Чтение онлайн

Спустя час он трясся в неказистом автобусе по грунтовым дорогам, по маршруту между городками Сен-Дени и Коломб. Этот Коломб был знаменит тем, что возле него построили олимпийский стадион Парижа, на котором проводились игры 1924 года. Костин не без основания надеялся, что нынешняя олимпийская команда Франции (кандидаты на Берлинскую олимпиаду 1936 г) тренируется именно там. Автобус подвез его практически ко входу на стадион (высокий, объемный) и Сергей направил свои стопы к нему. Как ни странно, на входе не было никакого охранника (русскоподобное французское рас…дяйство) и он вышел на арену. Жизнь на ней не сказать, чтобы кипела, но в каждом секторе копошилось по нескольку человечков, а по беговой дорожке эпизодически стартовали группки спортсменов или спортсменок. Когда Сергей полностью разобрался кто есть кто, он дошел неспеша в сектор для прыжков в высоту и стал наблюдать за совместной тренировкой прыгунов и прыгуний. Они же пока вовсе не прыгали, а ходили «гусиным шагом», приседали с выпрыгиванием вверх, а потом отжимались от скамеек. Командовал ими среднего роста мужчина лет сорока, не обращавший до поры внимания на пришельца. И вдруг резко повернувшись к нему, спросил:

— Ты кто такой?

— Я хотел бы тренироваться и прыгать с вами, — сказал Костин отрепетированную фразу.

— Вот как! — раздраженно воскликнул тренер. — Не много, ни мало захотел сразу попасть в олимпийскую сборную! А ты прыгал хоть раз через планку-то?

— Много раз, — спокойно ответил Сергей. — 180 беру всегда, а 190 — через раз.

При этих словах все члены команды дружно подняли к нему взгляды, а тренер резко повернулся, потянул с собой одного парня, и они вдвоем установили планку — на 185, как понял Костин.

— Ну, прыгай! — махнул рукой тренер. — У тебя ножницы или перекат?

— Прыгну ножницами. Перекат не люблю. Где можно переодеться?

— Парни, встаньте в ряд, пусть этот мажор снимет за вами свои тряпочки — буркнул тренер.

Когда Сергей вышел из-за укрытия в стильной белой форме, по группке девушек прошел легкий ропот, а парни как один нахмурились. А он стал разминаться, основное внимание уделяя растяжкам, а потом резким, дробным толчкам ног. Потом осмотрел толчковую площадку, поморщился (не идеально ровная) и стал размечать разбег — по наиболее длинному, косому радиусу. После чего встал на позицию, внимательно прицелился глазом к планке, детально представил, как будет ее переходить своей пятой точкой и, качнувшись пару раз туда-сюда, стремительно помчал вперед, памятуя завет Валерия Брумеля «Скорость, максимальная скорость!». В выверенной точке резко толкнулся левой ногой, взмыл вверх и уже понял, что перейдет планку благополучно. Спружинив ногами, упал на песок и призадумался: а как же я фосбери-флоп буду им демонстрировать?

Меж тем вся команда стала ему аплодировать и с ней уже не такой хмурый тренер. Оказалось, что на 185 см никто из нынешних французских спортсменов не прыгает. Поэтому хотя формально команда прыгунов существует, но в последний момент ее могут не взять на Олимпиаду из-за отсутствия малейших шансов на медаль. А вот если новичок действительно прыгнет на 190 см, а может и больше, шансы такие появятся.

— Ножницами больше 195 см не прыгну, — хмуровато сказал Сергей. — Но я осваиваю уже перекидной способ, при котором к планке можно прижаться и сантиметров 5-10 выиграть. А значит поспорить с постоянными победителями — американцами.

— Решено! — воскликнул тренер. — Я сегодня же переговорю с нашими спортивными руководителями и оформлю тебя в команду.

— Тут есть одна загвоздка, — потупя взгляд, промолвил Костин. — Мне лучше рассказать Вам о ней наедине.

— Что за секреты, — проворчал тренер, но отошел с перспективным парнем в сторону.

— Я не имею французского гражданства, — сказал Костин.

— Как так? Ты что, не француз?

— Я русский, беглец из Советской России, — еще более потупился Сергей.

— То-то я слышу у тебя какой-то акцент, — вновь раздражился тренер и призадумался. Потом резко поднял голову и спросил:

— Значит, никакого удостоверения личности у тебя нет?

— Нет, — мотнул головой Сергей. — Если бы на границе меня с ним поймали, то вся семья оказалась бы в лагере. Но мне повезло: я даже деньги кое-какие провез и смог здесь приодеться.

— Где же ты так приоделся? — прищурился тренер. — Я такой странной, но качественной одежды никогда не видел: обувь и одежда спортивная, очень тонкий свитер, брюки из вискозы?

— Возможно, я не спрашивал.

— Ладно, речь не о том, а о твоем гражданстве. Вообще, у нас с ним в республике строго: нужно прожить здесь не менее 5 лет, подтвердить финансовую состоятельность и т. д. Но в случаях с перспективными спортсменами все по-другому: достаточно ходатайства президента и этому спортсмену паспорт выдают без проволочек. Ну, а перед президентом слова должны сказать шефы нашего спорта.

— Здесь сейчас есть кто-нибудь из этих шефов? — спросил Костин.

— Кажется, я видел сегодня Армана Массара, президента Олимпийского комитета. Он был известным шпажистом и буквально тянет за уши наших фехтовальщиков.

— Тогда позвольте мне прыгнуть у него на глазах, — предложил Сергей. — Постараюсь взять больше 190.

— Ну, иди готовься. А я пойду в фехтовальный зал.

Через полчаса Сергей был основательно разогрет и даже совершил пару прыжков перекидным на уровне 195 см, но чувствовал, что запас у него еще есть. Светить «фосбери» он совершенно не хотел — заставят ведь обучать этих горе-прыгунов, которые смотрят сейчас на него глазами кроликов. Поставив планку на 2 м, он увидел двух идущих в прыжковый сектор людей: худощавого тренера и высокого дородного усатого господина без пиджака. Подойдя к Сергею лицом к лицу (оказались на одном уровне), он, улыбаясь, спросил:

— Так это Вы, молодой человек, без роду без племени, но прыгун от Бога? Хорошо, покажите мне свой талант.

— Да, мсье, — кивнул Костин и пошел к началу разбега.

— Стой! — вскричал тренер. — Ты что, поставил на 2 м?

— У нас в России говорят: либо пан, либо пропал, — без улыбки сказал прыгун. — Я прыгал вообще-то и на два, авось и сейчас одолею.

— Это ведь на уровне лучших прыгунов сезона? — спросил озадаченно Арман.

— Так точно, мсье президент.

— Ну и нахал! — с одобрительной ноткой сказал недавний журналист.

«Знали бы вы, господа, что у нас за эту высоту даже кандидата в мастера не дают…» — хохотнул в душе Сергей, но тотчас приструнил себя и стал настраиваться. Бывали, бывали у него досадные проколы в прыжках, «но только не сейчас, не сейчас» — стал вымаливать он удачу у Бога, который, оказывается, есть. — Не даром непревзойденный Юрий Борзаковский молился перед стартами…»

Но прыжок у него удался: чистый и даже с запасцем. Приземлился только он неудачно, ободрав себе локоть песком.

— Что не так? — крикнул ему мгновенно потушивший улыбку Арман Массар.