Чтение онлайн

– Послушай, если ты хочешь швырять камни, то не должен портить свое свидание из-за этого.

– О, черт, – Эйвери усмехается и опускает взгляд на свой салат.

Он смотрит мне в глаза, и я не отвожу взгляд. Он точная копия Питера, но с более резкими чертами.

– Ты думаешь, что я сужу тебя?

– Да.

– Нет, – говорит он, все еще глядя на меня, словно вовсе не имеет манер.

– Тогда зачем начал эту тему?

Питер наблюдает за нами, но не вмешивается. Он откидывается на спинку стула и сводит пальцы рук вместе, слегка сжимая их и глядя на своего брата.

– Потому что я подумал, что это интересно, – Шон устремляет взгляд на брата. – Она всегда такая враждебная?

– Только когда ее раздражают, – Питер улыбается и возвращается к ужину. После того как он откусывает кусок, в его глазах разгорается веселье.

– Это был глупый вопрос, – говорю я, все еще глядя на него. Возможно, я должна забить на это.

Шон выпрямляется на своем стуле.

– Отлично. Тогда поменяемся ролями, спроси меня о чем-то циничном.

– Циничном?

– Это означает нескромный…

– Я знаю, что это значит. Хорошо, у меня есть вопрос. Почему ты продолжаешь вызывать Эйвери? Почему просто не позовешь на свидание, как нормальный человек?

Шон отвечает довольно гордо, когда говорит:

– Потому что я не нормальный человек.

Мое лицо выражает то, что я думаю, а именно: что его ответ дерьмовый.

Эйвери наклоняется вперед, ставя локоть на стол, когда смотрит на него.

– Шон, ты сам попросил спросить тебя. Скажи, чего хочешь от нее,– они самая странная пара, какую я видела. Она такая светлая, а он окутан тьмой. Мне интересно: для обоих ли это значит нечто большее. Должно же быть хоть что-то общее между ними.

Шон откидывается на стуле и смотрит на меня.

– Ты мне не нравишься.

– Мне все равно, – черт, это было глупо. Кто, черт возьми, говорит такие вещи? Питер начинает волноваться, но я слегка качаю головой. Не нужно, чтобы он меня спасал, не от этого парня.

Шон издает недовольный звук. – Я попросил ее быть моей любовницей.

– Как лестно, – я смотрю на Эйвери и могу сказать на уровне подсознания – это совсем не лестно.

– А разве нет? – голос Шона звучит искренне, но он не может быть таким.

Я смотрю на Эйвери.

– Он не шутит?

Эйвери кивает.

– На сто процентов,– ее голос слегка надламывается, словно ее беспокоит, что он не просит о большем. Я замечаю это, и задаюсь вопросом: знает ли Шон? Он не видит этого, специально ведет себя как придурок.

– Ну что ж, удачи с этим, Шон, – я не хотела, но все-таки сгримасничала, когда посмотрела на Питера.

Шон не отступает.

– Ты думаешь, что это неуместно? Серьезно, после того как ты переспала с профессором и своим начальником, ты правда думаешь, что можешь судить меня?

– Шон, – предупреждает Эйвери и смотрит на Питера.

– Достаточно, – ворчит Питер. Это заставляет Шона замолчать, но я продолжаю сверлить взглядом дыру во лбу Шона. Он в ответ смотрит на меня.

– Ты думаешь, что все из-за денег его семьи? Думаешь, что я недостаточно хороша для него, что я из низких слоев, охотящихся за деньгами? Так? – я сжимаю челюсть. Я вижу это по его глазам, еще до того как он собирается ответить, поэтому прерываю его. – Мне не нужны его чертовы деньги. Я могу заработать собственные. У меня они всегда были и всегда будут. А ты умрешь одиноким и несчастным. Через пять секунд после нашего знакомства я поняла, что Эйвери заслуживает большего, чем ты мог бы ей дать. Ты гонишься за сном. Проснись,– я выплевываю последние слова ему в лицо, хлопая ладонями по столу, от чего трясутся на столе приборы.

Я смотрю на Питера.

– Прости, Питер. Не знаю, зачем мы вообще пришли сюда сегодня.

Питер выдыхает и смотрит на Шона. В его глазах предупреждение. Сначала я думаю, что Питер таким образом говорит Шону отвалить, но это не так.

Шон закатывает глаза, словно эта драма вызывает у него изжогу. Он стучит по столу рукояткой ножа, прежде чем поднять его и использовать как указку, наведя на брата.

– Потому что Питер хочет, чтобы я поехал с вами.

– Питер хочет, чтобы ты сделал что? – клянусь Богом, наверное, индейка съела мои мозги, пока я спала прошлой ночью, потому что не мог Шон сказать такое. Питер не говорил мне, чего хочет и почему ему нужен Шон, но мне не нравится это, потому что Шон ненавидит меня без всякой видимой на то причины. Тяжело столкнуться с тем, с чем мне придется. Я не хочу, чтобы Шон давил на меня.

Питер наклоняется вперед и берет меня за руку.

– Это всего на день или два. Тебе даже не придется с ним разговаривать,– Шон не двигается, но то, как он наблюдает за нами, говорит о многом. Он думает, что я плохой вариант для его младшего брата. Взгляд Шона возвращается к его тарелке. Его губы раскрываются, когда он разрезает свой стейк. Питер резко поворачивается и прерывает Шона, прежде чем тот заговорит. – Заткнись и ешь свой ужин.

Эйвери медленно ест, ковыряя свою еду. Она не знала об их плане, судя по выражению ее лица.

– Как долго тебя не будет? – это провокационный вопрос. Эйвери не просит о встрече, хотя это часть вопроса. Она спрашивает Шона о чем-то еще. Мне интересно, заметил ли он это.

Голос Шона смягчается, но он не смотрит на нее. – Всего пару дней.

Она кивает. – А что насчет сегодняшнего вечера? И завтра?

– Это твое решение, – отвечает Шон, словно ему плевать.

Эйвери аккуратно кладет салфетку на стол, после чего встает и улыбается нам с Питером.

– Было очень приятно с вами познакомиться,– она поворачивается к Шону и награждает его взглядом, способным кастрировать мужчину. Ее голос холодный и отстраненный. – Делай, что хочешь.

Эйвери уходит, но я не знаю почему. Такое чувство, будто у них был приватный разговор, даже если они сидели перед нами. Шон сказал неправильные слова. Он не последовал за ней, и Эйвери не замедлила шаг и не обернулась. Она знала, что Шон не последует за ней.

Неловкое молчание повисает над столом. Питер, опираясь на руку, с весельем наблюдает за своим братом. Шон поднимает свой взгляд и замечает веселье Питера.