Чтение онлайн

– Остановись, дурак! – мрачно буркнул Йомар. – Не видишь, что ли, насколько их больше?

– Обезоружить его! – велел Хирон.

Трое вышли вперед с обнаженными клинками. Дамион на миг застыл в нерешительности, кровь еще бурлила в жилах. Его окружили, и он опустил меч. Старший презрительно взмахнул своим оружием и выбил меч из руки Дамиона.

Ана вышла вперед и положила руку ему на локоть. Прикосновение было легче сухого листа, но успокоило Дамиона. Ана повернулась к Хирону:

– Нет необходимости действовать силой. Мы идем с вами. Раздался еще один вой сверху, и Метелка прыгнула на землю, подбежала к Ане и вскочила в ее сложенные руки.

– Фамилиар! – вскрикнул кто-то из зимбурийцев, поднимая оружие.

– Дурак! – фыркнул Хирон. – Неужто ты веришь в чепуху, которую накарябал их выживший из ума верховный жрец? Это просто облезлая старая кошка, ничего больше. Внимание, пленники! Вперед!

Эйлию донесли до повозки, которая стояла рядом, брошенная, и загрузили туда ее бесчувственное тело. Ану, все еще с кошкой на руках, и Лорелин заставили туда влезть, а за ними Дамиона. Закрыли и застегнули задний борт. Один зимбурийцев встал перед конем, взял под уздцы и повел. Остальные, включая Йомара, сели на коней и поехали, ведя в поводу лошадь своего товарища и белого коня, которого зимбурийцы посчитали военным трофеем.

В мрачном молчании они ехали, казалось, несколько лиг. Внезапно Дамион, смотрящий за дорогой, обратился к конвоирам:

– Куда вы нас везете? Это не дорога в город!

– К морю, – ответил Хирон, поворачиваясь в седле и осклабясь.

Дамион уставился недоуменно:

– То есть как это – к морю? Вам приказали доставить нас в тюрьму!

Хирон рассмеялся – как ворон закаркал.

– В тюрьму? Ну что вы, как можно! Вы едете к монарху.

– Зачем королю Стефону…

– Царю Халазару, – изогнулись в усмешке тонкие губы командира. – Он вас ждет на корабле недалеко от берега.

Ана встала и выглянула из-за деревянного борта повозки:

– Командир, – сказала она своим спокойным голосом, – вам нужна только я. Чтобы найти то, что вы ищете, вам понадобится моя помощь. У меня есть то, что вам нужно. – Она полезла в глубокий карман платья и вытащила свиток пергамента. Несколько зимбурийцев невольно ахнули, и Дамион с ними. Хирон что-то по-зимбурийски выкрикнул, и процессия остановилась. Он подъехал к телеге и выхватил пергамент из старческой руки.

– Да, это документ, который вы ищете, – сказала старуха, – тот свиток с морской картой, где показан путь в Тринисию. И я знаю то, чего карта не показывает: точное местоположение Камня Звезд. Отпустите этих молодых людей, и я буду вам проводником. Буду помогать вам не за страх, а за совесть.

Полукровка-лазутчик еще раз хрипло засмеялся.

– И еще как будешь! Я уж постараюсь, старая карга. Но твоя драгоценная принцесса, – он показал на Лорелин, – тоже поедет. Неужто ты думаешь, что зимбурийцы хуже тебя знают пророчества? Халазар не будет спускать глаз со своей соперницы.

И он дал сигнал человеку у коня двигаться дальше.

– Она никак здесь не замешана, как и вторая девушка, – попыталась возразить Ана, показывая тростью на неподвижно лежащую Эйлию. – И священник. Они не из моего ковена.

– И ты думаешь, я тебе поверю, ведьма? Они были там с тобой. Теперь они поедут с нами – или ты предпочитаешь, чтобы мы их убили? Я вижу, тебе они небезразличны, или ты не пыталась бы выторговать им свободу. Ты бы вполне могла солгать нам, если бы речь шла только о твоей жизни, но если их жизнь будет от этого зависеть – тогда ведь другое дело, так? За каждый ложный поворот, по которому ты нас поведешь, за каждую «ошибку», которую ты сделаешь, мы будем убивать одного из них. А если ты нас разозлишь, мы тебя заставим выбирать, кто из них должен будет умереть.

Телега ехала под вооруженной охраной по долгой проселочной дороге, ведущей к морю. Вскоре в воздухе завоняло гниющими водорослями, и копыта застучали глуше по песку у края моря. Мокрый пляж тускло отсвечивал серебром. А среди черных скал стояли, будто выброшенные из глубин прибоем, длинные низкобортные темные лодки с безмолвными гребцами. Зимбурийцы спешились и передали лошадей двум поджидавшим солдатам. Но повод белого коня привязали к корме одной лодки: кажется, эти люди намеревались заставить лошадь плыть в море с ними. Телега остановилась, и пленников выгнали оттуда мечом, всех, кроме Эйлии, которая еще не очнулась и которую пришлось нести до самых лодок. Солдаты и гребцы не обменялись ни словом. Как только все оказались на борту, безмолвный экипаж начал грести прочь от берега, прочь от Маурайнии к неясному горизонту, где ждали галеоны. Пленникам предстали их приближающиеся силуэты под парусами, нависающие темные груды под светлой парусиной, горящие красными огоньками.

Эйлия проснулась навстречу новому кошмару. Она лежала на твердом деревянном полу в тесной и душной комнате, такой темной, что ничего не было видно. Голова прояснилась, но все равно комната будто качалась туда-сюда, норовя куда-то ускользнуть.

– Где я? – вскрикнула она, с трудом поднимаясь на ноги и пытаясь нащупать что-нибудь руками в темноте…

Слева оказалась деревянная стена, но она как-то по-сумасшедшему наклонялась, и невозможно было за нее удержаться.

– Они думают, мы ведьмы, – произнес голос Лорелин слева. – То есть это вы двое, а я – Трина Лиа. Как они говорят.

Эйлия с облегчением услышала знакомый голос, но не могла сообразить, что это он такое сказал. Ноги подогнулись, и она свалилась на качающийся пол.

– Ведьмы? – произнесла она вслух. – Значит, я еще сплю. До этого мне снился сон, Лори, про тебя и отца Дамиона, и про старую Ану – можешь себе представить?

– Прошу прощения, Эйлия, – прозвучал из темноты голос Аны, – но это все наяву.

Эйлия резко повернулась:

– Ана – ты здесь? То есть – где это?

– Нас захватили в плен зимбурийцы.

– Зимбурийцы?

Снова зазвучал голос Лорелин:

– Ну конечно! Ты же потеряла сознание раньше, чем прибежали поселяне и приехал патриарх и…

По потолку застучали тяжелые сапоги, зазвучали крики. Комната покачнулась и закружилась, и раздался плеск и журчание воды о стены.

– Мы на корабле! – ахнула Эйлия.

– На зимбурийском галеоне. И, судя по звукам, – продолжал удивительно спокойный голос Аны, – мы уже плывем.