Чтение онлайн

Мне хочется, чтобы кто-нибудь погладил меня по голове и сказал: «Да всё в порядке! Чего ты расстраиваешься из-за ерунды? Ну, подумаешь, неудачная лекция! Забудь! И свет клином на университете не сошелся – в Питере полным-полно другой работы».

Но Андрей далеко – в Москве. У него там – проект, над которым он работает уже несколько лет, и который должен завершить до отъезда в Америку. Можно, конечно, ему позвонить, но я обижена на всех на свете – в том числе и на него – уехал, бросил в трудную минуту.

Нет, зря я всё-таки не купила вина – сейчас бы напилась в стельку и плевать мне было бы и на лекцию, и на студентов, и на университет.

Первый телефонный звонок раздается в половине восьмого.

– Алиса, привет! – голос Андрея бодрый до тошноты. – Как прошла лекция?

Я снова не могу удержаться от слёз. Рассказываю и плачу. Рассказываю сбивчиво, перескакиваю с одного на другое. Но он, кажется, понимает.

– Алисочка, не стоит волноваться! Да, день получился неудачным. Но ничего страшного не произошло. К тому же, этого следовало ожидать. Разве я не говорил, что тебе нельзя работать в университете? Чтобы общаться со студентами нужно иметь железный характер и, извини, быть немножечко стервой. Как видишь, я оказался прав.

Андрей относится к той удивительной категории людей, которые всегда и во всём оказываются правы – касается ли дело вложения средств в дорогую недвижимость или покупки дешевого стирального порошка.

– Ну, не плачь, дорогая!

А я реву – не могу остановиться.

– Не пойду больше в университет! – я сжимаю кулачки и топаю ногой. – Передам заявление в отдел кадров через Вадима и его же попрошу забрать мои документы. Правильно?

– Конечно, – одобряет он. – Я вообще считаю, что ты можешь пока посидеть без работы. Мы должны уехать в Нью-Йорк в апреле. А до этого необходимо официально оформить наши отношения – будет лучше, если мы поедем в Америку не как жених и невеста, а как муж и жена. А пока всерьез займись диссертацией. И походи на курсы английского языка.

– Я и так знаю английский гораздо лучше, чем ты, – напоминаю я, всё еще всхлипывая.

– Да, – соглашается он, – но совершенству нет предела. А сейчас выпей чего-нибудь успокоительного – валерьянки или пустырника, – и постарайся хоть немного поспать. А об университете не думай – он того не стоит. Надеюсь, теперь-то ты понимаешь, что эта работа – не для тебя?

Я шмыгаю носом и говорю: «Да». Довольный Андрей мурлычет: «Спокойной ночи, дорогая».

Не успеваю я положить трубку, как телефон снова звонит. На экране высвечивается Сашкино имя, и я засовываю телефон под подушку. Я не могу с ним сейчас говорить. Я слишком расстроена. Я не хочу снова услышать про свою слабохарактерность. И рассказывать об этой кошмарной лекции тоже не хочу.

Через пять минут – еще звонок. Телефон по-прежнему лежит под подушкой, и я пытаюсь убедить себя, что мне совсем неинтересно, кто звонит. Я ем мороженое. Когда звучание мелодии прекращается, я всё-таки беру телефон в руки. Уже не Сашка и не Андрей. Кирсанов! Этого мне только не хватало! Нет, я поговорю с ним завтра – на свежую голову. И оправдываться перед ним не стану. Просто скажу, что поняла – это не мое призвание. И буду стоять на своем.

Я решаю последовать совету Андрея, выпиваю воду с валерьянкой и выключаю телевизор. Чтобы не отвлекаться на звонки, отключаю звук телефона. Вот так!

Целых полчаса я лежу в кровати, как послушная девочка. Но сна как не было, так и нет. А в холодильнике еще осталось немного мороженого.

Я встаю и плетусь на кухню. Уже темно, но свет я не включаю. Снова вооружившись лотком и чайной ложкой, возвращаюсь в комнату. Рука сама тянется к телефону.

Так и есть – семь пропущенных вызовов – дважды звонил Кирсанов и пять раз – Сашка. Желания перезвонить им у меня нет. Может, вообще отключить телефон? Так я и делаю.

Минут двадцать сижу в полной тишине. И из-за этой тишины звонок в дверь звучит оглушительно громко. Я вздрагиваю, но с места не двигаюсь.

Кто это может быть? Ходить по гостям в такое время не принято. Может, соседке что-то понадобилось? Ничего, подождет до утра.

Но кто-то настойчиво снова и снова нажимает на кнопку звонка. Ну, ничего – я тоже могу быть упрямой.

Раньше я не замечала, какой резкий и даже неприятный звук у звонка на моих дверях. И неужели кому-то хочется слушать его такое немыслимое количество раз?

– Алиса, открой дверь! Я знаю, что ты дома!

Сашка! Не дозвонился по телефону и приехал сам. Зачем? Я машинально приглаживаю руками растрепавшиеся волосы, но с кресла не встаю. Не хватало еще, чтобы он увидел меня в таком состоянии. Покрасневшие глаза, разводы от туши на щеках, домашний халат. Конечно, он знает меня слишком давно, чтобы придти от этого в ужас, но испытывать его нервную систему я не хочу.

И он не может знать, что я дома – я сижу без света. Может, я у подруги ночую. Или у тетки. А что? Я делаю так время от времени.

– Алиса, перестань дурить! Я устал на работе и хочу есть. А если ты не откроешь, мне придется сесть на коврик у твоей двери и просидеть тут до утра.

Как же, станет он сидеть на коврике!

– Алиса, ну ты же еще не спишь! Я только взгляну на тебя, убедюсь, что всё в порядке, и поеду домой с чувством выполненного долга. Кстати, а как правильно – убедюсь или убежусь? Или как-то еще?

Я слышу каждое слово, но к дверям не спешу. И тогда Сашка выдает самый убедительный аргумент.

– Алиска, да знаю я всё! Я разговаривал с Андреем.

Я вскакиваю с кресла, несусь в прихожую и распахиваю дверь.

– Ты что? Ты разговаривал с Андреем? Да как вы смели обсуждать что-то за моей спиной?

Кажется, я кричу довольно громко, и Сашка прикладывает ладонь к моим губам и переступает через порог.

– А что еще мне оставалось делать? Ты не отвечала на звонки, и я испугался, не случилось ли чего.

Мои глаза наполняются слезами. Андрей не должен был ничего никому рассказывать!

– Не хнычь! – строго говорит Сашка и, бесцеремонно отодвинув меня от дверей, проходит в гостиную.

Щелкает выключатель, и комнату заливает яркий свет.

– Ого, мороженое! – радуется Сашка. – Хотя не мешало бы съесть что-нибудь посущественнее. Сообрази, а?

На него невозможно обижаться. Долговязый, нескладный, немного смешной – мой самый хороший друг.

– Хорошо, – киваю я, – я приготовлю ужин. Но только о работе ни слова! Понятно?