Чтение онлайн

Он не произносил вслух свои мысли, так же, как не собирался рассказывать кому-то о том, что на самом деле произошло с Гэдульдихтом и Налимом.

– Так куда Налим-то подевался? – как назло поинтересовался сидевший напротив него Стамбул, которого в третьем туре, согласно жеребьевке, должен был опекать именно этот егерь.

– Да не знаю я, – отмахнулся Тапир. – Водки кто-нибудь нальет или нет?!

Он обвел злым взглядом сидевших за столом рыболовов и егерей. Все смотрели на него молча и не то чтобы подозрительно, но как-то настороженно, что ли.

– Ты лучше сам себе налей, – наконец-то кивнула на бутылку присоседившаяся к компании Нинель. – А то потом скажут, что мы спаиваем молодого спортсмена.

Тапир на это никак не отреагировал, просто сидел, тупо уставившись на пустой стакан. Все, как завороженные, некоторое время смотрели на стакан вместе с ним до тех пор, пока с места не вскочила Трида:

– Да вы что, мужики, обессилили что ли?!

– Спокуха! – Павел тоже поднялся с места и взялся за бутылку. – Пить – так пить.

Стаканчик Тапира он наполнил в первую очередь. Затем налил Триде, Осоке, Нинель, Прохору и Мельнику, после чего – Стамбулу, Волгарю, Сфагнуму, очухавшемуся после вчерашнего черепашьего укуса, Магзу, сидевшему с перебинтованными руками и с повязкой на глазах, и в последнюю очередь – себе. После чего провозгласил:

– Слово для тоста предоставляется лучшему егерю всех времен и народов – Триде!

Трида немного растерялась, но, осознав, что Павел не шутит, подняла свой стаканчик.

– Мужики. Я не знаю, кто из нас более долбанутый. Вы – спортсмены, которые все жилы себе рвете ради поимки рыбы, или мы – егеря, которые о вас еще и заботимся, охраняем, блин, и тому подобное. Я просто знаю, что каждый из вас, ну очень крут. Ну, просто очень и очень. И как человек, и как рыболов, и как спортсмен. Вы вон на Сфагнума посмотрите – черт его знает, какой яд в него черепаха запустила, но ведь поднялся и завтра снова в бой. А Магз – даже ослепший, надеюсь, ослепший временно, все равно завтра собирается на воду выйти! Лично я от всего этого офигеваю. Поэтому – за вас, мужики!

– А вот лично я считаю, что эти соревнования – прекрасный повод раз и навсегда разобраться с этими гребаными урочищами, – прошипел Монокль, едва ли не уткнувшись носом в нос главному врачу соревнований Борису Яковлевичу Яншевскому.

– И ты уверен, что обойдется без жертв? – с грустинкой в голосе поинтересовался Борис Яковлевич.

– Как же – без жертв! Без них никак не получится. Зато у нашего егерского братства есть реальная возможность покончить со всей мутировавшей живностью.

– Ну, да, покончишь с ней, как же, – профессор подул на пальцы хозяина трактира «Бодрые поползновения», вцепившиеся ему в лацканы пиджака, и тот сначала ослабил хватку, затем опустил руки.

– Но согласись, с этим надо что-то делать! Ведь это до поры до времени живность из заповедника носа к нам не сует. До поры до времени! Они ведь размножаются! И звери и рыбы размножатся. Рыбы – черт с ними, они дальше плотины не проникнут, а вот звери – те же кабаны мутировавшие не сегодня, так завтра границу снесут к чертям собачьим. Неужели ты этого не понимаешь.

– Ты мне честно скажи, Леонидыч, – серьезно посмотрел на него Борис Яковлевич. – Неужели все так действительно серьезно? Так опасно?

– Ха, опасно! Отчего журналюга столичный подох? И куда он из морга подевался? Этот отупел, тот ослеп… А куда подевались Гэдульдихт с Налимом? А вспомни про других! Куда наша Люсьен подевалась, где Серега Храпуньков, где Димка Бушнин, Гуменяк, Гараж?! Я догадываюсь – где. В кабаньих урочищах, которые им могилой стали.

