Как брат

Девочка, лет пяти, по имени Дарина, сосредоточено строила пирамиду из песка во дворе новых новостроек в песочнице уютной детской площадки. В её воображении это, конечно же, был замок, большой и красивый, с множеством огромных спален и комнат. Маленькие ручки не имели опыта в точном строении каждой башенки, но на то она и фантазия, чтобы представлять, как оно должно быть.

Дарина была новенькой в этом дворе и никого из своих ровесников ещё не знала, но её это нисколько не расстраивало, ведь, если захочется поговорить или показать готовый замок – есть мама и папа, сидящие недалеко на лавочке, и потому девочка, попеременно сдувая с глаз локон волнистых волос и закусив нижнюю губу, старательно работала желтенькой лопаточкой, хлопая ею по песку, чтобы в скором времени обозреть родителям своё творение.

А переехать в новый дом ей пришлось из-за увеличивавшегося живота мамы, где спал братик. И папа решил, что в старой квартире им в скором времени будет тесно.

Неожиданно солнце загородила чья тонкая фигурка, а в следующий миг к Дарине протянулась ладонь и вырвала лопатку из её рук.

– Я поиграю, – твёрдо кивнул мальчик лет шести и ушёл в другой угол песочницы.

– Но я же строю замок! – слабо возмутилась Дарина ему в спину.

Она распрямилась и подошла к мальчику:

– Отдай, пожалуйста, мою лопатку.

– Отстань, – бросил тот, даже не повернувшись в её сторону.

– Я дострою замок и дам тебе её поиграть, – предприняла она попытку с ним подружиться.

– Я же сказал: отстань! – воскликнул мальчик и, поднявшись, толкнул её руками в грудь, от чего девочка упала на песок, успев опереться в него руками за спиной.

Тем временем с лавочки резко поднялся мужчина, пылая негодованием от того, что кто-то посмел обидеть его дочь, но его остановила ладонь жены, обхватившая его предплечье.

– Подожди, Дим, – шепнула Дарья своему мужу, указывая подбородком на мальчика лет семи, спешащего к песочнице.

Дима замер от нахлынувшего дежавю, наблюдая за действом, словно сам бежал на помощь девочке, незаслуженно опрокинутой в лужу.

А Дарина, сдерживая слёзы горечи, уже хотела было подняться, чтобы дать сдачи мальчику, который не уважает чужое пространство – потому что именно так учил её папа – увидела, как другой мальчик, взрослее её, схватил разбойника за руку, в которой была лопатка, отобрал игрушку и завернул руку тому за спину, под его стон боли спокойно сказав:

– Извинись сейчас же. Девочек обижать нельзя. И чужое брать без спроса – тоже.

– Прости-прости-прости, – залепетал разбойник, с выступившими слезами на глазах смотря на Дарину.

– Прощаю, – улыбнулась девочка и посмотрела на своего заступника: – Спасибо. Можешь отпустить его.

Мальчик усмехнулся и, отпустив наглеца, протянул руку Дарине:

– Меня зовут Денис. Рад познакомиться.

– Меня Дарина, и я тоже рада.

– У тебя очень красивые глаза, – сказал он, не выпуская её руки.

– Спасибо. Они у меня от мамы.

Дарина

О, какая я сейчас смелая и раскрепощённая… В крови бушует алкоголь, по ушам бьёт бас колонок, и музыка, словно кукловод двигает моё тело под свой безумный и жаркий пляс аккордов.

Воздух накаляется с каждой секундой всё сильней, пряди волос липнут к влажным вискам и лбу, но, – боже! – как мне хорошо…

И я знаю, что Костя наблюдает за мной. Чувствую его жадный взгляд на своей заднице.

Да, мой хороший, я стараюсь для тебя. Видишь, какой пластичной и гибкой я могу быть…

Я закрываю глаза, когда мелодия снижает темп, и мои бёдра сами ловят тягучий такт, позволяя мне быть ещё более соблазнительной.

Как результат – теплые пальцы скользят по обнажённой полоске моей кожи между резинкой джинсов и топом, мужская грудь касается моей спины, а тёплое дыхание опаляет моё ухо:

– Ты классная… Пойдём на кухню, поболтаем.

Широкие ладони ложатся на мои бёдра, теснее прижимая меня к своему телу, и Костя тягуче двигается вместе со мной, я улыбаюсь и киваю:

– Может быть, когда закончится песня…

Пусть он мне ужасно нравится после того, как мы случайно встретились глазами в столовой института и красноречиво переглядывались на совместных лекциях да иногда перекидывались парой фраз на переменах с того раза, ему об этом знать ещё рановато. Ведь, девочек положено добиваться, как-никак.

– Я возьму тебе выпить и буду ждать, – проникновенно шепчет он мне на ухо и уходит.

Я удовлетворённо улыбаюсь, продолжая свой танец, хотя, всё моё нутро зудит желанием немедленно сорваться вслед за парнем. Но я держусь. Мама учила меня тому, что каждая девочка должна знать себе цену и даже если парень ей очень нравится, казаться легкодоступной не самое мудрое для неё решение.

К концу песни я себя ощущаю песочными часами, где верхняя половинка – последние песчинки мелодии, а нижняя -накапливающееся волнение.

Ну а что? Пора бы уже и на свидание меня пригласить, а то сколько можно просто отвешивать комплементы, спеша на пару в соседнюю аудиторию?

Разворачиваюсь в сторону кухни, как спринтерша, для которой, наконец, грохнул стартовый выстрел и в ту же секунду попадаю в объятия Дэна. И пусть он выше меня на голову, и я не вижу его лица, впечатавшись в широкую и твёрдую грудь, своего лучшего друга я узнаю по запаху. Сочетание морского бриза, ноток кедра и миндаля. Каюсь, я иногда тырю его гель для душа, но исключительно в те моменты, когда забываю, что мой закончился.

– Ты куда так ломанулась, Рин? – смеётся Денис, обхватывая своими пальцами мои плечи.

– Ди-и-инь, – восторженно тяну я, переступая с ноги на ногу. – Там на кухне меня ждёт Костя, чтобы выпить со мной!

– Костя? – хмурится он, словно специально игнорируя моё нетерпение. – Волков Костя? Волейболист?

– Да-да. Пусти, пожалуйста? – строю я мордашку кота из Шрэка.

– Не знал, что он тебе нравится… – удивлённо взлетает левая бровь, прямой признак того, что её хозяину эта информация не по душе.