Чтение онлайн

Так что...

"Так что ничего, если меня поймают, значит, это судьба. Скажу, что это был я. И когда папа проснется, он поймет, как я его люблю".

Руки начинали дрожать, а до реки был еще километр ходу. Футболка на спине и под мышками насквозь промокла от пота.

Кристиано тысячу раз проделывал этот путь. Когда решил построить себе плот из пустых канистр, чтобы заняться рафтингом, когда ходил с Четыресыра на рыбалку, когда просто было нечем заняться.

Мог ли он вообразить, что однажды ему придется тащиться здесь с трупом Фабианы Понтичелли в тачке?

Будь рядом с ним хотя бы Четыресыра. Может, он знает, не было ли тайного романа между отцом и Фабианой. Или спросить об этом у Данило. Но тот исчез. Он сто раз ему звонил. Абонент все время недоступен. И дома тоже никто не отвечает.

Кристиано вспомнился разговор с Четыресыра. Не сказать, чтобы его поразило известие о том, что Рино в коме.

"Ты же знаешь его, он такой", — сказал себе Кристиано, смахнув капельки пота со лба.

Ему не терпелось увидеть и обнять его.

Он был почти на месте. Шум реки перекрывал гул проносящихся по шоссе автомобилей.

Кристиано снял куртку, завязал ее на поясе и вновь двинулся в путь. По мере приближения к реке тропинка постепенно превращалась в болото, и маленькое колесико тележки буксовало и тонуло в грязи. На подошвы кроссовок налипли тяжеленные комья земли. В нескольких десятках метров перед ним, освещенная дальними огнями электростанции, лежала топкая трясина.

Кристиано не помнил, чтобы Форджезе хоть раз разливалась аж досюда.

Четыресыра так и сидел на стуле. Его била дрожь, а боль обжигающими волнами накатывала от плеча на грудную клетку.

В одной руке он сжимал распятие.

Он было задремал, но жуткий кошмар обволок его вонючей простыней, и он, к счастью, проснулся.

По мозгам бил включенный на полную громкость телевизор, но Четыресыра не хотел убавлять звук. Каркающие голоса телевизора были в тысячу раз лучше тех, что звучали у него в голове.

К тому же стоило закрыть глаза, и ему являлась Рамона, распростершаяся нагишом среди гор, и пастухи с солдатиками взбирались по ней вместе с овечками. Он так жаждал ее, что дал бы отрезать себе руку, лишь бы ее заполучить.

И потом, этот жуткий кошмар, который ему приснился.

Он порос липким мехом и был одной из темных тварей, которые стаей копошились в какой-то черной кишке. Тварей с острыми зубами, красными глазами и длинными голыми хвостами, которые толкались, визжали, царапались, чтобы первыми добежать до конца туннеля.

Потом все вгрызались в кишащую слепыми личинками, сороконожками, тараканами и лопающимися от крови пиявками тушу мертвого животного. И начинали пожирать гнилое мясо и насекомых. И он ненасытно глотал вместе с другими.

"Псы Апокалипсиса не едят и другим не дают", — говорила ему в приюте сестра Эвелина.

Затем его внезапно ослеплял ледяной свет, и в центре светящегося луча появлялась сотканная из нитей фигура женщины, говорившей ему: "Ты — Человек-падаль"

"Кто? Я?" — "Да, ты! — И она показывала на него, в то время как остальные твари в ужасе бежали прочь. — Ты Человек-падаль"

Потом он проснулся.

Он с размаху пнул ногой телевизор, тот упал с тумбочки, но не замолчал.

Какого черта Рамона решила ехать лесом?

"Она перепутала. Я же говорил ей. Я не виноват, что она поехала лесом".

Если бы она поехала по окружной, то ничего бы не произошло и он бы был в порядке, а Рино не впал бы в кому. И все было бы как раньше.

"...Как раньше", — пробормотал Человек-падаль и стукнул себя по ноге.

Вода поднялась слишком высоко. Кристиано Дзена оставил тачку, и, когда он подтаскивал труп к реке, над долиной начало рассветать.

Он не встретил ни души. Ему повезло, в такой разлив сюда никто не сунется.

Беппе наверняка уже проснулся и ищет его.

Перед Кристиано торчала из воды длинная ограда с колючей проволокой. Поверх нее расселись большие черные вороны. Береговые откосы полностью скрылись под водой. Кристиано поставил ногу на ржавую проволоку, просевшую под его весом в воду, и перекинул завернутый в целлофан труп через ограду.

Вода доходила ему до колен, течение начинало тянуть за собой.

Вначале он хотел привязать к телу камни и утопить его в речке, но теперь понял, что будет лучше, если его унесет течением.

Когда тело найдут, оно будет далеко отсюда, и никому не придет в голову подумать на них. Если повезет, оно доплывет до моря, а там уж рыбы доведут дело до конца.

Кристиано последний раз взглянул на обернутую в прозрачную пленку Фабиану.

Вздохнул. Сейчас ему даже не было ее жалко. Он чувствовал себя усталым, опустошенным, измученным. Одиноким.

"Как убийца".

Его переполняла жгучая ностальгия по временам, когда он ходил на реку играть.

Кристиано закрыл глаза.

Он отпустил тело, как тысячу раз делал с ветками, воображая, что это корабли и галеоны.

Когда он снова открыл глаза, труп стал уже далеким островком.

Мост Сарка длиной триста двадцать три метра, сооруженный по проекту знаменитого архитектора Хиро Итойя и торжественно открытый несколько месяцев назад с запуском воздушных шаров, фанфарами и фейерверками, тоже порядком пострадал от разгула стихии.

Насыпи южного берега не выдержали натиска паводка, и шоссе на сотни метров затопило мутной водой Форджезе.