Чтение онлайн

Милейший Александр Михайлович Шалганов мало того, что рублей мне сыпанул, так еще и помог оформить расплывчатую идею в четкий концепт.

А через сутки шаттл «Колумбия» – бабах!!!

Первый был позыв – аванс вернуть.

У меня дома книжки с автографами космонавтов хранятся. И в нежном возрасте я был по части всякой летучей техники весьма компетентен. Сейчас, конечно, уже не то. Но «источники» кое-какие есть. Экслюзив. Так что если я описываю неправдоподобную ситуацию, приключившуюся на орбитальной станции, или намекаю на какие-то тенденции, якобы имеющие место, – разумнее автору верить, просто верить. А самому мне чертовски неприятно, когда гибнут корабли. В отличие от многих и многих я точно знаю, почему нам НАДО летать и почему космонавтика ОБЯЗАНА быть пилотируемой. Это один из элементов выживания человечества как вида. Нас все время искусственно «приземляют». Пока такое положение вещей сохраняется, угроза масштабной войны остается реальной. А мы, уроды, заслужили жизнь.

…Шалганов звонит и говорит: ты как? Я: в опупении. Он: понимаю твое состояние, но писать-то надо, идея вроде неплохая. Я: вот отдышусь и напишу…

Я не стал приделывать к «Эпохе» какое-то посвящение или эпиграф – мол, памяти тех, кто торил нам дорогу к звездам… Не того калибра автор. Но какая-то неизъяснимая горечь в текст, конечно, просочилась.

Важный момент – про кувалду. Многие усмотрели тут отсылку к голливудскому фильму «Армагеддон». Уверяю вас, космонавт Лев Андропов не тот персонаж, который может произвести на меня столь глубокое впечатление. «Биг рашен хаммер» совсем из другой оперы. Так обозвали изумленные американские зоологи то, что лежало в багажнике «УАЗа», на котором русские зоологи собрались покатать их по окрестностям Подкаменной Тунгуски. Ни больше и ни меньше. И сначала, запихивая кувалду в текст, я не предполагал, что эта дура примется летать по рассказу туда-сюда, пытаясь кого попало стукнуть. Честное слово, она сама.

Еще я развлекся, стилизуя диалоги под перевод с английского. Почти всю болтовню пришлось сначала мысленно проговорить на инглише, перевести и так записать.

Рассказ «Эпоха великих соблазнов» (по объему это то, что на Западе называют «новеллет», он на грани между рассказом и повестью) впервые опубликован в журнале «Если», № 5, 2003.

– Нет, – сказал Большой Али. – Мы эту работу не возьмем. Скучно, долго, много возни. Мы любим, чтобы быстро, понял? Бац – и капуста. Будет такая работа, приходи.

– Неужели вам трудно ограбить дом? – спросил заказчик. – Просто войти, пошуровать внутри и уйти?

– Он не понял, – вздохнул Али и оглянулся по сторонам, будто в надежде, что кто-нибудь разъяснит заказчику ситуацию. Впрочем, это было чисто риторическое оглядывание. Парни из банды согласно кивали и бросали на заказчика хмурые взгляды, но рта никто не раскрыл.

Попробовали бы они.

– Слушай, ты, перец, – сказал Большой Али. – Есть такая вещь – профессия. Вот это, – он ткнул громадным черным пальцем в расстеленную на столе план-схему, – не наша профессия.

– Какого же черта я перед вами битый час распинался?! – вскипел перец, видимо, позабыв, с кем говорит.

– Мне было очень интересно, – смиренно признался Али. – Теперь я все знаю о системе безопасности смарта. И когда разбогатею, непременно куплю себе такой дом. Спасибо за рекламу, дядя.

– Тьфу! – Дядя принялся складывать план-схему. – Надо же, столько времени угробить…

– Засохни, плесень, – еще более смиренно, просто ласково, произнес Али, и плесень действительно засохла. – Спроси любого в даунтауне, и тебе скажут, что Большой Али никогда не мелочится. Ты потратил время, мужик? Я заплачу. Во-первых, ты уйдешь отсюда живым…

Все-таки этот заказчик был то ли полный идиот, то ли весьма не робкого десятка. Он, конечно, побледнел, и руки у него слегка задрожали, и со схемой возиться мужик перестал. Но он глядел Али в глаза, и видно было: ждал продолжения. Ждал «во-вторых».

– А во-вторых, ты пойдешь в русскую забегаловку на восемьдесят шестой и спросишь там Мэта Закариа. Возможно, он знает, чья это профессия – обчищать дома. И, может быть, подскажет, кого задействовать. Надеюсь, ты ничего не имеешь против русских, чувак?

– Нет, – сказал чувак, убирая схему в кейс.

– А то мне вдруг показалось, что ты расист, – скромно заметил Али. – И тебе противно будет иметь дело с нацией, которая только и способна, что лазать по чужим домам. Впрочем, цыгане умеют еще меньше – верно, братья?

Братья согласно закивали.

– Короче, вали отсюда, пока цел, белый парень.

Белый в темпе собрал манатки и свалил, не попрощавшись.

– Зачем ты послал его к русским, брат? – спросил Большого Али один из подручных – ну, из тех, кому разрешалось задавать вопросы. – И вообще… Можно было для вида согласиться, взять аванс – десять тысяч все-таки! – а потом отоварить придурка по тыкве – и дело с концом. В первый раз, что ли?

– Спорю на сотню, что этот тип – фед, – сказал Большой Али. – Вонючий белый провокатор. Я за две мили чую феда. И какого черта он предложил нам взять дом, который не берется? Так-то. А русские давно нарываются. Вот пусть они туда и лезут. Вам не кажется, братья, что русские задолбали?

Еще бы братьям не казалось.

– А ты правда думаешь, что смарт не берется? – поинтересовался другой из подручных – ну, тоже кому можно было.

– Ты же слышал и видел, – ответил Большой Али. – Там идеальная система безопасности. Умнее не придумаешь. И знаете, братья, сдается мне, этот белый ублюдок нам чего-то недосказал. В смарте может оказаться еще какая-то фишка. Последняя линия обороны. На случай, если ты все-таки просочишься в дом, а охрана не получит сигнала тревоги.

– Интересно, какая…

– Вот пусть русские ее и оценят, – заключил Большой Али.

Русских в даунтауне не любили давно и обоснованно. Во-первых, русские плевать на всех хотели и не признавали никаких правил.

Во-вторых, они на своих бензоколонках – ну, имелась у них небольшая сеть, чтобы отмывать грязные деньги, – разбавляли топливо водой. Это, по-вашему, нормально?

Они, было дело, самому шефу полиции набухали полный бак разведенного бензина. Не заметили, что ли, кому льют. Там долгая вышла история, не сейчас ее рассказывать.