Чтение онлайн

— И мальчику наследство от дочки Олеси не перепадёт. В девчачью одежду мы его наряжать не станем, всё новое купим. Только если какую-нибудь бесполую игрушку, из которой та вырастит, в подарок примем или что-то из специальных штук для младенцев.

— Возможно.

— У Лариски прикольная летняя коляска для куклы была, она меня в ней катала, — сказал Вася и запнулся, смутившись такого «немужского» развлечения. — Коляску мы себе точно свою купим, у нас при выборе разные приоритеты. Олесю не бросим, помогать будем, подвезём куда нужно, но не круглые же сутки, куда-то и самой придётся ходить. А нам коляска только для прогулок потребуется, по всем делам либо я отвезу, либо папа на своей машине приедет, если на работе буду. Что-то мы часто о детях говорить начали. Ты случайно не…

— Нет, — ответила Дарья. — Сначала квартиру купим, а как метраж расширим, за семью возьмёмся.

— Лады.

— Наверное, пока лучше о детях не говорить, а то сглазим.

— Всё путём будет, — невнятно пообещал Вася с пряником во рту.

Наталья Ламанова свои нехорошие подозрения не забыла. Полагая, что не почувствовать то, что сидящая напротив девушку беременна от твоего мужа нельзя, она весь обед наблюдала за невесткой, но так ничего для себя не выяснила.

Это Пашка оказался таким ушлым козлом, что они с Оксаной не догадались о его разгульной жизни вне семьи, но её мальчик не может быть таким.

— Если бы Вася влюбился в другую, он бы Даше сказал? — спросила она у мужа.

— Как бы он влюбился, если уже жену любит? Вот у них всё хорошо, а потом он её на улицу выгоняет и новую любовь в свою квартиру приводит? Не придумывай.

— Дашке же идти некуда! Только к нам! Нет, он не сможет так с ней поступить. Это Олеся воду мутит.

Тут Иван Владимирович понял, что жена снова об отчестве речь ведёт.

— Ты сама мне говорила, что напрасно Дашу сразу в штыки восприняла и жалеешь об этом. А теперь жертвой Олесю выбрала?

— Какая она жертва? Тут Дашку жалеть надо, если Вася тот самый женатый будущий папаша. Как же он такое мог допустить? — покачала головой Наталья Васильевна, но без искорки и праведного гнева, так как сама не верила, что сын может быть замешан в подобном.

Ламанов уже давно научился распознавать, штормит жену по-настоящему или она бухтит от скуки, поэтому не стал грубым образом вправлять ей мозги, потребовав перестать трепать языком, наговаривая на детей, а решил развенчать её выдумки в спокойном диалоге.

— Зачем ему что-то допускать? Если бы что-то между Васей и Олесей было, он бы после армии с ней встречаться начал.

— А может они тайно встречались, а мы не заметили?

— Но невестой он к нам Дашу привёл. Если б Вася беременную в ЗАГС повёл только из-за долга, ещё можно было бы такое предположить, но он в неё влюбился, и никакой Лесей там не пахло. Я это точно знаю, он со мной перед предложением советовался.

— Когда это было? А почему только с тобой? Что ты ему тогда насоветовал?

— Счастливый брак насоветовал. И если ты не будешь ему Олесю подсовывать, то на всю жизнь.

— Я не подсовываю, а защищаю. Больше о Даше беспокоюсь, чем о Васе.

После такого признания мужчина и сам задумался об отношениях этой троицы. То, что Наталья не поставила на первое место сына — это серьёзно, она себя даже в шутку таких фраз никогда не позволяла.

— Ну, Дашка с Леськой никогда подружками не были, — признал он. — С Ларчиком они сошлись, а друг с дружкой общаются только у нас.

— Из Даши каждое слово клещами вытягивать приходится, она либо с Васей шепчется, либо с тобой перемигивается, а с остальными кивками общается, никогда сама ничего не расскажет, — нашлось женщине, что предъявить невестке. — А Олеся нам как родная, чувствует себя своей, не тушуется.

— Так ты за кого? — запутался Иван Владимирович.

— Я за верность. И честность! Не нравится тебе кто-то, так поговорите по душам! А если считаешь, что от моего сына забеременела, так скажи нормально!

Когда материнская забота граничит с диктатурой, ты либо подстраиваешься, но тогда есть шанс со временем растерять способность к самостоятельности, либо учишься хитрить и манипулировать. Лариса освоила второй способ взаимодействия с Натальей Васильевной Ламановой.

Поэтому находчивая дочь ещё во вторник позвонила маме предупредить, что семейный обед состоится в квартире Олеси, и этим избавила себя от головной боли по поводу масштабной готовки, ведь одним простецким овощным супчиком или жареной рыбой кормить родню, привыкшую к еженедельному празднику живота по субботам, не годится. А тратить половину выходного у плиты, точно зная, что вкусно как у мамы не получится, её не прельщало.

Подругу Лариса в качестве повара не рассматривала. Последний месяц Олеся либо бросала готовку сложнее салата или бутербродов в процессе, так как уставала стоять на одном месте или ощущала тошноту из-за запахов готовящихся продуктов, либо у неё просыпался зверский аппетит, и она всё съедала, даже не перекладывая себе отдельно в тарелку.

Но жаловаться матери, что беременная подруга позвала гостей, не задумываясь, что уже некоторое время не может нормально кашеварить, Ларчик не стала. Как и предполагалось, заботливая маменька и без этого тут же сама взялась за составление субботнего меню, пообещав, сварить холодец и что-нибудь испечь.

На обед к Олесе и Ларисе младшая чета Ламановых начала собираться пораньше, чтобы не идти в гости с пустыми руками.

— Мы же в бар за элем заедем? — напомнила мужу Даша. — Лучше в тот, из которого ты меня после боулинга забирал.

Так они и сделали.

— Хочешь, будем раз в неделю на часок куда-нибудь выбираться? — спросил Вася, заметив, как жена крутила головой в только заработавшем и поэтому пустом баре, сравнивая впечатления с воспоминаниями от прошлого посещения. — Или встречаться в кофейне, чтобы я туда с работы заезжал, и мы вместе домой возвращались?