Чтение онлайн

Горцы кайтаки, жившие по соседству с Ширваном, сбежались к судну, потерпевшему кораблекрушение у их берегов. Они захватили людей и отняли у них все, чего не успели отобрать татары.

и

Афанасий Никитин приплыл в Дербент с Асан-беком. Афанасий уцелел, но меха, которые он вез на продажу, остались на тверском судне, ограбленном татарами. Его тревожило не только собственное горе, но и беда, случившаяся с товарищами.

Он настойчиво просил Асан-бека выручить спутников, которых захватили кайтаки. Асан-бек ответил, что помочь может только шах Ширвана.

Из Дербента поскакал гонец к шаху Феррух-Иессару, жившему вблизи Шемахи. Афанасий Никитин тем временем стал присматриваться к городу, в котором очутился.

По-персидски дверь называется «дер», а преграда—«бенд».

У города Дербента,

Со старинной голландской гравюры.

Город не напрасно получил название, составленное из этих двух слов. Почти неприступные горные хребты близко подходят в этом месте к побережью Каспийского моря. Остается свободной только узкая долина. У входа в нее был построен город Дербент.

Он являлся как бы единственной дверью, которая вела через горную преграду. Через Дербент вдоль берега Каспийского моря шел путь в Персию, Аравию и далекую Индию. А люди еще увеличили препятствие, которое поставила природа. Они построили толстую каменную стену с чугунными воротами, которая простиралась от гор до самого моря, чтобы нельзя было обойти город.

Небольшое Ширванское государство, в котором было всего три заметных города — Дербент, Шемаха и Баку, — извлекало немалую выгоду от того, что через его земли шла торговля с восточными странами.

Небольшие домики Дербента были окружены фруктовыми садами. Жители ловили осетров и белуг в Каспийском море и разводили виноградники. Они были довольно зажиточны и гостеприимны.

Достаточно было гостю похвалить какую-нибудь вещь в доме, чтобы хозяин предложил ее в подарок. Но обычай требовал, чтобы гость отдаривал хозяина подарком такой же ценности. И Афанасий Никитин, лишившийся своих товаров, должен был воздерживаться от этих похвал.

Шах Феррух-Иессар с досадой узнал, что кайтаки захватили русских купцов, плывших в Ширван. Он немедленно написал кайтакскому князю Алиль-беку:

«Судно мое разбилось под Тархи, а твои люди схватили людей этого судна и товар их ограбили. И ты ради меня людей с судна пришли ко мне и товар их собери, потому что люди эти посланы на мое имя. А что тебе будет нужно от меня, за тем ты ко мне пришли».

Алиль-бек не решился рассердить своего сильного соседа. Кайтаки отпустили путников п вернули их пожитки. Но это были лишь жалкие остатки тех товаров, которые отняли астраханские татары.

Ограбленные русские люди прибрели в Дербент. Многие из них потеряли не только собственное добро, но и товары, взятые в долг. Некоторые не смогли бы отдать долг, даже продав оставшиеся дома пожитки. А по закону, такие должники теряли свободу и попадали в холопы к. заимодавцам.

Товары Афанасия Никитина тоже были взяты в долг. Он не решился возвращаться домой с пустымп руками.

«Мы, заплакав, разошлись кои куды: у кого что есть на Руси, тот пошел на Русь, а кой должен, тот пошел, куда его ноги понесли. Иные остались в Шемахе, а иные пошли работать к Баке», рассказывал потом Афанасий Никитин.

Он направился в Баку. В то время это был небольшой городок. Окрестности Баку были бедны растительностью я выглядели уныло. Но эта голая земля таила в себе богатство: нефть.

Жители Баку и пришлые люди рыли колодцы и ведрами черпали нефть. Ее употребляли как лекарство от ревматизма и чесотки. А во время войны она превращалась в грозное оружие. Перед горящей нефтью не могли устоять деревянные стены крепостей. Во время штурма направляли из особых орудий огненную струю на деревянные укрепления и дома. Вспыхнувший пожар нередко решал судьбу города.

За нефтью приезжали издалека. Нефть наливали в большие кожаные мешки. Неторопливо шагая, верблюды развозили их в разные стороны. А по Каспийскому морю к Баку часто приходили персидские корабли.

Тверская люнета великого князя Михаила Борисовича (1461—1485).

Афанасий Никитин недолго прожил в Баку. Он упорно думал о том, как вернуться на родину.

Для этого надо было достать деньги на уплату долгов и на обратный путь. В Баку нужны были рабочие, чтобы черпать нефть из колодцев.

Но они зарабатывали мало, а труд был очень тяжел.

Афанасий Никитин был человек очень предприимчивый. Он придумал выход. Переходя перед Астраханью на судно Аеан-бека, Афанасий Никитин не мог перенести туда свой товар, но, повидимому, взял с собой деньги и, может быть, несколько особенно ценных собольих шкурок. Этим нельзя было расплатиться с заимодавцами. Но если бы удалось купить на эти средства такой товар, который очень дорого ценится на Руси, то можно было бы вернуться на родину.

Афанасий Никитин разузнал, чем торгуют в Ширване, и убедился, что здесь нет собственных товаров, которые можно было бы продать на Руси с большой прибылью.

Правда, в Шемахе, вырабатывались шелковые ткани, но они были довольно плохи. А на Руси дорого ценились добротные шелка из персидского города Иезда. И еще дороже ценились жемчуга.

Великий князь Иван III, расчетливо накапливавший богатства в московской казне, старался покупать «гурмызски^ верна». Так называли в Москве жемчуга, привозившиеся из далекого города Ормуза, который стоял у Персидского залива Индийского океана.

Расспрашивая купцов, проезжавших через Ширван, Афанасий Никитин мог узнать, что в Ормузе не только жемчуга, но и драгоценные..камни стоят во много раз дешевле, чем в Твери или в Москвет Ои задумал поехать в Персидскую землю — в йезд, а если удастся, направиться через' Персию дальше на юг —

Ни один русский человек еще не совершал такого путешествия. Но ото не смутило Афанасия Никитина. Он был смел, и его тянуло увидеть далекие, неведомые страны.

Афанасий Никитин переплыл Каспийское море на судне, возвращавшемся из Баку в Персию, и остановился в персидском городке. Он прожил здесь полгода и научился за это время объясняться по-персидски.