– Так поэтому я и намерен запретить соревнования! – воскликнул Борис Яковлевич.

– Дурак! Не запрещать надо, а до логического конца довести. Чтобы всем все стало понятно, что такое заповедник, и что необходимо с ним сделать.

– Другими словами, – усмехнулся профессор, – как уничтожить Кабаньи урочища? Но ведь твой трактир как раз на границе заповедника стоит, на этом, как мне кажется, весь твой бизнес держится. Или я не прав?

– Прав, – не стал спорить Монокль. – Но ты, докторишка…

– Я – профессор! – встрепенулся Борис Яковлевич.

– Ты, профессорище задержи-ка внимание на моем пирсинге, – он поднес указательный палец к блесне, украшающей прикрытое веко. – Думаешь, мне нравится такой прикид? Да я из-за этой хрени только на спине спать могу, чтобы не дай бог, когда ворочаться стану, хуже себе не сделаю. И поделать с этим пирсингом вы, докторишки ничего не можете! Один профессор сказал, мол, если попытаться удалить, я вообще зрения лишусь, причем, на оба глаза!!! А кто виноват? Кабанье урочище виновато, звери и рыбы мутировавшие, одна из которых мою же блесну мне же в морду выплюнула!

– Не кипятись, Леонидыч, – попросил Борис Яковлевич. – Ты к своему пирсингу привык. Если без обиды, так даже прикольно, посетителям нравится…

– Да пошел ты, профессор, в жоппу! – Вновь схватил его за грудки Монокль. – Даже не заикайся про отмену соревнований, понял! Пусть все идет, как идет, а если что случится, бодрые поползновения на подхвате будут. Понял?

– Да понял, понял, – сказал Борис Яковлевич и еще раз подул на пальцы хозяина трактира.

– Итак, согласно протоколу, объявляю результаты второго тура, – перекрыл шум за столом громкоголосый главный судья соревнований Станислав Пашкевич.

Сфагнуму, который не вышел сегодня на старт из-за, так сказать, физического недомогания, присуждается последнее место плюс один, то есть – седьмое. Тапиру, который пришел на финиш с нулем – пятое место. На четвертом месте – Максим Максименко, он же Магз, который к большому нашему сожалению, из-за того, что ловил без очков, потерял зрение, надеемся, что временно. Но который даже в таком, так сказать, состоянии завтра готов продолжить соревнования, благо это будет лодочный тур.

Не знаю, как это у него получится, но я вот, например, видел однорукого спиннингиста, который очень ловко управлялся со снастью и ловил на уровне всех остальных, а кого-то даже и облавливал. Я, кстати, своими собственными глазами однажды наблюдал соревнования рыболовов-инвалидов, причем зимой! Они выехали на лед на инвалидных колясках, самостоятельно сверлили лунки, и ведь ловили рыбу, неплохо ловили! Хотя в нашем случае слепой рыболов это как-то… Ну, ладно, надеюсь госпожа Осока, которая завтра будет опекать господина Магза, в крайнем, так сказать, случае проконтролирует ситуацию.

Итак, сегодняшние призеры: третий – Павел Балашов, он же Змей, второй – Дмитрий Бокарев, он же Волгарь, первый – Владимир Турецкий, он же Стамбул. Спортсмены честно играли в свою игру, и заняли места, которые заслужили своим, так сказать, мастерством.

Раздались аплодисменты, и Пашкевич их поддержал, а когда хлопки стихли, продолжил:

– Третий тур пройдет на Лебяжьем озере, все водное пространство которого открыто для рыбалки. В каждой лодке, согласно жребию, находятся спортсмен и опекающий его егерь. Но! Все вы знаете, что по невыясненным пока обстоятельствам два наших егеря куда-то, так сказать, затерялись.