Чтение онлайн

Работорговец поджал губы:

— Вы физически крепкий. А девчонка красива. Если у вас есть чем заплатить, я принимаю ваше предложение и вы свободны. Я умею держать свое слово, — добавил он. — На этот счет нечего опасаться.

Дюмарест встал и закатал рукав, оголяя левую руку.

— У вас есть банковская машина?

Это был глупый вопрос. Все работорговцы нуждались в банковском оборудовании. Крышка стола раздвинулась, и на поверхности появился аппарат с приборной панелью, а также со специальным отверстием. Без малейших колебаний Дюмарест вставил в него руку. Зажим обхватил кисть, и электронные приспособления начали считывать металлические чернила, которые были вколоты глубоко под кожу и оставались незаметными для глаз. Если татуировка была поддельной, она тут же воспламенялась и превращалась в пепел. Его сведения оказались настоящими. На панели загорелась зеленая сигнальная лампочка, а на экране высветились цифры, указывающие сумму кредита, определенную клеймом.

Работорговец нахмурился.

— Достаточно, я думаю, — обронил Дюмарест. Он заметил, что Аргостан колеблется, и добавил: — Это все, что у меня есть.

— Я, конечно, ничего не смыслю в таких делах, — донесся голос Калин с того места, где она стояла и наблюдала за происходящим, — но не могли бы вы сказать, сколько на Кроне стоит мертвая женщина?

Аргостан удивленно посмотрел на нее:

— Вы не умрете. Меня вряд ли можно назвать новичком в своем бизнесе, я многое видел, но такое… Я восхищаюсь вашим присутствием духа. — Он стал что-то набирать на клавиатуре. — Я не оставлю вас без гроша, — обратился он к Дюмаресту. — Я отпущу вас… — Аргостан задумчиво помолчал. — Вы оплатите только половину стоимости полета низшим классом.

Он нажал на кнопку химического активатора. И магнитное излучение стерло старую татуировку, переведя выбранную Аргостаном сумму кредита на его баланс, заменив старое клеймо на новое, которое указывало на оставшийся счет. Работорговец потянулся. На его губах играла улыбка.

— Мы рады приветствовать вас на борту нашего корабля, — объявил он. — Чувствуйте себя совершенно свободно. Через три дня мы совершим посадку на Кроне.

Это была мрачная планета с холодными ветрами и кислотной пылью, которая во времена бурь собиралась в облака и проносилась в бронзовом небе. Унылое янтарное солнце прильнуло к горизонту и разбрасывало тени по песчаной почве.

Калин обхватила себя за голые плечи и поежилась:

— Эрл, как холодно и мерзко.

— Это мертвый мир.

— Что?..

— Так, ничего.

Он взял ее за руку и увел от приближавшейся колонны людей, которая тянулась из огромного товарного склада к кораблю. На них была грубая одежда серого цвета в красную полоску, вокруг шеи поблескивали металлические ошейники. Каждый тащил слиток очищенного металла. Это была плата Аргостану за доставленный живой груз. Надсмотрщик уже отогнал товар в сторону. Его близнец в оранжевом плаще и такого же цвета шлеме с удивлением рассматривал Дюмареста и его спутницу, когда они шли за пределы космопорта. Его глаза задержались на Калин. В его правой руке был зажат кнут, которым он со стуком бил по голени.

— Вас привели на Крон дела? — поинтересовался у них зазывала с маслеными волосами, масленым лицом и с таким же масленым голосом под стать всему остальному в его наружности. — Отелю «Экстемпор» нет равных на планете. Все администраторы останавливаются именно там, когда прилетают на Крон. Я сам отнесу ваш багаж.

Дюмарест прошел мимо него.

— Если отель «Экстемпор» несколько не подходит вам по размерам, я могу предложить что-нибудь поскромнее. — Зазывала продолжал бежать рядом, заглядывая Дюмаресту в лицо. — В «Комнатах Альбиона» вам могут предоставить чистое помещение, хорошую пищу, и все — за умеренную плату. Ваш багаж, господа.

— Исчезни, — отрезал Дюмарест.

— Вам все равно больше некуда идти, — пытался образумить их зазывала. — Ваш корабль — единственный из прилетевших, а вы — единственные свободные пассажиры. Прошу вас, позвольте мне вас обслужить. Если и «Комнаты Альбиона» не устраивают, я могу проводить вас в бар Пита. — Он посмотрел на девушку, скользнув маслеными глазками по ее роскошным волосам и телу. — В баре Пита всегда рады тем, кто помогает развлекать посетителей.

— Нет! — пронзительно взвизгнула Калин. — Эрл! Не надо!

Дюмарест удивленно посмотрел на нее.

— Ты душил его, — извиняясь, проговорила она. — Я хочу сказать, ты собираешься сделать это. Это…

— Если он не заткнется, я сломаю ему шею, — спокойно произнес Дюмарест. — Ты это имела в виду? На этот раз он предлагает свои услуги не тем людям.

Зазывала попятился назад.

— Примите мои извинения, господа, — поспешно откланялся он. — Я не хотел вас обидеть. Но на Кроне, как и повсюду, человек должен есть.

Когда зазывала удалился, Дюмарест обратился к девушке.

— Тебе не нужно было делать этого, — заметил он. — Ты невольно могла предупредить этого человека, что я собираюсь сделать. Но есть еще одна причина, почему ты должна молчать. Ясновидящих не очень любят в мирах, подобных этому.

— Неужели этот мир так плох, Эрл?

Хуже не бывает. Мир без будущего на краю Галактики. Планета, покрытая пеплом, без местного населения, без своей промышленности, без наследия Человек не сможет найти здесь работу и собрать нужную сумму денег, чтобы оплатить проезд на корабле и убежать отсюда.

Федерация горных компаний вгрызлась в планету. Гигантские машины проникли глубоко в горы — реки энергии заструились от атомных станций, чтобы вихревым потоком собрать золото в сплавы, затем промыть их и направить в формы. Вторая стадия заключалась в очистке необработанных брусков, после чего они отливались в стандартные формы и укладывались на торговом складе, где и ожидали прибытия грузового судна, которое отправит их в качестве сырья на другие планеты с развитым производством. Над литейными цехами вторичной переработки вздымались облака пепла. Какой смысл очищать воздух, если заботиться не о ком?

Только техники, обслуга и надсмотрщики, работавшие здесь по контракту, получали высокую оплату и готовы были сносить грязь, испарения и невыносимые условия жизни ради хорошего вознаграждения. Но рабочие не принимались в расчет. Труд рабов. Среди них были такие, кто продался в уплату за долги, и такие, кто надел ошейник, чтобы прокормить семью, а также кого похитили и привезли сюда как рабочую силу, лишив всякой надежды на спасение.

Остальная часть населения состояла из обнищавших странников, антрепренеров и артистов. Они являлись неизбежным придатком любого общества, где водились деньги и был спрос на их услуги.