Чтение онлайн

Девушка-ночь поморщилась. Она привыкла пить молоко с кровью быка.

— Я друг, понимаешь? Я — друг, — с расстановкой сказала Аризу Кей. — Не нужно стесняться.

Но Клеопатра точно в рот воды набрала. Будет она еще любезничать со всякими узкоглазыми! В ней вдруг проснулась расовая неприязнь.

— Уж и не знаю, как с тобой быть, — сказала хранительница. — На контакт ты идти не хочешь, моими снадобьями брезгуешь. Упрямишься, словно малое дитя!

Она впервые оказалась не в своей тарелке и уже была готова сложить оружие, когда в беседку заглянула Джулия.

— Ах, вот ты какая, моя Клеопатра! — вскричала она и уселась верхом на бортике. Та вздернула брови: она мгновенно признала в итальянке родственную душу.

— М-м-м, — сказала Венто, дотронувшись до бисерных колец, вдетых в уши кенийки. — Красота!

— Великий Энгай! — воскликнула в свою очередь негритянка, заприметив у нее на шее диковинный камень бирюзового цвета. — Кто дал тебе этот амулет?!

— Его подарил мне двоюродный брат Федерико, но, если хочешь, возьми его себе. Он так подходит к морской глубине твоих глаз…

Испытывая несказанное облегчение, хранительница сообщила, что у нее неотложное дело, взяла руки в ноги и, путаясь в полах кимоно, засеменила по направлению к медитативной площадке. Ей надо было срочно восстановить равновесие между инь и янь. Хрупкая экосистема сада пошатнулась, нити управления процессами поистерлись, а ведь всему виной ее расхлябанность. Нельзя принуждать к реабилитации гостя, если не реабилитировался сам.

С Клеопатрой не соскучишься — это было ясно, как день. В списке ее развлечений пунктов значилось немерено, и она сомневалась лишь в том, следует ли сперва научить Джулию их народному танцу или показать, как строится ёнканга [9] .

— С танцем придется повременить, — деловито сказала она после раздумий. — Вдвоем исполняют лишь примитивные танцы, а вот если в пляс пускается целая деревня, тут уж, почитай что, праздник. Поэтому давай лучше наберем глины для постройки хижины. Я ведь здесь надолго, а коли дождь припустит, где его переждать? Разве в том уродливом домишке, что за мостом?!

Джулия не стала ей перечить, хотя знала, что дождей в саду сроду не бывало, а возвращение африканки на родину уже предрешено.

Порыскав среди деревьев, Клеопатра посетовала на малые запасы глины и полное отсутствие навоза, которым у нее в селении укрепляют дома. Однако это не сильно ее расстроило, и она отправилась к молодым насаждениям сакур, оставив Джулию сторожить полянку. Ничтоже сумняшеся, негритянка выдрала с корнями гибкие деревца, связала в сноп и поволокла к месту будущего жилища. Страшно вообразить, что сделается с Аризу Кей, когда ее взору предстанет картина столь бессовестного вандализма!

— Следовало бы обнести мою хижину частоколом, — с натугой проговорила Клеопатра, чуть ли не надрываясь из-за тяжести снопа. Когда Венто разглядела эту неподъемную ношу, ее едва не хватил удар.

— Numi del firmamentо! [10] Да это же саженцы, над которыми столько тряслась хранительница! О, что теперь будет!

— Эка важность, какие-то растения! — небрежно бросила кенийка. — Кто, в конце концов, важнее? Растение или человек? Разве человек создан, чтобы ублажать растения?

Джулия подивилась столь мудрому высказыванию дикарки, однако не преминула изложить и свою точку зрения:

— Но уж, по крайней мере, человек должен уважать труд других.

— Я вам с сотню таких понасажаю, — дерзко отвечала Клеопатра. Итальянка совсем не хотела с ней ссориться, беря во внимание ее натренированные мышцы и превосходство в росте, поэтому без лишних слов включилась в работу. Скоро обе они с ног до головы перепачкались в глине: Джулия — по неопытности, а Клеопатра — из принципа. Она ненавидела аккуратность.

— Есть тут у вас тростник? — поинтересовалась она, утирая грязной ладонью пот со лба.

— Это вряд ли.

— Очень жаль. Потому что тростниковая крыша прекрасно пропускает дым от костра, горящего внутри.

— И в твоем семействе не боятся поджариться заживо?! — изумилась Венто.

Кенийка скривила рот в усмешке:

— Да мы спим вокруг очага! И на моем веку еще ни разу никто не поджарился. А знаешь, чем славятся постройки масаев? Если возникает необходимость переместить деревню к другому пастбищу, мы просто обстукиваем дома палками, обмазка отлетает и хижины разбираются. Затем их можно перенести на новое место, чтобы опять собрать.

Аризу Кей мечтательно прогуливалась по аллее и, как всегда, наслаждалась необычайной синью небес, не утруждая себя смотреть по сторонам. Она добросовестно прополола грядки за пагодой и вскопала землю для будущих посадок. Качественная медитация помогла вернуть силы, подвигнув к активной деятельности в наскоро обставленной мастерской, где японка провела два часа за проектированием улучшенной модели телепортатора. В голове ее звучал симфонический оркестр, она плыла по дорожке грациозным лебедем, и его величество Удовлетворение владело ею безраздельно, пока взгляд случайно не зацепился за круглый пятнистый короб вышиною с трехдневный бамбук. Этот короб очень портил вид и внушал необъяснимое беспокойство. Подойдя поближе, хранительница моментально прозрела: кто-то позарился на молодые деревца, на объект ее чаяний и забот. Клеопатра! Ее не упрекнешь в несамостоятельности… Но это!

— Это выходит за грани допустимого! — не выдержала Аризу Кей. — Со строптивой девчонкой надобно быть строже. Придется вернуть ее в селение раньше срока.

С твердым намерением расставить все точки над «i» она направилась к громоздкой храмине. Однако, кроме засушенных кореньев и пары беличьих тушек, ничего и никого не обнаружила. Несчастные создания! В саду впервые свершилось убийство, но кто даст гарантию, что за ним не последуют другие, более изощренные злодеяния? Время бить тревогу.

Аризу Кей растратила слишком много энергии, когда позволила себе неожиданный маневр с тыла при «захвате» африканки. Повторить подобный прием у нее не хватило бы духу, и она решила действовать по старинке, а именно нагибаться и выискивать следы. Чтобы их обнаружить, не понадобилась бы даже лупа, потому что на коре каждого второго дерева виднелась засечка (о, многострадальные сакуры!). Эти засечки вели в отдаленную область сада, где японка намеревалась вырастить кипарисовую рощу в окружении стройных эвкалиптов. Но ни кипарисов, ни эвкалиптов ей отныне не видать, если там обустроится африканка. Она будет ожесточенно защищать свою территорию до тех пор, пока хранительница не вышибет ее пинком. Разумеется, волшебным.