Чтение онлайн

— Вот за это я тебя и люблю, дурака, — бросил ему лениво Чонки-лао.

И, обнявшись, мужчины не спеша отправились в ступер-бар.

Женщины наконец-то остались одни. Теперь они могли спокойно заняться своими делами. Их ждали стихи, минорные песнопения, волшебные танцы… Лирические залы предназначались только для женщин. Мужчины их не посещали. Впрочем, их туда и не пустили бы.

Сезулла вспомнила о том, как шестнадцатилетней девушкой она впервые пришла в лирический зал. Тогда она боялась туда идти. И боялась, и страстно желала. Одновременно. Чувства переполняли ее. Тогда она еще не знала, что каждая женщина получает здесь то, чего хочет. Желания ее были не только смутны, неосознанны, но и противоречивы. Это и помешало ей в тот раз получить истинно духовное наслаждение.

Сезулла не смогла слиться воедино с представлением, разыгравшимся в зале. Иллюзии, создаваемые интимным воображением Сезуллы Нэил, были аморфны, расплывчаты, нечетки, и она не сумела понять ясной, целостной картины своей собственной индивидуальности.

Одно ее утешало: личную картину Нэил никто не мог увидеть. У каждого была своя картина. Своя иллюзия. Свой мир.

Все они сейчас — и Сезулла Нэил, и Мецца Риналь, и Сая Нетт, и Наа Куппо — спешили в свои миры. К себе. В себя. Чтобы стать лучше. По крайней мере, они думали именно так.

— Я всегда волнуюсь, когда иду в лирический, — тараторила Мецца. — Там так хорошо! Это трудно сравнить с чем-либо. Просто невозможно. Знаете, у меня каждый раз — новые картины…

— А у меня почти одни и те же, — грустно произнесла кудрявая Наа Куппо.

— Это у кого как, — прошептала Сая Нетт. В глазах у нее светилось ожидание.

— Какие у тебя красивые ресницы, Сая, — вдруг сказала Сезулла.

— А глаза?

— И глаза тоже.

— Но ты у нас все-таки самая красивая, — сказала Сая то ли в шутку, то ли всерьез: теперь понять было трудно.

— Неужели будет такое время, когда мы сможем обходиться без мужчин? — снова вступила в разговор Мецца. У нее всегда было неважно с чувством такта. Впрочем, ее подруги к этому уже привыкли.

— Как? Совсем-совсем? — удивилась Наа.

— А ты не знаешь? — поддела ее Сая.

— Не знаю, — честно призналась Наа.

— Может быть, ты и в лирический редко ходишь? — ухмыльнулась Мецца.

— Вообще-то, в прошлом месяце я не ходила. Не получилось.

— А зря, — сказала Сая.

— Благодари Сезуллу, — хмыкнула Мецца. — Если б не она, то не знаю, когда бы мы сюда попали…

— Возможно, только в конце года, — откинула непокорную прядь со лба Сезулла. — Впрочем, благодарить нужно не меня. Скажем спасибо Око-лонгу.

— Вот-вот, — сказала Сая. — Зря ты его боготворишь. Это балует мужчин.

— А что? Он любит меня, — невзначай вырвалось у Сезуллы. Мецца посмотрела на нее с интересом, но ничего не сказала. Нэил чуть-чуть покраснела.

— Вот здорово! — восхитилась Наа. — Я не знаю, любит ли меня Солл…

— Зачем тебе знать? — бросила Мецца.

— По-моему, мужчины вообще не способны любить. Они даже не представляют, что это такое, — Сая как-то странно посмотрела на Сезуллу. Та ответила ей почти резко:

— Тебе никогда не везло. А знаешь почему?

Мецца, почувствовав назревающую ссору, поспешила вмешаться:

— Хватит вам! Разве можно праздно рассуждать о любви?

После этих слов Сезулла почувствовала бесполезность подобного разговора. Ей стало неловко за свою прямолинейную горячность, и еще потому, что она прямо или косвенно, но обсуждала свои отношения с мужем. Зачем? И с кем? С людьми, для которых она стала подругой только в силу общественного положения Око-лонга. С людьми, которые в душе наверняка завидовали ей, иногда позволяя себе не скрывать этого. Их разговоры о любви абсолютно ничего не стоят. Так, все лишь очередная забава. Они считают это игрой, только игрой. Да, этим людям позволено многое. Для Сезуллы такие вечера всегда были трудным испытанием. А тут еще и Око задерживался! Что ни говори, а в его присутствии излишне развязные отношения становились не столь навязчивыми и не выходили за рамки приличий.

Конечно, Сезулла сама виновата в том, что все так получилось. Сказывалось излишнее волнение. Еще до прихода гостей Нэил почему-то очень переживала за сегодняшний вечер. Она предчувствовала, что может произойти непредвиденное. Предчувствовала чисто по-женски. Интуитивно. И вот, пожалуйста! Вечер, в общем-то, только начался, а Сезулла Нэил уже чуть было не поссорилась с Саей. И из-за чего? Не скажи она о любви Око, о его чувствах к ней, — все было бы в порядке. Так что же ее дернуло?.. Скорее бы закончить эти разговоры и войти в зал. Вот чего желала теперь Сезулла больше всего.

Но Сая осталась заинтригованной. Ей не терпелось узнать, что Нэил имела ввиду. Поэтому Сая, чуть-чуть опередив остальных, неожиданно повернулась к ним лицом. Женщины остановились. Сезулла бросила растерянный взгляд на спутниц. Те вопросительно и с интересом смотрели на Саю.

— А что такое «везет» или «не везет»? — не прямо в лоб, а с философским оттенком начала Сая.

Нэил не знала, как ей расценивать такой вопрос. Либо как начало общей беседы, либо как вопрос лично к ней. Сая ждала. Сезулла даже не понимала, что она может на это ответить. Молчание затягивалось.

По-моему, каждому везет по-своему, — вмешалась было Мецца, но Сая по-прежнему смотрела лишь на Сезуллу, лукаво и с превосходством. Слова Меццы остались без внимания.

Сезулла начала понимать, что Сая хочет услышать ответ именно от нее. Но что же ей сказать? Сезулла машинальным движением поправила укрывающую ее плечи радужную шаль.

— Лично я никогда не думала над этим, — постаралась как можно спокойнее ответить Нэил. Она понимала, что на хозяйке дома лежит негласная ответственность за настроение гостей.