Чтение онлайн

На велотренажерах и беговых дорожках находились цифровые табло. Да и управляться ими было очень легко и просто, в чём Левковцев убедился лично: нажимаешь одну кнопку — включаешь дорожку. На табло начинает показываться скорость в километрах. Нажимаешь вторую — скорость повышается, ещё раз нажимаешь — ещё раз повышается. Нажимаешь кнопку под ней — уменьшается, нажимаешь кнопку ещё раз — снова уменьшается. Любой, самый тупой спортсмен справится. Левковцеву с Ксенофонтовым о такой технике приходилось только мечтать. Да и не только им. Даже в Ледовом дворце спорта ЦСКА такой не было. А не было по одной простой причине…

— Валентин Игоревич! — сказал Левковцев. — А почему бы нам такую роскошь не заказать? Можно ведь купить за границей?

Шеховцов, конечно же, был не первый раз за границей, видел всё это много раз. И определённо знал ответ на этот вопрос. Советские чиновники не хотели покупать современную технику за рубежом, потому что это было бы непатриотично и показывало бы, что СССР не впереди планеты всей, как вещала пропаганда. Никогда и ни при каких обстоятельствах такая современная техника не появилась бы в дворцах спорта и спортивных центрах Советского Союза. Разве что спонсоры постарались бы, точнее, шефы.

— Начальника решили тормошить… — криво улыбнулся Шеховцов. — Вы же сами знаете, товарищи, что мы люди тоже подневольные, зависим от бюджета. Я, конечно, могу оставить заявку на такое оборудование, но когда меня вызовут в комитет по физкультуре и спорту, сразу же можно будет класть партбилет на стол. Потому что первым делом мне скажут, что у нас есть прекрасные тренажёры отечественного производства, вот зачем мне эта муть из Америки? И вообще, деды гирями и гантелями раньше занимались, и при этом олимпийские медали брали. Так что, товарищи, дело это бесполезное, надо работать с тем, что есть. Но хватит о скучном. Вот и наши красавицы идут. Сейчас опробуют заграничные машины, как они в деле.

— План занятий такой: обе идёте на беговые дорожки, — скомандовал Левковцев, — потом на велотренажёр. На каждой машине по 5 минут. Потом 5 минут растяжка, и пойдём на лёд. Всё ясно?

— Ясно! — согласились фигуристки и приступили к заданию. Как представителям молодого поколения, привыкшим к компьютерам и всякого рода электронным чудесам, естественно, им не составило никакого труда сразу же разобраться с новыми для них аппаратами. Значки под кнопками были простыми и читались очень легко.

Арина поставила сначала маленькую скорость на дорожке и побежала со скоростью 5 км/ч, то есть практически со скоростью идущего человека, через минуту повысила скорость до 6 км, ещё через минуту до 7 км. И через 5 минут уже бежала со скоростью 10 км/ч. В таком режиме пробежала короткое время и выключила машину, перейдя на велотренажёр.

Пока советские фигуристки были увлечены занятиями на тренажёрах, а их тренеры наблюдали за ними, на тренировку пришли немецкие и японские фигуристки вместе с тренерами. Мельком посмотрев, что делают русские, девушки, получив наставление от своих тренеров, разбрелись по свободным машинам. Друг на друга никто не смотрел, было неловко, да и концентрация на своём деле давала о себе знать.

После того как советские фигуристки закончили занятия на тренажёрах, они приступили к растяжке суставов. Начали с самого простого и доступного упражнения — со шпагата на полу. Арина вместе с Соколовской стащили пару матов из стопки, лежавшей в углу, и прямо на них стали разминаться. Без фанатизма, понемногу делали продольный, поперечный шпагат, тянули мышцы спины и пресса. Под конец, почувствовав, что размялась, Арина встала на мостик, а из мостика на руки. Постояв на руках, аккуратно опустилась обратно на ноги и спрыгнула с мата прямо перед тренером.

— Готово! — довольно сказала она.

— И я готова! — сказала Соколовская, подойдя к тренеру.

Левковцев посмотрел на иностранок. Остальные фигуристки делали то же самое. Упражнения и подходы разнились, но суть их была в том, чтобы полностью размять и растянуть мышцы и суставы всего тела, особенно ног.

— Ну, раз готова, значит, пойдёмте на лёд! — заявил Левковцев и посмотрел на часы. Времени на тренировку оставалось 40 минут.

Пока Хмельницкая занималась на тренажёрах, а потом делала растяжку на кожаных матах, Левковцев обратил внимание, как она уверенно держится и как уверенно управляет тренажёрами, да и вообще делает всё так, будто ей тут давно всё знакомо и даже каким-то образом не интересно. «Как она уверена в себе. Не стесняется, не замыкается, хотя первый раз за границей», — подумал Левковцев.

Уверенность… Очень ценное качество…

…Лёд был занят. На нём катались три танцевальные пары. Естественно, это было совсем не их время, а одиночниц. Дело в том, что у танцоров и парников график тренировок был очень плотный из-за того, что одновременно могли тренироваться не 6 участников, как у одиночников, а только три пары, а это те же самые шесть человек. Если выводить на лёд больше, начнутся сплошные столкновения и убийства. Но разбивка участников из числа парников и танцоров на 8 тренировочных групп, вместо 4 групп у одиночников, значительно растягивала время тренировок в течении всего дня. Мало приятного идти на каток в 23 часа.

Поэтому всегда и везде парники и танцоры старались улучить любой более-менее свободный лёд. Возможно, они приехали сюда вообще в 7:00 на такси, и решили покататься, пока никого ещё нет. Это тоже был здравый подход к делу. Вполне возможно, завтра это уже могло стать тенденцией.

Однако, увидев, что на лёд пришли одиночницы, которым по расписанию предназначено это время, танцоры сразу же свернули свою тренировку и покатили к калитке. Пока Арина, Соколовская и Малинина надевали коньки, ребята прошли мимо них, с любопытством посмотрев на советских фигуристок. И опять это были американцы! Кстати, насколько Арина заметила, никакой агрессии или высокомерия американцы не проявляли ни к советским фигуристкам, ни к кому-либо ещё. Впрочем, даже в этом случае разговаривать с ними действительно было не о чем. Да и американцы, скорее всего, не горели особым желанием навязываться.

Арина, пока надевала коньки, внимательно оглядела американских танцоров, стоявших у бортика вместе с тренерами и ожидавших, когда освободятся лавки, чтобы развязать шнурки на ботинках и снять коньки. Сложены они были, конечно, хорошо, все дуэты подобраны так, словно сняты с с какого-то модного показа одежды. В танцах на льду не требовалось, чтобы партнёрша была на три головы ниже партнёра и дышала ему в пуп, наоборот, партнёры одного роста очень ценились, и найти их было очень трудно. Все американские дуэты были именно такими и, скорее всего, могли производить очень хорошее впечатление на льду.