Чтение онлайн

– У какой Ольги?

– У Щекотилиной, помнишь, на свадьбе свидетельницей была.

– Помню, конечно. Это она и есть.

– Она её что, найти не может? – Ярослав впервые почувствовал легкий укол... нет не тревоги,… беспокойства и раздражения.

– Она прилетела из Турции два дня назад, с родителями отдыхала три недели. Вику, сам понимаешь, не видела. По возвращении дозвониться не смогла, ни ей, ни тебе. Ездила к вам домой даже – никто ей не открыл. Вот она и спрашивает, что случилось? Я, понятное дело, ей ничего не сказал. Да что я ей могу сказать? Обещал перезвонить.

– Где она может быть?

– Не знаю.

– Может в магазин ушла?

– Ольга говорит, что пыталась достучаться до Вики раз пятьдесят.

– Может, уехала куда, а телефон забыла.

– Это было бы здорово, учитывая её исчезновение.

– Да мне плевать, где она!

– Мне тоже. Сказать об этом её подружке? Пусть в полицию обращается?

– Причем здесь полиция?

– Если твоя жена пропала или ещё что похуже – догадайся, кто первый в списке подозреваемых?

– Заткнись!

– Слышу – догадался.

– Хорошо, я Вике сейчас позвоню.

– Очень мило. Набери потом.

Конечно, телефон был вне зоны. Почему он должен беспокоиться о ней? Она помрет и его за собой потянет. Он ведь дал ей время прийти в себя, и что она вытворяла? Ярослав спустился в машину. «Он просто поедет и посмотрит», – решил он. Может она таблеток наглоталась? Подкатив к дому, увидел Викину ауди. Вот черт! Значит, она никуда не уезжала. Поднялся. Дверь была закрыта только на защелку, точно так, как он оставил, уходя. Может она вскрыла себе вены, не покидая ванную? Если она не покончила с собой, он сам убьет её!

Чашка из-под чая стояла на столе, напоминая о Викиных пальцах на ободке и её затравленном взгляде. Липкое отвращение повисло в воздухе. Вики нигде не было. Ни в ванной, ни в кухне, ни в спальне, ни на балконе.

Он быстро выскочил в подъезд и взбежал по лестнице. В собственной квартире её тоже не оказалось. С облегчением вздохнул. Нет, она не покончила с собой.

Вернулся обратно, теперь уже внимательно, осмотрелся. Всё здесь было ровно в том состоянии, в каком он покинул две недели назад, после разговора. Прошел по комнатам. Вика даже не думала собирать вещи. Её обувь стояла в прихожей, зеленая кофта валялась на подлокотнике кресла. Его кольцо лежало на комоде. Разряженный телефон Вики – на кровати. Заглянул на полку в шкафу в прихожей, куда она бросала сумочку, приходя домой. Та оказалась на месте. Все документы оставались в ней: паспорт, права, кошелек, косметичка. Итак, его жены здесь давно не было. И куда, черт дери, она могла деться? Набрал Андрею.

– Её здесь нет, но она ничего не забирала, и здесь не была все это время.

– Круто. Она профи. Вождь краснокожих. А мы с тобой два идиота, которые его похитили. Какие идеи?

– Думаю, надо попросить помощи у Ольги. Не говори ей пока ничего точно, просто скажи, что мы с Викой поссорились. Я очень обидчивый. Звонил ей – она не отвечала, вот и не возвращался домой: уехал к брату. Пусть она позвонит друзьям, расспросит. Где она может быть?

– Отличная идея. Только ты с ней встретишься и все это споешь.

– Не наглей. Кто кому деньги платит?

– Не дави. Меня посадят вместе с тобой. Там деньги не помогут.

– Еще раз скажешь «посадят» – и ты уволен.

Ярослав был уверен, что с Викой ничего не могло произойти. Скорее всего, она зализывала раны где-то в укромном уголке, а может быть, готовила наступление.

Андрей встретился с Ольгой. Когда Ярослав слушал его рассказ, вспомнил предположение Вики, что его юрист понравится её подруге. Все произошло с точностью до наоборот. Ольга приглянулась Андрею. То, как Зуев говорил о ней, как менялось его лицо, разглаживались складки на лбу – все подтверждало желание прийтись по вкусу голубоглазой сирене. Конечно, Андрей не стал горы городить: выложил Ольге всё, что произошло, и почему.

День ей потребовался, чтобы обзвонить знакомых – никто Вику не видел. «Что могло случиться? – Зуев волновался чрезвычайно, нервируя тем самым его, Ярослава. – Утопилась? Начать обзванивать морги? Или память потеряла? Есть ведь люди, с которыми это происходит?»

С момента расставания его с Викой прошло две с половиной недели. Чего Ярослав ждал, он сам не понимал. Пора было обратиться в полицию. Ничего противозаконного он не делал. Тем более не убивал свою жену. Ему нечего было опасаться. Хотя состояние, конечно, было не из приятных. Это был не страх и не трепет, не растерянность. Козявка опостылела ему, и он мечтал избавиться от всякого упоминания о ней.

Во вторник они наконец-то обнаружили её. Позвонил Андрей. Оказывается, за Люберцами у Викиной бабки был дом. Как объяснил Андрей – развалюха – зайти страшно. Ольга помнила, что в детстве они там провели пару месяцев, недалеко находилось кладбище, где Викины родители были похоронены. Ольга предложила Андрею съездить. Вика и правда оказалась там.

Андрей рассказал, что они еле ей достучались. Ярослава это уже не интересовало. Камень свалился с души. Эта сучка словно была создана, чтобы приводить его в бешенство. Он беспокоился о ней, а у неё в руках оказался ещё один козырь. Еще один дом! И каким образом она утаила его? Странно, что его тоже не сдавала. Вот маленькая стерва! У неё, наверно, и банковских счетов имелось штук двадцать. Да она была просто мисс Сюрприз!

Прекрасно, пусть живет в этом фамильном замке. Он помчался в их квартиру и стал лихорадочно собирать её вещи, бросая всё подряд в чемодан. Позвонил Андрею: «Завтра, когда поедешь, отвезешь её шмотки. Я собрал. Возьми заявление на развод. Хочу, чтобы она подписала. И прописка, выпиши её из моей квартиры, – чеканил он указания, – больше я не хочу о ней слышать!»

Потом, раз в несколько дней, интересовался у Андрея, как продвигались дела с расторжением брака. Надо было ждать положенный месяц. Ярослав держался, стиснув зубы. Ко дню развода она была выписана.

В загс они должны были приехать оба, чтобы проблем не было. Она, как обычно, не опоздала, вошла бравируя. Хотя вид имела жуткий. То, что Вика похудела, бросалось в глаза. Она не снимала темных очков, но он видел даже через стекла, что она не смотрела на него. Облизывала нижнюю губу. Нервничала. Не поднимала головы. Молчала. Как же он ненавидел её! Ярость вскипала бурной пенной, когда он вспоминал, что она называла его отца дураком.

После развода он, наконец-то, смог без спешки заняться своими делами. Теперь не было причин задерживаться в стране. Он мог сосредоточиться на деньгах и бизнесе, мог вести дела из любой точки мира – непосредственно участвовать в самых нужных переговорах. Главное, дело с квартирой завершилось! Удивительно, что Вика не стала предъявлять имущественные претензии при разводе. Она упустила отличный шанс. Андрей не мог нарадоваться. Он шутил по этому поводу несколько недель кряду. Ярославу оставалось только гордиться.