Как приручить город
Шрифт:
И КУДА их теперь положить, чтобы они снова не потерялись?
И тут я поняла, чего не хватает в нашем доме.
Нам совершенно необходима такая специальная штука…
Такое… Находчивое Дерево.
Чтобы вешать на его ветки всё, что находишь.
Нарисовать на стене большущее дерево.
Раскрасить его, чтобы было красиво.
К веткам вместо листьев приклеить крючки (это очень легко – снял бумажку, прижал клейкой стороной, и готово).
Ну вот!
Теперь на эти крючки можно вешать что угодно.
Например, потерянные носки. Интересно, кто-нибудь сумел разгадать, почему два одинаковых носка не могут долго жить вместе? А куда исчезают колпачки от фломастеров? Или резинки для волос? Только что лежало 10 штук, а потом раз – и осталась всего одна.
Пусть будет в доме такое волшебное место, куда все они смогут приходить.
Я пробежалась по комнатам и собрала всякие потерянные вещи:
одну варежку на резинке,
красный чехол без зонтика,
синий зонтик без чехла,
футляр от очков,
вязаный шарф игрушечного медведя, который лежит непонятно где,
несколько дисков с мультиками без коробочек
и жёлтую Анину кепку, которую я повесила на моё дерево просто так, для красоты.
Дерево у меня получилось просто замечательное!
И тут пришла Анька. Она сразу стала ругаться, что я испортила стену и вообще беру её вещи без спроса.
Забрала свою кепку и ушла.
Она уже познакомилась с каким-то мальчишкой со второго этажа, и он позвал её в кино.
А что делать мне?
Я тоже потерялась.
Вот бы меня нашли, и всё стало, как раньше.
Раньше я жила в Маленьком Городе.
Мой дом был самый высокий, семиэтажный. Он стоял на холме.
Из окна кухни можно было смотреть на дорогу, на автобусную остановку и деревянные дома. Там начинался город.
А из моей комнаты были видны три одинаковые пятиэтажки – жёлтая, зелёная и голубая. За ними город заканчивался.
В Маленьком Городе меня все знали.
Знали, что мой папа врач и что он умеет печь блины – тоненькие, как кружево.
Знали, что мама умеет придумывать песни и может починить что угодно, даже телевизор.
И что моя сестра Аня купила чёрную краску для волос, чтобы выкрасить чёлку, хотя мама ей и не разрешала.
Теперь мы живём в Большом Городе.
И я никого здесь не знаю.
Из окна кухни видны дома, дома и дома. Высокие и поменьше.
Из моей комнаты тоже видны дома, дома и дома. А ещё – колесо обозрения в парке.
Большой Город где-то начинается и где-то заканчивается. Но этого не видно даже мне.
Аня говорит: «На свете есть города намного больше нашего».
Но для меня этот город всё-таки СЛИШКОМ большой. Это как если бы мама решила надеть моё новое платье-матроску. Представляете?
Вот очень красивое платье. И очень красивая мама. Только маме в моём платье совсем неудобно.
Мне кажется, мы с этим городом не подходим друг другу.
Папа считает, нужно чуть-чуть подождать, и Большой Город привыкнет ко мне, а я – к нему. Получается, нужно его приручить, как нашу таксу Ветку, которую мы нашли уже взрослой. Сначала она всё время на меня лаяла. Пока я не догадалась, что больше всего на свете она любит консервированный горошек. Я кормила её горошинами из банки и пела ей песни.
А что делать с городом?
Кто-нибудь знает, как приручаются города?!
Я думала об этом весь день.
Думала, когда рисовала зелёной зубной пастой крокодила.
И когда смывала этого крокодила с плитки в ванной.
И когда вырезала разноцветных бабочек.
И когда обещала маме, что не буду без спроса брать и резать папины медицинские журналы.
Я думала об этом, когда стояла у открытого окна и крошила пенопласт. Он летел на траву, как нетающий снег.
Внизу, во дворе, было здорово. Жёлто-синяя винтовая горка, и всякие качели, и большущие старые деревья… А ещё там бегали СОВЕРШЕННО НЕЗНАКОМЫЕ ДЕТИ.
Кажется, они играли в «заморозку».
Наконец мама сказала:
– По-моему, тебе пора прогуляться. А то скоро начнётся дождь, и все разбегутся.
Мама весь день ходила по дому и что-то приколачивала. Сразу было видно, что у неё хорошее настроение. Ей всё нравилось – и новая квартира, и новенькие блестящие гвозди, и листья каштана, которые лезли к нам в окно – как будто каштан просился домой.
Я взяла с собой Ветку и пошла гулять.
Когда я вышла во двор, сразу стало очень тихо. Даже малютка в коляске перестал реветь.
И усатые старшеклассники, которые играли в футбол, и маленькие девочки со скакалками – все подняли головы и смотрели на меня.
Снизу – вверх.