Чтение онлайн

— Привёз. На свою голову. Не, всё-таки педагогика — не моё. Найду этого мерзавца — отправлю к Урюпиным на перевоспитание, у них там как раз школа открылась для малолетних уголовников.

Бормоча это под нос, я переместился в свой оплот.

— Алексей! Только не говори мне, что у нас нет лошадей! Я и так на нервах.

Алексей посмотрел на меня с опаской и промолчал.

— Чего молчишь?

— Так ты сам сказал не говорить, что нету.

— Блин. А почему у нас их нет?!

— А на кой они нужны? Вроде не надо было…

— Бардак. А где есть?

— На постоялом дворе спросить можно.

— Я только что с постоялого двора. Последних двух увел малолетний садист, родившийся специально для того, чтобы я мучился.

— У папаши моего лошади есть…

— О, ну наконец хорошая новость!

— Только он мне их не даст. Он меня и раньше-то не жаловал, а как узнал, что я в охотники подался, велел вовсе на порог не пускать.

— Спасибо, Алёш. Очень помог.

— Лошадь? — заинтересовалась выглянувшая из своей комнаты бабка Мстислава. Она обладала потрясающим умением незаметно нарисовываться там, где её ждут. А особенно — там, где не ждут. Ни одно мало-мальски значимое событие не пропускала. Посмотрела на меня. — Охотник — не знает, где лошадей взять?.. Тю!

Мстислава подошла к окну. Осмотрелась и ткнула пальцем.

— Вон, у гончарной лавки — видишь, жеребец привязан?

— Вижу.

— Хороший жеребец.

— Вероятно. Я в них не силён.

— Ну так и бери его!

— Вы знаете, чей это конь? — удивился Алексей.

— Нет. Откудова? Я ж не местная.

— А говорите, бери…

— Так и что? Ежели охотнику для дела надо… И-и-и, молодёжь! — Мстислава неодобрительно пыхнула трубкой. — Всё-то у вас через задницу! В моё время просто было: ежели доброму охотнику чего нужно, так он идёт и берёт. Потому как, сейчас не возьмёт — а через час может случиться, что и брать будет не у кого. Охотник этот, может, с колдуном сражаться скачет! Может, вепрь в лесу взбесился, али вурдалаки с кладбища прут! Нешто разбираться ещё, что можно брать, что нет? Сперва тварей бить надо, а после уж…

— Понял, Мстислава Мстиславовна!

Я метнулся на улицу. Одновременно со мной из лавки вышел хозяин жеребца, но я взялся за поводья первым. Вскочил в седло.

— Грабют, — обалдело глядя на меня, пробормотал хозяин. — Средь бела дня грабют! — Повернулся к оплоту и заголосил: — Помогите, заступнички!

— Мы вообще-то не полиция, — возмутился я. — Мы от тварей защищаем, а не от грабителей, нам ещё уголовщины не хватало! Местный, называется. Матчасть учи! А коня верну, не беспокойся.

Что ответил хозяин, я уже не слышал. Направил коня к западным воротам города.

Через несколько минут вспомнил слова Данилы — о важности экипировки наездника в зимний период. Верхом в последнее время, если и передвигался, то на Твари. А она каким-то образом обеспечивала моим путешествиям полный комфорт, независимо от скорости, дорожного рельефа и погодных условий. Не припомню, чтобы на меня упала хоть одна дождевая капля или снежинка.

— Вернусь — скажу тётке Наталье, чтобы ватрушек тебе напекла, — пробормотал я, обращаясь к оставшейся в Давыдово Твари. — Дай бог тебе тварного здоровья! Вот уж, воистину, к хорошему быстро привыкаешь…

Благо, пять вёрст — это реально не очень далеко. К концу поездки я не превратился в смерзшийся куль, а мозги работали достаточно внятно для того, чтобы помнить, какая из моих рук — правая, и отсчитать третью деревню.

Хотя мог бы и не отсчитывать. У дальнего конца Медведково, там, где за присыпанными снегом полями начинался перелесок, кружила стая ящеров.

Глава 4

— Давай скорей! — рявкнул я.

Незнакомый жеребец и ухом не повёл.

— Блин, ну да. Ты ж не Тварь, не соображаешь… Всё равно давай скорей! — я дёрнул повод.

Жеребец прибавил скорости. Деревня словно вымерла — ни одного человека не видать. Это они молодцы, это правильно. Охотник работает — не лезьте. Хотя охотнику, по-хорошему, самому не надо было лезть.

— Убью, — в очередной раз пообещал Неофиту я.

Соскочил с коня и бросился туда, где кружили ящеры.

Плохая новость — их было примерно дохрена. Хорошая новость — Неофита я не увидел. Ни живого, ни мёртвого. Если бы твари его одолели, уволокли бы в лес и больше здесь не кружили. А они явно добычу выслеживают, ждут, что пацан вот-вот появится. Про деревню-то, видимо, уже поняли, что поживиться нечем, жители попрятались.

Ну, хоть какую-то премудрость я Неофиту в башку вколотил. Увидев, что столкнулся с обстоятельствами непреодолимой силы, пацан воткнул первый китайский приём: ноги в руки и бегом. От пары-тройки ящеров отмахнулся — вон они, туши, вижу, — а потом свалил. Без заряженного амулета Перемещения к тварям не сунулся бы.

И всё бы хорошо, но что-то мне подсказывает — просто так ящерки не разбегутся. Они нацелились — точнее, их нацелили — на добычу, и без неё не свалят. Зря просыпались, что ли? Зря тащились по холоду в такую даль?

Моё предположение подтвердилось немедленно. Стая устремилась ко мне.

— Ух, красавчики! — обрадовался я. — И место-то выбрали удачное — ни тебе домов рядом, ни деревьев! Сейчас порезвимся.

Я кастанул Красного Петуха. Долбанул со всей мощью свежеобретённого Гридя. Блин, вот это полыхнуло! Аж жарко стало. Добрая треть ящеровой стаи выгорела разом. А мне в грудь застучали молнии. Семнадцать штук. Именно так — застучали, будто градины в стекло. Никакого дискомфорта, не то, что с чертей шибало.

А ведь это я даже толком не размялся! Притом, что несколько часов назад бился с чёртом, а сколько раз после этого гонял туда-сюда Перемещением, уже и не вспомню. Месяц назад сейчас бы в лёжку лежал. Хорошо быть Гридем! Подайте-ка мне ещё ящеров!

Ящеры, будто услышав призыв, снова пошли в атаку. Перегруппировались, рассосредоточились и попёрли широким фронтом. Я кастанул Мороз — он действовал более широко, чем Красный петух.

На заснеженное поле посыпались мороженые туши. По мне застучали молнии. Пятнадцать. Меньше, чем в первый раз. Но всё равно, конечно, было бы неплохо — если бы на этом и закончилось. Было бы просто прекрасно. Но облегчать мне задачу ящеры не собирались. Для них битва, несмотря на моё очевидное преимущество, ещё не была проиграна. Уцелевшая часть стаи устремилась ко мне.