Изменить тебе

– Ром, ты не можешь…

– Могу.

Схватив меня за локоть, утаскивает за угол и вдавливает в стену.

– Ты не сделаешь это снова.

– Сделаю.

Он не боится меня ни капельки. Да и с чего бы ему бояться? Он уверен: если я позволила себе ошибку один раз, я сделаю ее вновь. Буду ошибаться еще и еще, пока буду чувствовать его парфюм в сантиметрах от меня. Пока буду видеть эту дурацкую наглую ухмылку. Пока будет доводить до истерики пошлыми намеками.

Кажется, я сломалась в тот день, когда он впервые поцеловал.

Когда меня впервые поцеловал женатый лучший друг моего парня…

Рома не умеет останавливаться. Если он получил мяч на поле, будет тащить к воротам до последней секунды, пока не собьют. Если завелся, без скандала уже дело не обойдется. Если захотел добиться чего-то – добьется.

Рома захотел добиться меня.

Мне кажется, я умираю, если он рядом. Чертовы десять дней с ним превратились в мой персональный ад. Я могла бы закончить это раньше, рассказав его жене или Дане. Будь у меня больше храбрости, я бы это сделала. Но меня парализует, когда он смотрит так, словно мысленно уже взял меня. Дважды… Может, трижды.

– Ань, не обманывай меня, - он говорит шепотом, но, мама дорогая, шепот бывает горячим. – Ты хочешь, чтобы я это сделал.

– Ром, я встречаюсь с твоим лучшим другом.

– Он тебе не подходит, - спокойно выдает Рома, продолжая взглядом съедать мои губы.

– Ром, пожалуйста…

– Пожалуйста что?

Надо сказать «отойди и не трогай меня». Но мой взгляд диктует ему совсем другое.

Рома вжимает меня в стену так, что я могла бы пробить ее спиной, а сам вжимается в меня, и хочется завыть, словно я добыча в ловушке.

Одна проблема.

В этой ловушке мне нравится.

За несколько месяцев до действий пролога

– А когда начнётся второй период? – спрашивают друг у друга две смазливые девчонки, сидящие справа от меня.

О боги. Девочки! Не бывает в футболе периодов. Тут таймы!

Я, конечно, понимаю, что эти красотки пришли строить глазки если не спортсменам, то хотя бы болельщикам. Но ведь пару базовых понятий можно было выучить?

А вот я хожу на футбол по зову души. Меня однажды привёл на матч дедушка. Моя мама не подарила ему внука, но, к его огромному счастью, подарила меня. Маленькая Анечка с удовольствием смотрела с дедулей финалы чемпионатов, ещё ничего не понимая в правилах игры, только различая, кто в какой форме играет.

Когда мне было лет тринадцать, дед впервые взял меня с собой на какой-то кубковый матч. И это было отличное начало моей карьеры болельщика.

«Дед, а за что пенальти назначают?»

«А почему этому – желтая карточка, а тому – красная?»

«Дед, что значит офсайд?»

И пошло, поехало. Я ходила на матчи с дедушкой, позже – с подругой, ещё позже – с одногруппниками из университета. С ними мы как-то раз поспорили, какая команда победит. Наши тогда играли с довольно крепкой командой из премьер-лиги. Четвертьфинал кубка, кажется. Ребята не верили, что наши смогут обыграть такого серьезного соперника. А я верила. Спойлер – зря.

И вот знаете, что мне пришлось сделать, когда наш клуб проиграл матч, а я, соответсвенно, спор? Тащиться к капитану нашей команды и просить у него совместную фотку и автограф. Такое условие поставили мне придурки-друзья.

А что сделал капитан клуба, когда мы сфоткались? Он… поцеловал меня.

Серьезно. Без всяких шуток. Быстро, но довольно крепко, взасос. Оказалось, он тоже проспорил своим товарищам по команде, и по условиям спора должен был поцеловать одну из фанаток. А тут я столь удачно подвернулась. Впрочем, наш чудо-поцелуй видела не вся команда, а лишь те парни, с которыми спорил Роман.

На том и разошлись. Я просто сбежала как можно скорее с территории стадиона. Друзьям потом показала фотку и автограф. О поцелуйном перфомансе знаем только я, Рома и его дружки, которые видели нас. Роман, кстати, судя по новостям в паблике нашего клуба, недавно женился. Подозреваю, что теперь поцелуи на спор с фанатками для него чреваты опасными последствиями.

Я все так же хожу на матчи, правда, больше не спорю на счёт в игре. А ещё я твёрдо для себя решила: в моей личной жизни – никаких футболистов.

Вообще никаких. Точка. Только кажется, я снова спорю. На этот раз – со своей судьбой.

Мне не жалко повторить ещё раз. Мои друзья – придурки. Эти Биба и Боба (или Лёлик и Болик, или Шерочка с Машерочкой – как угодно) притащили меня вместе с ними на стартовый матч весеннего отрезка игр. В марте при температуре плюс семь градусов. И вот мы на стадионе, продуваемом со всех сторон, я кутаюсь в огромных размеров шарф-плед, сижу на собственном рюкзаке, чтобы ничего лишнего не отморозить. Я бы вполне пережила, если бы пропустила эту игру. Но мои чудики так уговаривали, что я не смогла отказать.

Мы учимся вместе четвёртый год, а я до сих пор удивляюсь, как Боря и Миша ещё не поубивали друг друга. Один болеет за ЦСКА, другой – за московский «Спартак». Несколько раз в год они не разговаривают – когда их любимые клубы соперничают в московском дерби. Но все же этих мальчиков объединяет любовь к клубу нашего родного города и ещё – учеба. Наша общая профессия. Мы учимся на лечебном факультете медицинского университета. Свободного времени у нас в принципе очень мало, и эти два чуда проводят его по-спортивному – либо железяки в зале тягают, либо на футбол ходят. Я попала в эту спортивную секту, когда однажды, ещё на первом курсе, случайно ответила на вопрос Бори «как наши вчера сыграли?» быстрее всех парней в группе.

Так вот, дружим мы уже давно, и к счастью, романтикой дело не пахнет. Хотя мне самой когда-то казалось, что я в шаге от влюбленности в Борю. Тогда мы поговорили по душам и решили, что это «почти нормальное чувство», но если хотим дружить и общаться дальше, лучше не углубляться в такое.

Хорошо, что отпустило меня быстро, и теперь, на правах боевой подруги, я могла высказать своим дружкам все, что о них думаю по поводу офигенного матча на сквозняке и холодном сиденье.

– Анька, уже десять минут осталось, хватит беситься, - говорит Миша и трепет меня за плечи, надеясь расшевелить.