– Ух ты, какой малюсенький! Если б не моя сообразительность, мы никогда бы его не нашли.
Крис смотрел на нее уже с искренним уважением. До такого он бы никогда не додумался. Но он простой воин, и ум у него не изворотливый.
Лори быстро перелила содержимое фиала в приготовленный заранее пустой флакон. Потом сполоснула фиал в тазу для умывания и велела Крису выплеснуть эту воду. Недолго думая, он вылил их в цветущие на балконе цветы. Они тотчас завяли.
– Ужас! Они увяли от одних только ополосков!
– Зря вы это сделали. Теперь могут возникнуть подозрения. Лучше поменяйте вазоны, а эти цветы вырвите и бросьте вниз. И проследите, чтоб голыми руками за них никто не брался. Я недаром задерживала дыхание, когда переливала яд.
Теперь Крис понял, почему на ней были длинные плотные перчатки. Он сделал так, как она велела, а Лори в это время вылила содержимое пузырька Медиатора в фиал, и убрала его обратно в ящик под платки.
– Все, пошли!
Они вышли из комнаты и направились по пустынным коридорам в сторону тронного зала. По дороге Лори сняла перчатки, скатала их и спрятала под одним из цветочных горшков в коридоре.
– Почему даже стражников нет?
– Я убрал их отсюда до окончания церемонии поминовения. Не хочу, чтоб вас кто-то видел.
– Правильно! Я тоже не хочу, чтоб меня кто-то видел. Меня многие знают, и сразу что-нибудь заподозрят. Конечно, в твоей компании мне ничего не грозит, но разговоры пойдут, это точно. И непременно дойдут до Зинеллы. Здесь многие мнят ее госпожой, не понимая, что ее время ушло.
Они дошли до зала, о котором говорила Фелиция. Лори сразу увидела огромную керамическую амфору высотой со взрослого мужчину. Она обошла ее и увидела неаккуратную дыру, пробитую каким-то острым предметом. Об острые края пробоины можно было порезаться, поэтому она положила на края платок, приблизила губы к отверстию, и осторожно, совсем негромко, каркнула для пробы.
Фелиция предупреждала ее, что звук будет громким, но такого Лори и предположить не могла. Через узкое горлышко амфоры ее негромкое карканье взметнулось вверх, под потолок. Ударилось о балки, рассыпалось мощным стаккато, отозвалось эхом где-то внутри дворца, и пошло гулять по пустынным помещениям, угрожая смести все вокруг себя.